Мемуары попаданца. Том 1 - Дарья Демидова

потрепало. У меня болело все что только может болеть, но особенно донимала спина. У Риси с непривычки затекли ноги. Он так же, как и я никогда не ездил на лошадях. Араб постоянно черпал ладонью воду и умывался, видимо свежие шрамы на лице и руках доставляли ему немалый дискомфорт. Но сложнее всех приходилось Леху. Он постоянно вставал на стременах и держался за ногу. Чувствую, хромать в ближайшие несколько дней он будет больше обычного. У нашего мастера в минуты опасности словно вырывались наружу скрытые резервы и от хромоты не оставалось и следа. Жаль, что за это потом приходилось расплачиваться болью.

Повезло, что вода в речушке была теплой, но холод все равно подступил ближе к вечеру. Как раз тогда, когда русло начало уходить из-под ног. Мы решили выбираться. Пять часов в воде — это слишком. Сами валились от усталости, про лошадей вообще молчу. Ну хоть воды напились и остудились.

Здесь с одной стороны был каменный высокий обрыв, а с другой подступали солнечные поляны в обрамлении соснового бора. Туда-то мы и вылезли. От реки решили далеко не уходить, развели костер, благо сушняка тут было навалом и, раздевшись до гола, повесили одежду сушиться на жерди, которые воткнули в землю. Даже наш транникийский друг не держался особняком, а сидел на траве поблизости, смотря вдаль, подставляя загорелую спину последним лучам солнца.

— Кархабин, — пояснил нам Лех, глядя на случайного попутчика.

— Кто? — не поняли мы.

— Кархабин из Кхонского княжества. Воин то бишь. Его земли захватили эльфы. Те, кто выжил стали искать счастья в других местах.

— А я думал за свои земли принято мстить, — усмехнулся Рися.

— Когда прийти тот, кто приносить достойный смерть Эльф Лейдарский, я встать с ним рядом и положить на это свой жизнь. А пока таких нет, я копить злость в свой сердце, — с акцентом проговорил кархабин.

— Да что ты говоришь?! Поэтому похищаешь невинных людей и отдаешь их палачу на растерзание?! — взбесился я.

— Боль делать из мальчишки мужчина, — философски заметил недоделанный поэт.

— Отдать бы тебя нашим яжматерям на растерзание.

— Мать желать сын быть сильный, и с поднятой голова переносить тягота. Если не желает, не мать она.

— Да охренеть? Кто тебе эту чушь сказал?

— Моя мать перед тем, как ей отрубить голова, — кархабин повернулся и вперился в меня взглядом.

— А моя мать хотела, чтобы я нашел нормальную работу и был честным человеком. Нет честности в похищении людей.

— Я работать, получать много золота. Есть золото, есть еда, хороший оружие, женщины...

— А сам ты при этом гад и падла подзаборная, — выплюнул я.

Мужчина встал. Лех поднял руку, призывая нас к спокойствию. Нет, он бы меня, конечно, уделал, но до драки дело не дошло: из леса появился Марти, таща в зубах оленёнка.

— Надо подкрепиться, — радостно сказал Лех, поднимая с земли нож — оружие разложили рядом на всякий случай.

Марти превратился обратно в полосатого котика и улёгся на травку поближе к костру. Устал бедняга.

— Какой странная зверь. Преданный и сильный. Где взял?

— В Караганде! — огрызнулся я.

— Не знать, где это, — рассеянно ответил не то транникиец, не то кхон.

Я же, пытаясь показать, что мне до лампочки его познания в географии, уселся рядом с Марти и подтянул к себе сумку. Насчёт лейдарской писанины я не переживал. Было совершенно плевать, что с ней сталось после водных процедур, а вот состояние моих заметок беспокоило.

Баночка с чернилами осталась нетронутой, как и перья, а вот книга насквозь промокла, листы вздулись, чернила потекли. Черт! Я чуть не заплакал с досады, остановило только то, что настоящие мужики не плачут. Чушь собачья. Настанет момент, и рыдать будешь, но я не собирался показывать эмоции, особенно перед этим.

Раскрыл книгу и положил поближе к костру. Вроде местами можно различить мою писанину. Вдруг удастся прикупить ещё одну пустую книгу и переписать по памяти то, что кануло в небытие в долбаной реке. Затем я достал книгу эльфа, чтобы повесить сумку посушиться, но, дотронувшись до обложки, не поверил своим рукам. Вода ее совершенно не тронула!

— Эй, Рися, глянь! — я кинул книгу другу и тот, не растерявшись, поймал ее и с непониманием уставился на обложку.

— И чего?

— Она сухая.

— Опа! И правда, — он открыл ее на середине и провел пальцами по страницам. — Сука заколдованная.

Захлопнув наш артефакт, он бросил ее мне и принялся помогать Леху.

Я в этом участия не принимал. Чего толпиться у костра? Зато наш попутчик нашел жердь, обстругал и приспособил над огнем как вертел. Слюни уже потекли, но запекаться тушка будет долго.

Я почесал пузо Марти и прошептал «спасибо». Кот меня понял и, замурлыкав, начал вылизывать мою ладонь. Вот чертяка! В который раз спасает мой зад от напасти.

— А далеко тут до орков, до Партониса? — услышал я голос Риси.

— Так орк в другой сторона, а тут дин путь до Гинвиндел.

— Как это до Гинвиндела? — севшим голосом спросил Лех.

— Вот так. А я все думать, какого Сор вас сюда нести. Через застава Ардолин самый смелый воин не пойти.

— А что там? — встрепенулся Рися.

— Гномы, — хрипло ответил Лех

— И чего?

— Эти твари хуже эльфов! Отправят на Силуанские каменоломни и подохнешь там! Вот я старый идиот! — сокрушался Лех.

— Погоди, я думал эти каменоломни в Транникии, — вклинился я в разговор, пытаясь понять, где мы находимся и как дойти до Лейдара.

— Транникия давать гном рабов, гном не трогать люди, — пояснил кархабин.

— Звать-то тебя как? — спросил я, а то по реке шли в молчании, да и тут я этим вопросом до сего момента не задавался.

— Хашим.

— Отлично. Так вот, нам надо в Лейдар, короткий путь знаешь?

— Зачем в Лейдар? — искренне удивился попутчик.

— Как зачем? Будем базарить с эльфом, — передразнил я.

— Торговать что ли?

— Говорить что ли.

— Ты сначала до него добраться. Это через Лейдар идти надо, а там смерть на каждый шаг поджидать. Сор тебя утащить хочет во владений тьма. Ты видно хороший, но глупый как палка.

— А вот оскорблять не надо! Мои