Лучшее в Королевствах. Книга I - Уильям Коннорс

- Раненая настоящая, а без единой царапины – доппельгангер!

Невредимый близнец, Каспар-Рейвен-доппельгангер, крутнулся на месте и зашипел на меня; его клыки начали расти, и огромные крылья увенчали спину существа. Оно прыгнуло вперед , намереваясь схватить меня в качестве заложника и сферу – как приз.

Далее произошло две вещи: я бросил сферу к двери, где стоял Ампи; три, или десяток, острых снарядов полетело в существо, и тварь рухнула на пол.

Артефакт парил по комнате, словно мыльный пузырь, и попал в руки к Ампи. Он посмотрел на меня, слегка поклонился и бросил сферу на пол.

Тройная Сфера, ударившись о землю, с оглушающим звуком разбилась, разлетевшись во всех направлениях.

За ней последовал и я, боюсь, падая замертво.

И вот я снова на балконе «Тошнотворного Отиджа», восстановившийся достаточно, что наблюдать, как встает солнце над ветхими зданиями Скорнубеля.

- Вы могли бы, и предупредить меня, - сказал я, глотая эль.

Джин приготовил еще один холодный компресс и приложил его к моей разбитой брови.

- Вы просили вас не беспокоить, - ответил Ампи. – Я делал так, как считал правильным. Я предупредил местную стражу, что вы знали о том, что хафлинг был двойником с самого начала, и подыграли ему, чтобы узнать, где артефакт. Поэтому вы признаны невиновным по этому делу. Доппельгангер мертв, а воровка Демарест, его бывшая подельница, вылечена от яда и готова принять приговор города.

- Откуда ты знал?

- Я не знал наверняка, но посчитал тот факт, что вы получили неожиданную подмогу весьма занятным. Поговорив с сотрудниками «Отиджа», я узнал о вашей помощи хафлингу, а найти рыжего полурослика в соломенной шляпе в Скорнубеле не составило труда. Я заметил, что он высматривал определенную гостиницу, где я пустил слух, что я волшебник и ищу один артефакт. Демарест, надеясь избавиться от устройства до того, как ее партнер доберется до нее, связалась со мной и попросила о встрече в баре, где вы нас и увидели. Тогда она попыталась продать мне фальшивый артефакт.

Мой разум, избитый и изношенный, получил пару ударов и наконец выдал:

- Фальшивый артефакт?

- Именно, - сказал джин. – Я объяснил все страже, и взял на себя смелость действовать ради вашего блага, если бы устройство и, правда, оказалось описанным артефактом, то я, будучи призванным существом, не смог бы подобраться к нему. А тот факт, что я мог сидеть рядом с ним, за одним столом, явно говорил о том, что это подделка, сделанная из тонкого хрусталя и газов разной плотности так, чтобы сферы могли парить внутри друг друга. На ту встречу я намерено не принес деньги, которые она просила за прибор. После этого, было нетрудно предупредить о возможном проникновении в комнату Демарест. Мы прибыли как раз вовремя, чтобы застать драку.

Я покачал головой.

- Фальшивый артефакт? Тогда, получается, у доппельгангера была где-то спрятана настоящая Тройная Сфера?

- Рейвен, судя по всему, и сам не знал о подделке, раз уж приложил столько усилий, чтобы завербовать вас в свои пешки. А Демарест, если бы у нее была настоящая сфера, отдала бы Рейвену подделку, выдав ее за настоящую. Ни у кого из них не было времени создать точную копию.

- Тогда кто создал копию? – спросил я. – Это не может быть дедуля Маскар.

- Я подозреваю, что озабоченность вашего двоюродного дедушки была вполне обоснована, - сказал джин.

- Тогда, если не воры, и не Маскар… - я сделал большой глоток эля. – У дедули никогда не было настоящей Тройной Сферы, не так ли?

- Думаю, нет, - начал джин. – В конце концов, как бы вы проверили прибор магией, которую он должен отражать?

Я позволил улыбке, впервые за последние двенадцать часов, появится на моем лице.

- Выходит двоюродного дедушку все это время водили за нос, - улыбнулся я. – Хотел бы я увидеть выражение его лица, когда он получит мое письмо, объясняющее это все!

КРАСНЫЕ АМБИЦИИ

Джеан Рейб

Впервые опубликован в Антологии "Королевства Магии" под редакцией Брайана М. Томсена и Дж. Роберта Кинга, в декабре 1995 г.

Кажется, я писала эту историю всю жизнь. В то время я действительно была в Тэе, потому что писала свой первый роман - Красная Магия. Кроме того, есть что-то удивительное в отношениях великого плохого парня с Красными Волшебниками. Для этой истории я выбрала Сзасса Тэма, несомненно, самого могучего, самого ужасного Красного Волшебника во всем Фаэруне. Что касается меня, я писала книгу преимущественно о зле. Интересно, что редактор моей книги Красная Магия сказал мне, что у меня очень хорошо получилось изобразить Сзасса Тэма и его коллег - Красных Волшебников. Действительно, слишком хорошо. Он сказал, что образы моих злодеев были глубже и богаче, а хороших героев - пусты. Я долго переписывала тескт, чтобы усилить хороших героев.

Почему я люблю злодеев? Я думаю, что всем нам нравятся такие, как Дарт Вэйдер, Минг Беспощадный, Доктор Дум и Сзасс. Как правило, я мягкая, известная тем, что люблю потискать щенков и не прохожу мимо рождественского ведёрка. Но Сзасс, он позволил мне быть, восхитительно злой... хотя бы на нескольких страницах.

-Джеан Рейб, март 2003 г.

Сзасс Тэм опустился в массивное кресло за богато украшенным столом, на котором лежали скрученные листы пергамента и стояли стеклянные флаконы, наполненные темной жидкостью.  Толстая свеча стояла посередине стола, ее пламя танцевало в затхлом воздухе и мягким светом освещало мрачные черты лица Сзасса.

Его бледная, тонкая как пергамент кожа была натянута на высокие скулы, а тонкие волосы цвета паутины, пучками свисали с покрытой от старости пигментными пятнами кожи головы. Нижняя челюсть - болталась, мышцы уже не держали ее. Хрящ носа разложился, и на его месте зияли две дыры. Алая мантия, в которую он был одет, свисала складками с его похожего на скелет тела и ниспадала у кресла на пол, словно лужа разлившейся крови.

Маг рассеяно окунул указательный палец в лужу воска натекшего на стол, позволяя теплой, маслянистой жидкости налипнуть на кожу. Большим и средним пальцем он скатал охлаждающуюся массу в шарик. Затем маг уронил шарик на отделанный палисандром стол и стал наблюдать, как он катится и, замедляясь, останавливается возле старого свитка. Яркие точки белого света, служащие Сзассу Тэму глазами, посмотрели на пергамент. В нем содержались последние чары необходимые для превращения