Питер Страуб - Парящий дракон. Том 2

Пэтси Макклауд послала безмолвный крик (Табби! Табби!), но ответом была лишь холодная пустота, которой она одновременно и ожидала, и боялась.

– Отдай его нам! – неожиданно прокричал Грем.

Дьявольское создание хитро покосилось на него, сняло тело Табби с плеча и одной рукой бросило мальчика на коричневый маленький холм.

– Как хотите. – Дьявол начал медленно приближаться к ним.

Внезапно вновь потемнело, точно так же, как когда они ступили на Пур-Фокс-роад. Дьявол, хихикая, подходил все ближе и ближе. Грем, Пэтси и Ричард бросились к застывшему телу мальчика. И в ту же минуту на их пути вскипели высокие волны и с шумом и грохотом обрушились на каменистое побережье Кенделл-Пойнт. Огромная бесформенная масса закрыла небо. Ричард полез в карман за патронами от ружья, но не нашел ни одного – видимо, потерял их где-то в туннеле. Надеясь на чудо, – как еще назвать то, что произошло с ним перед Билли Бентли, – он поднял "пердью" вверх. Но ружье отказалось превращаться даже в бойскаутский нож, не говоря уже о мече.

Пэтси и Грем опустились около Табби на колени. Грем осторожно перевернул мальчика на спину. Пэтси вновь попыталась мысленно связаться с Табби и на этот раз поняла, что он без сознания.

– Господи, он жив, – она произнесла это так быстро, что предложение превратилось в одно длинное слово, и громко расплакалась.

– Конечно, – спокойно подтвердил Грем, но и у него глаза подозрительно увлажнились.

– Смотрите, – неожиданно прокричал Ричард, – смотрите, что происходит!

В лунном свете расплывчатый огромный силуэт Дьявола начал изменяться. Козлиное тело росло; вытягивалось вверх, в темных сорняках прошуршал массивный голый хвост. Даже Пэтси, полностью поглощенная Табби, посмотрела вверх: она увидела странную голову с длинными смертоносными челюстями, напоминающую голову огромной рептилии, злобные глубоко поставленные маленькие глазки… Она уже видела такое… Дороти Бах в "Истории Патчина".., в гостиной Грема.

дракон? какой.., дракон, Пэтси?

– Грудная клетка Табби двигалась, он начинал дышать, но глаза приоткрылись еле-еле – только Пэтси разглядела эту крохотную щелочку. какой?

– Дракон, – проговорил Ричард, как будто слышал мысленные переговоры Пэтси и Табби. – Какого черта…

Позади с треском упала одна из елей – словно чья-то невидимая гигантская рука выдернула ее из земли. Земля задрожала.

– Уходим, – приказал Ричард. Упало еще одно дерево, и они ощутили мощный толчок. Ричард опустился на колени и подхватил Табби. Мальчик лишь что-то сонно пробормотал.

Глубокий разлом пропорол землю, раздался свистящий звук падающей в щель земли – трещина неумолимо приближалась к ним. Сбоку, футах в пятнадцати от себя, Ричард заметил круглый куст диких рододендронов, что рос на крутом, почти отвесном склоне.

– Прыгай! – прокричал позади него Грем, и он наконец решился, буквально за несколько мгновений до того, как земля разверзлась перед ним.

Ричард разбежался и вместе с Табби совершил самый дальний прыжок в своей жизни. Коснувшись земли, Ричард не удержал равновесие и упал на колени. Они с Табби лежали на серой каменистой земле. Он повернул голову назад и увидел, как огромная расщелина поглотила несколько елей.

– Ты хочешь меня убить, Ричард? – прошептал Табби.

Ричард крепко прижал его к груди.

Из глубокого разлома вылетела длинная стрела пламени, прорезала гущу деревьев, и через мгновение повсюду полыхал огонь. Табби вновь прикрыл глаза и заснул, как маленький ребенок, положив голову на плечо Ричарда.

Осторожно огибая языки пламени, к ним пробирались Пэтси и Грем. Грем присел рядом, а Пэтси взяла мальчика к себе на колени. Ладонь Ричарда коснулась чего-то холодного и гладкого. Он вздрогнул – в руке поблескивало "пердью".

– Я не знаю, что сказать тебе, – произнес старик, – но ты понимаешь, что мы должны делать, если хотим когда-нибудь выбраться отсюда?

– Да, понимаю. Мы должны убить его. Мы должны спуститься в долину и уничтожить его. Но как, черт побери, сделать это?

– Я думал, что ты спросишь что-нибудь полегче, – ответил Грем.

В раздумье Ричард поднялся и медленно пошел по направлению к Долине Дракона: размахивая ружьем словно мечом, он не проживет и пяти секунд. Дракон просто дохнет на него, и сначала кожа Ричарда покраснеет, потом почернеет, а потом просто не останется ни волос, ни глаз.

И тогда Дракон примется за Пэтси, Грема и Табби. Из этого получились бы очень интересные некрологи для "Тайме", разве только мы не убьем того, о ком "Тайме" вряд ли вообще когда-нибудь узнает, подумал он.

– Я понимаю, что это необходимо, но я просто хочу знать, как это сделать, – продолжал Ричард.

Грем кивнул.

– Черт… Как Табби?

Пэтси осторожно положила мальчика на землю:

– Ему немного лучше.

Ричард увидел светлое радостное лицо женщины и на мгновение позавидовал Табби Смитфилду – он бы и сам не прочь был оказаться в этих объятиях и увидеть обращенную к себе нежную улыбку. Пэтси взглянула на него, и Ричард ощутил странное чувство удовольствия, грусти и радости, как будто она могла так же легко услышать его мысли, как и мысли мальчика.

– Что же нам делать? – спросил он вновь.

Над ними пролетела огромная Огненная летучая мышь – запылали свечи еще нескольких елей.

– Мне кажется, что Табби надо разбудить, – сказал Ричард.

– Я постараюсь что-нибудь придумать. Я думаю, что попрошу его спеть, – ответила Пэтси.

– Спеть? Что спеть?

– То, что ему захочется.

Огненные стрелы упали совсем рядом.

– Почему бы нет? – Ричард неожиданно ощутил тяжесть меча, который он когда-то нес в руках. – Попробуй, попробуй, Пэтси.

Пэтси приблизила рот к уху Табби и прошептала:

– Спой нам, Табби. Спой первую песенку, что придет тебе в голову.., и мы подпоем тебе.

– Надо надеяться, что это будет не рок-н-ролл, – проворчал Грем.

– Не имеет значения, – ответил Ричард.

– Спой нам, Табби, – снова шепнула Пэтси.

В этот момент, как позднее рассказывал Табби, что-то давно забытое всплыло из глубин памяти: старая детская песенка времен его жизни на Маунт-авеню. Ее пела ему в далеком детстве мать, пела задолго до всех страшных событий:

Табби Смитфилд был тогда маленьким мальчиком, и была у него тогда прелестная мама, играющий в теннис отец и любящий дед. Табби не подозревал, какие ассоциации вызовет этот напев у Ричарда Альби, – он просто снова оказался в детстве, в старом доме деда.

Сначала еле слышно, а потом все громче Табби запел песенку из сериала "Папа с тобой":

Когда сквор-сквор-скворчишкаПрилетит в свой домишкоК нашему окну…

Ричард вздрогнул и впился глазами в лицо мальчика. Грем Вильяме продолжил удивительно низким басом: