Вадим Климовской - Изгои Зоргана

— Чудеса! Ну, прям, чудеса! Грильсс, позволь полюбопытствовать, кого это вы притащили в Эльсдар? — старшина Олаф Гарьян сжав губы в тонкую линию, придирчиво рассматривал сверток в руках Азольи. Малья стояла позади, боясь даже показаться и заступиться за соратницу. Лучницы Юлая и Вишка сгруппировались еще дальше — растерянные и удрученные. Их материнские чувства твердили одно — не давать полукровку в обиду, но гены эльфийского духа, обратное — развоплотить и уничтожить дитя порока на месте. Раз и навсегда.

— Сам все прекрасно видишь, Олаф… — подал голос эльфар, как никогда сбивчиво и виновато, его напарник Ральм с жестким выражением на лице, исподлоба наблюдал за разворачивающимися событиями у караулки Барьерной стражи.

— Ну а если и сам все прекрасно понимаешь, — Гарьян резко обернулся и зыркнул на магика в упор, — то зачем создаешь излишнюю проблематику в Общине? Много ль надо ума, чтобы прикончить байстрюка по дороге?

Лесные звуки заполнили тишину, эльфы снова молчали, каждый думал свое, но каждый твердо уверенный в правоте собственных действий.

Их остановили на центральном посту, Барьерная стража после беглого сканирования личностей тут же обнаружила посторонний, инородный субъект — младенца. Дайкинское дитя. Заклинание-идентификатор выдало противоречивые данные в эфир. Сознания офицера и старшины затопила размытая, малодостоверная информация, пришлось уделить персональное внимание, и именно тогда в руках одной из лучниц, карательницы кап Ветана обнаружилась находка — грудной ребенок. Сперва определили, что дайкинское дитя, но после пристального изучения, выявились врожденные аномалии. Полукровство. Получеловек-полуэльф. Существо с двумя ветками генов. Сей факт влил в обстановку новую сумятицу. Новые противоречия, споры и разубеждения.

— Значит, так Грильсс! — Олаф был холоден и непоколебим. — Я вызываю начальство, и пускай оно решает, что делать с этим… — Гарьян запнулся, не зная как закончить распоряжение.

— У меня рогуссы на исходе и разведчики…

— Хорошо! Значит остаетесь: ты, Азолья с… с полукровкой. Ветан и, — старшина обвел пост испытующим взглядом, — остальные — по расположениям. Старший… — Олаф нашел глазами мрачного Ральма, — старший эльфар Ральм.

Магик холодно кивнул.

— Кристофьен! — позвал Гарьян эльфа в мантии из числа Барьерной стражи, тоже эльфара, — приглянешь за… в общем за всеми. А я пока сбегаю за полковником Эльрионом.

Желваки заходили ходуном на скулах Грильсса, вот уж втравился в историю, ничего не скажешь, и зачем было препятствовать Ральму, вершить самосуд? Ну, прикончил бы полувыродка на месте и поделом. Гора хлопот с плеч. А что теперь, Дьен всех разбери? Теперь они нарушители, именно это хотел сказать, но не сказал старшина Барьерной стражи, пожалел их нервы.

Злые и раздосадованные: Грильсс, Ветан и Азолья с малышом на руках стояли в ожидании своей судьбы, пока эльфы один за другим скрывались в лиловой завесе барьера; барьера, который разделял Общину от внешнего мира, от эльсдарских чащ, кольцом защищающих долгожителей от внешней среды, сумбурной цивилизации Зоргана и, конечно же, в первую очередь, от дайкин. Долгоживущие остроухие отгородились раз и навсегда, чтобы в их покой и жизненный устрой, никто не вмешивался, ни диктовал чуждых норм и порядков, потому, как своего сумбура и разногласий им хватало, с которыми они прижились и всячески искореняли. Ральму помогли Марьян и Ливьен, рогуссы едва тащились на могучих, но шатающихся лапах, со стороны они выглядели сонными гороподобными созданиями с опущенными к низу мордами. С пастей срывались обрывочные хрипы-полувизги, что характерно свидетельствовало — звери издыхают и их развоплощение момент времени. Ребенка разбудили, и малыш стал отчаянно и голосно реветь. Реветь на весь пост. Звучным и неэльфийским гласом. Его рев раздражал мелодичный слух эльфов. Высокородные морщились, отворачивались и подозрительно косились на сверток в руках эльфийки.

— Слушай, Азолья, а это часом не твое чадо? — не вытерпев паузы, полюбопытствовал Кристофьен, скалясь.

Грильсс хмыкнув, отошел на пару шагов к солдатам поста, тихо переговариваясь, Азолья и Ветан остались в одиночестве перед домом, Общиной и эльфийскими чащами, на душе стало тяжело и препаскудно.

Лучница промолчала, зато за нее ответил родственничек Альринов.

— В Грибном Яру нашли детеныша. В повозке. Дайкины хотели его сжечь вместе с мертвой матерью.

Кристофьен сменил оскал на озадаченность.

— А мать кто… ну… ты понимаешь меня?..

— Эльфийка. — Коротко бросил разведчик.

— Эльфийка? — грозно переспросил эльфар, теперь он смотрел на ситуацию другими глазами, сопоставляя факты и сведения в картину возможных событий.

— Значит, ее… эльфийку спалили? А его… полукровку нет?

— Пошел дождь над Северным трактом, он и потушил бричку с жертвами. Наши отряды, как раз вышли на след и предотвратили преступление, наказать виновных удалось, но… в общем дайкины поплатились, их трупы лежат на тракте. Марьян с ребятами над ними поработали. Им до погребения петь "грешной плач". К сожалению, подоспел патрульный разъезд, пришлось сворачиваться и уходить в лес. После дискуссий… — Ветан глянул на Азолью и дите, — решили взять полукровку с собой в Эльсдар. В Магический Круг. Там придумают, что с ним делать. — Ветан замолчал.

Кристофьен скептически раздумывал. Круг, значит, решит, что с полукровкой делать? Прекрасно. Чудесный экземпляр для…

— Что здесь Дьен побери, происходит? — Мелодично-стальной голос разорвал непредвзятую обстановку.

Азолья содрогнулась. Содрогнулся Ветан и подобрался Кристофьен, напряглись солдаты, с полковником Эльрионом шутки плохи, недаром он в столь раннем возрасте занимал уже ответственный пост, его рекомендовали на "проблемные объекты", на трудные должности. Последние годы он служил начальником Барьерной стражи. Состоял колоритной фигурой в звене руководства армейского гарнизона. Незаменимый атрибут форменного туалета эльфа — это палаши. Два, застегнутых на поясе палаша. С грозными клинками Эльрион казался неприступным. Особой харизматичной и своенравной. Типичный вельможа. Сыном своей сумбурной и отчаянной родины. Индивидуальным героем и стратегом. Способным в одно мгновение на подвиги ради Общины и через бесконечно краткий миг, на шокирующее предательство. Такой он Эльрион. Полковник Эльрион.

Старшина Олаф Гарьян тенью следовал за офицером, не нарушая шага и не вступая в разговор.

Грильсс, как положено, взял на себя смелость начать доклад:

— В Грибном Яру вблизи Северного тракта напали на след отряда дайкин с бричкой. В повозке перевозили тело эльфийки и младенца. Ребенок оказался полукровкой. Сначала эльфар Ральм предложил развоплотить дитя, но после предварительных совещаний решили повременить, так сказать, предъявить находки Кругу и разведки…