Анатолий Бочаров - Рыцарь из рода драконов

   - Подожди! - Эльза догнала Артура и схватила за рукав. - Куда пошел, стой! Ты... как ты вообще?

   Артур остановился. Пьяно мотнул головой:

   - Как я... А ты как думаешь?

   - Мне очень жаль, - девушка все еще держала его за руку. - Мне очень жаль... правда...

   - Жаль? - эхом откликнулся Артур.

   - Я догадалась... кто ты такой. Они убили твоего отца. Ты... сын лорда Раймонда, да?

   Артур громко, оглушительно громко расхохотался, хотя и догадывался, до чего же дико прозвучал его смех.

   - О нет, сударыня... Я теперь просто герцог Айтверн, и никто больше.

   - Артур... - Эльза в растерянности закусила губу. Встала на цыпочки, кладя руки ему на плечи. - Послушай, мне очень жаль, правда... Если я могу как-то помочь...

   - А, ерунда, - поморщился Артур. - Не бери в голову. Не бери в голову! - повторил он, видя, что бардесса пытается возразить. - Я не рассыплюсь, не сахарный, к счастью... У меня слишком много дел, чтоб позволить себе горевать. У меня теперь под завязку счетов, и я заплачу по всем, не сомневайся. Лучше подумай о себе. Видишь, я прав - в Тимлейн лучше не соваться. Знаешь, что... Поехали со мной, а? - предложил Артур неожиданно для себя самого. - Времена пошли лихие, но уж с кем, а со мной тебя никто не тронет. Я объявляю тебе свое покровительство, слышишь? Поехали! Я тебя никому в обиду не дам, обещаю.

   Девушка внимательно на него посмотрела, а потом покачала головой:

   - Извини... Но мне правда нужно в столицу. Нехорошо поворачивать назад, если дорога почти закончилась, - она попыталась улыбнуться. - Дурная примета, знаешь. Я должна сама выяснить, что там и как. И потом... У меня в городе друзья. Я же не могу их бросить! Не могу не узнать, как они, что с ними. Помочь, если нужна помощь... Я должна там быть.

   Эльза говорила правильные и делающие ей честь вещи, однако Артур осознал, что совершенно не хочет ее от себя отпускать. В этот день он и так отпустил слишком многое.

   - Сударыня, я понимаю вас... Но вы крайне обяжете меня, если составите мне компанию.

   - Артур, скажи честно... Как бы ты поступил на твоем месте?

   - Я? На твоем? - Он не знал, как солгать на такой вопрос, и потому предпочел ответить правду. - Я прямо сейчас на твоем месте, и поступаю на нем так же, как ты. Я вывожу из столицы друзей.

   - Ну вот видишь! Ну и почему ты тогда считаешь, что я с какой-то радости должна действовать иначе? Я что, чем-то хуже тебя? Сомневаюсь! - Эльза смягчилась. - Извини. Я очень ценю твое участие, но я обязана попасть в Тимлейн. У тебя тоже есть обязательства перед другими людьми, и ты должен меня понимать.

   Артур вздохнул:

   - Эх, миледи... Перебросить бы вас через плечо, и дело с концом, и не слушать никаких ваших возражений. Но вы же на меня тогда крепко на меня осерчаете, правда? А я не хочу, чтоб вы на меня серчали... Ладно. Я не могу решать за тебя. Но мои слова и мое предложение остаются в силе. Как только закончишь свои дела или как только решишь, что ну их к черту, эти дела - ищи меня, и найдешь. Тебе всегда будут открыты двери в замке Малерион, и в любом месте, где я буду. И я тебя с удовольствием встречу, когда бы ты ни пришла. Я может и знаю тебя всего ничего, но буду очень рад узнать получше. Если мне выпадет такая возможность. Береги себя, поняла?

   - Хорошо, буду беречь, - сказала Эльза спокойно. - И спасибо за твое предложение, такие вещи дорого стоят в наши дни. Но сейчас я пойду, если ты позволишь. Раз творятся такие дела, мне нужно скорее ехать дальше. Я хотела отдыха, но, отдых, кажется, сегодня не хочет меня.

   - Раз нужно ехать - езжай, я не могу тебе препятствовать, - сказал Айтверн с сожалением. - Не могу сказать, что рад твоему решению, но я сегодня вообще мало чему рад... кроме твоего общества, разве что. Оно, твое общество, было лучшей частью этого паскудного дня, и я благодарен тебе за это. В добрый путь, леди менестрель, и удачи тебе на нем, - юноша замолчал, как никогда остро осознавая в тот миг всю бессмысленность любых напутственных слов.

   Эльза стояла совсем рядом, ее глаза казались большими, как летние звезды. Легкий ветер шевелил каштановые волосы. Артур схватил руку Эльзы и поднес ее к губам, поцеловал пальцы. Девушка ахнула. "Что же вы, госпожа, решили, что я отпущу вас так просто?" Сейчас весь мир, каким молодой Айтверн его знал, рухнул. Артур как никогда нуждался в хоть какой-то опоре - и юная бардесса могла этой опорой стать.

   Артур обнял Эльзу, обхватив ее тонкие плечи, и поцеловал девушку прямо в пахнущие полевыми цветами губы.

   - Матео Флавейский говорит, что каждый сам выбирает свою судьбу, - задумчиво сказал Гайвен Ретвальд, свесив ноги с кровати.

   - Правда? - спросила сидящая на подоконнике Айна, бросив взгляд во двор. Никого. Она сначала увидела, как Артур вышел из трактира в сопровождении какой-то девушки, да так и пропал. Братец, безусловно, нашел самое подходящее место и время для того, чтобы закрутить роман. Хотя это не самый худший способ убить время, наверно. Лучше, чем весь день пить. - Вот именно так и говорит?

   - Не то чтобы говорит... - принц слегка пожал плечами. - Скорее уж пишет. Писал, он же умер еще до нашей эры. Но его знаменитый трактат до сих пор читают. Понимаешь, - они перешли на "ты" довольно быстро, глупо было и дальше придерживаться церемонных условностей, - понимаешь, есть вещи, которые быстро перестают быть интересны людям. Придворные сплетни, к примеру. Сегодня это важно хоть кому-то, завтра не важно уже никому. А есть вещи, которые устареть не могут, потому что со злобой дня не связаны... и с добротой дня не связаны тоже. Есть книги, которые интересны людям сейчас, хотя были написаны тысячу лет назад, и есть книги, которые пишутся сейчас и будут интересны нашим правнукам. Потому что темы, которые эти книги затрагивают, будут волновать людей всегда. Мэтр Матео коснулся как раз одной такой темы.

   О мэтре Матео Айна слышала на своих занятиях, хотя сама до его трактата еще не добралась.

   - Он писал о свободе воли, верно?

   - Правильно. Он был первым, кто попытался понять, есть ли вообще свобода воли на свете. Ну или первым, чьи размышления до нас дошли... Люди в те дни верили, что все мы - ничто, что никакой свободы воли нет. Что все мы просто игрушки в руках языческих богов. Тогда верили, что есть особенный бог, по имени Рок, что это старик со слепыми глазами, перемешивающий человеческие судьбы, не видя их... и что ему в сущности на людей плевать. Что всем богам плевать. Что они своим произволом заставляют нас быть счастливыми или несчастными, плакать или смеяться... просто чтобы развлечься, глядя на это с неба. Матео первый не поверил в это. Он сказал... вот, смотри, здесь написано, - принц развернул книгу и протянул девушке, - что мир, в котором человек не имеет права выбора, не может существовать. Потому что в таком мире просто нет смысла жить, незачем жить. А мир не может быть лишенным смысла.