Ника Емилина - Неистребимые кровью

Я хлестнул коня поводьями, приближаясь к городским воротам. Высокие крепостные стены встречали меня глухой тишиной. Даже старая толстая вампирша из местного трактира не горела желанием вывернуть на меня содержимое свой кастрюли, как ни раз бывало в давние времена. Вот только ворота были закрыты, а рядом с ними топтался один единственный стражник.

Ого! А я, оказывается, – надежда всего королевства…

В этот самый момент конь «надежды» споткнулся, и сама «надежда» слетела с небес на землю. Стражник у ворот неуверенно захихикал, в то время как я, корчась от вновь проявившейся боли, пытался подняться. Изобразив праведный гнев на покрасневшем от стыда лице, я, выпятив грудь, двинулся на стражника, у которого уже случился настоящий приступ хохота.

Подойдя к нему поближе, я вперился в него своими честными глазами.

– Мальчик, ещё один вяк и, честное слово, уволю тебя без инвалидного пособия.

Стражник вытянулся по стойке «смирно», предварительно икнув, признав во мне принца. Вот только кроме повиновения в его глазах появился и какой-то странный проблеск. А! Как же, как же… приказ Скара. Я так и не допёр, чем я так не угодил родному брату?

– Открой ворота.

В глазах мальчугана появилось смятение. Он-то по наивности своей наверно думал, что это я так, постоять пришёл. Ну-ну. Скара нет – некому повиноваться.

Я выразил эту мысль вслух, ожидая, что мальчишка сейчас выдаст что-то вроде: «Его нет, но он всегда будет жить в наших сердцах…»

– Теперь вы повинуетесь только мне.

На мальчишку было жалко смотреть.

– Открой ворота.

Стражник, поколебавшись, попятился от меня к воротам и изобразил условный стук, что бы его напарник за воротами привёл в движение древний механизм, который совсем недавно не использовался. Ворота Валеала всегда были открыты.

Вернувшись к этой топтавшейся на месте скотине – это я про коня – я вновь вскочил на него и тронул поводья.

Мой героический въезд в город закончился моим же собственным недоумением. Улицы, как и в последний день моего пребывания, были пустынны. По каменной дороге я медленно двигался к главной площади, покачиваясь в седле от мучавшего меня упадка сил. Я еле выкарабкался. Если бы не Валериль… Да, вот теперь мы квиты, он вытащил меня из пропасти, куда низвергнул огонь демонессы. Где-то до в глубине всё моё существо до сих пор постанывало от боли.

Чем ближе я приближался к цели, тем сильнее я ощущал, что мне готовится тёплый приём. Однако, оглядываясь по сторонам, я не замечал грозящей мне опасности.

Когда я выехал на главную площадь, то увидел посреди неё одинокую фигуру. Эта фигура на фоне просторной площади казалась крошечной. Я подъехал ближе, узнав в вампире самого преданного Скару советника. Старый почтенный советник, весь в традиционных красных одеждах, показал жестом, что бы я остановился. Я повиновался, натянув поводья.

– Я знаю, почему ты вернулся.

Супер. А я вот как-то до сих пор не догадываюсь. Просвети, а?

Советник, тем временем, не спешил возобновлять разговор. Попытавшись просканировать его мысли, я наткнулся на непроходимый блок. Вот ведь, чёрт старый, знает, чем я на досуге балуюсь…

– Знаешь? – переспросил я. – Поздравляю. Что дальше?

– Дальше, – надменно вскинул голову тот. – Я не намерен позволить тебе переступить порог дворца короля, – он кивнул себе за спину. – А я признаю только одного короля – Скара. И именно он приказал достать тебя из-под земли…

– Скара больше нет, – грубо оборвал я его тираду. – Теперь у Валеала нет выбора.

– Скара нет, – повторил советник. – А не твоих ли рук это дело?

Я позволили свому скакуну переступить с ног на ногу, и вновь заговорил.

– Ты глупец, – сообщил я этому старому плуту, задохнувшемуся от подобной наглости. – Недостаточно прожить три сотни лет, отрастить себе пузо и заявить, что ты, видите ли, мудр.

– От толстого живота, – корректно назвал пузо советник, – ещё никто не умирал.

– Скорее, даже, наоборот, не так ли? – тонко намекнул я.

Советник аж закудахтал от возмущения.

– Что ты себе позволяешь, мальчишка?! – заорал он, подпрыгивая, что бы лучше видеть меня, сидящего верхом. – Как ты со мной разговариваешь?! Слезь с этого бедного животного и не смотри на меня сверху вниз вот таким вот взглядом! – и он скривил рожу, демонстрируя мне «вот такой вот взгляд».

– Имею право, – даже и не думая слезать с коня, я умудрился обозначить поклон. – В соответствии со статусом. Принц кровей, как никак, – взирая на советника, горделиво заявил я.

Тот попытался сам себя успокоить бормотанием под нос. Выпрямившись, он вновь уставился на меня глазами отважного защитника отечества.

– Плевать я хотел, принц ты или не принц, – елейным голосом выговорил он. – Я исполняю последнюю волю короля.

С этими словами он хлопнул в ладоши.

Да, именно так я и думал. Куда же без засады доблестных вампиров, готовых вспороть кишки собственному принцу старыми ржавыми вилами?

– Фисэл, – по-отечески улыбнулся мне этот предусмотрительный старикан. – Я могу позволить тебе уйти. Скар не приказывал тебя убить, он приказал тебя найти. Нашли, а какой теперь смысл?

– Действительно, какой теперь смысл? – вскричал я, обращаясь скорее к народу, чем к советнику. – Ничто больше не имеет смысла. Ничто! Я могу уйти, но, поверь, наступит тот момент, когда ты сам же об этом пожалеешь. Ты вспомнишь об изгнанном принце и со страхом взглянешь в лицо своему неутешительному будущему.

Так, это что я сейчас сказал? Видимо, что-то жизнеутверждающее, поскольку вампиры, переглянувшись, опустили своих железных друзей – вилы, в смысле – чуть пониже.

– А скажи-ка мне, дорогой, почему ты собрал против меня мирных жителей? – я встал в седле. Советник, который, чтобы видеть моё лицо, должен был поднимать голову практически к солнцу, зажмурился и прикрыл лицо рукой. – О! – я наставительно поднял палец к небу, хаотично им потрясая. – Правда глаза колет!

Советник повернулся ко мне спиной.

– Ну, так что, здравый смысл не проснулся? – понадеялся я.

– Уходи, – ответил мне тот, не оборачиваясь.

– А если не уйду? Что ты мне сделаешь? Натравишь на меня их? – я кивнул на горожан.

– А ты надеешься, что этого не хватит, что бы вышвырнуть тебя из города? – старик резко повернулся и подошёл ко мне. – Не прыгай выше головы, шею свернёшь.

– Может это у меня хобби такое, выше головы прыгать, – проворчал я.

– Тебе противопоказано.

– Это ещё почему?

– Ты ранен.

Вот хрыч старый! Всё-то он заметит!

– Ранен, – подтвердил я. – В самое сердце ранен твоей недальновидностью. А сердечко-то трепеще-эт…