Владимир Лосев - Королева ночи

— Чаю? А это что такое?

— Травки какие-нибудь лечебные завари…

— Так они уже есть в супе, ты же ничего не ел.

— Хорошо, тогда подогрей его, чтобы был горячим.

Костя нагишом вылез из-под скалы и встал нагишом под колючими струйками дождя, широко расставив руки в сторону и запрокинув голову, чтобы пить эту прохладную влагу. Голова кружилась. Внутри тело напоминало перегретый котел, который того и гляди взорвется. Ребра болели, сердце вяло что-то выстукивало, в сознании по-прежнему стоял туман.

Сколько он так простоял — неизвестно, словно потерялся в этой серой ночи, наполненной стуком капель о мягкую землю и листву. Думать, он не мог, да и не хотелось — только стоять и вслушиваться в шорох ливня, который приносил прохладу его телу, успокаивал, смягчал, смывая пот и засохшую кровь.

Когда влез обратно, испачкавшись в земле и каменной пыли, внутри пещеры уже горел костер. Суп был великолепен, в нем было все, что так не хватало ему до этого, немного мяса, чуть-чуть пряных травок и много горячего бульона, который желудок принимал с огромной благодарностью.

После еды он отяжелел, возбуждение куда-то ушло, оставив только жуткую усталость. У него едва хватило силы на то, чтобы переждать, пока неугомонный Никита намажет его мазью, одеться и лечь.

Дальше Костя ничего не помнил — снова провалился в темную вязкую темноту кошмарного сна.

Он определенно умирал, лежа в какой-то пещере, перепачканный в крови и глине, и никто не мог ему помочь — просто некому. Нет здесь ни больниц, ни врачей, ни лекарств, ни рентгена, есть только неизвестная ему бабка Маланья — единственная знахарка на всю деревню, которая ходит по лесам и собирает лечебные травки, ими и лечит.

Но и ее рядом нет, а имеется только несносный мальчишка, ожидающий с нетерпением, когда он умрет. Видите ли в прошлый раз ему не удалось заметить, когда душа вылетает из тела. Надеется, что в этот раз увидит.

Костик лежал в полудремоте, иногда проваливаясь в очередной кошмарный сон, в котором великан избивал его по всем правилам боевого искусства, не обращая внимания на его слабые ответные удары. Делал из него отбивную, да такую в которой костей не могло остаться в принципе — хоть сейчас ложи его на сковородку и жарь.

Это было больно, иногда непереносимо больно, и тогда Костя во сне шептал молитву. Он был абсолютно неверующим, но вот прижало, и сразу вспомнилось что-то, возможно, даже из родовой памяти.

А еще во сне продолжал ругать себя.

Непонятно, как попал сюда, но сразу сделал глупость, вместо того чтобы найти то странное каменное строение, которое перенесло его в древность, отправился к людям, забыв старое правило грибника, которое гласит: Никогда не уходи далеко от транспортного средства, доставившего тебя в это место, иначе потеряешься и пропадешь.

Он его нарушил, и результат не заставил себя ждать. Ему пришлось ковать какую-то железяку, пытаясь сделать из него меч, а потом им же сражаться за свою жизнь и благополучие деревни, где его накормили мерзкой кашей и дали одежду, от которой чешется даже сейчас во сне все тело, а дальше отправили умирать.

Что он сейчас и делает…

Мысли снова пошли по кругу. Умрет он, потому что ребра сломаны, или треснули — в данном случае это не особенно важно, а все тело покрыто глубокими царапинами, в которые набились мириады болезнетворных микробов. Не пройдет и суток, ранки загноятся, и он умрет от заражения крови, просто потому что ослабевшее от ран и боли тело не сможет сражаться за свое благополучие. Иммунитет явно у него ослаблен чужим воздухом, иным излучением светила, неизвестной гравитацией…

А еще ушибы. Их очень много. Он пролетел десяток метров от удара нечисти и упал на ствол дерева. И не важно, что тот уже сгнил. Удар оказался настолько мощным, что он даже потерял сознание.

Наверняка его внутренние органы находятся в ужасном состоянии, только не узнать это никак. Рентгена нет, как и врачей!

Костя открыл глаза, бледный рассвет вместе с пронизывающим туманом вползал в пещеру. Если судить по звукам дождь уже закончился, капли еще капали, срываясь с листвы и падая на скалу, но мерный шум от тянущихся с небес струй исчез. Слышались странные птичьи крики в лесу. Впрочем, откуда ему знать, как кричат здесь птицы? Может быть такие звуки издают хищные звери?

Он пошевелился и негромко простонал — не потому что было больно — за ночь боль немного ушла, стала более терпимой, а для того, чтобы привлечь к себе внимание Никиты. Очень хотелось пить, да и перекусить вчерашним супчиком тоже был не прочь.

Но никто на его протяжный и хриплый стон не отозвался, пришлось юноше окончательно приходить в себя, чтобы осмотреть пещеру. Ему не понравилось то, что он увидел. Пещера была пуста — никого в ней не было. Мальчик ушел, может быть еще вчера ночью, сразу после того, как закончился дождь, а может и утром.

Костя заволновался.

Если Никита ушел, не дожидаясь, когда он умрет, то ему все придется делать самому, а это неприятно и больно. Но так или иначе придется шевелиться. Он посмотрел на костер, зола выглядела холодной и серой, в ней не тлело ни одного уголька.

Разжечь костер, не имея зажигалки и спичек, для него было невыполнимой задачей. Он, конечно, видел, как ловко Никита управляется с кресалом и трутом, но одно дело наблюдать, и совсем другое самому извлекать огонь. К тому же, мальчишка ничего ему не оставил, кроме котелка, на дне которого плескалась бурая неприятно пахнущая жижица — вчерашний суп, который он ел с таким восторгом.

Костик с трудом дотянулся до котелка и выпил всю жидкость из него, пытаясь понять, почему эта гадость так понравилась ему вчера.

Вкус мерзкий, труднопереносимый, единственное, что могло как-то оправдать супчик, так это наличие в нем лекарственных трав. К тому же на дне обнаружился кусок мяса, которое на вкус оказалось жестким, напоминающим пересоленную подметку.

После пары неудачных попыток его разгрызть и потерпев при этом неудачу, юноша бросил его обратно в котелок и задумался над тем, что делать дальше.

Удалось выжить — это хорошо. Если ничего больше не произойдет, то он вероятнее всего поправится. Температура спала, ребра хоть и побаливали, но если их как следует перетянуть эластичным бинтом, или хотя бы обычной тряпкой, то вполне сможет двигаться.

Он еще раз осмотрел ту часть пещеры, в которую падал бледный свет — Никиты точно не было, как и его вещей. Следовательно…

Костик вздохнул и полез наружу, если хочет жить и дальше, нужно найти свой мешок, в котором имелась кое-какая еда. Собрать оружие, хотя бы тот же меч, который он воткнул в ногу чудища, а после этого что-нибудь придумается.