Владимир Брайт - Королева Семи Палачей

Двести человек дружным ревом приветствовали слова обожаемого командира и, преисполненные решимости, бросились наверх – туда, где их ожидали слава, несметные богатства и…

И четырнадцать кредхов, устроивших смертельную западню, выбраться из которой посчастливилось лишь единицам.

Не встречающий никакого сопротивления отряд миновал пять или шесть лестничных пролетов (сто двадцать одна ступенька в каждом), когда за очередным поворотом лицом к лицу столкнулся с великолепной семеркой кредхов – дьявольским порождением черной магии.

При всей своей глупости, напыщенности и самовлюбленности Ульрих обладал одним чрезвычайно ценным качеством – он не был трусом. Это никоим образом не могло компенсировать все остальные недостатки, но являлось очень ценным подспорьем в военной карьере. Только по-настоящему смелый человек мог повести за собой в огонь и воду две тысячи рыцарей, безраздельно доверяющих своему командиру.

Вот и сейчас, оказавшись лицом к лицу с кошмарными кредхами, Ульрих не повернул назад, пытаясь найти спасение в паническом бегстве, а издал воинственный клич (нечто наподобие залихватского «у-ех-хо-оу-у!!!») и бросился в атаку.

Его воинственный порыв был немедленно поддержан, и двести человек, проревев в ответ «уе-е-е-е-е!», устремились за командиром.

Вообще-то это было не самым мудрым решением, потому что кредхи не принадлежат к числу обычных чудовищ, которых можно убить. Скорее их можно сравнить с марионетками злобного колдуна, живущими до тех пор, пока их подпитывают магической энергией.

Лопасти мельницы крутятся, приводя в движение жернова, перемалывающие зерно, только пока дует ветер. Так же и с кредхами – они могут биться до тех пор, пока их повелитель вливает в их оболочки магическую силу. Нет подпитки – нет монстров. Но так как родовое гнездо Мио стояло на пересечении энергетических линий, то о недостатке энергии можно было не беспокоиться – чудовищные марионетки могли сражаться сколь угодно долго…

Ульрих, вырвавшийся вперед, самоотверженно бросился на ближайшего монстра, в три раза выше человеческого роста, и, уклонившись от встречного удара, полоснул мечом по ноге противника. Лезвие легко вошло в податливо мягкую плоть, однако наружу брызнула не кровь, а странная голубая субстанция, напоминающая…

Мелькнувшая на периферии сознания мысль умерла раньше, чем успела родиться, потому что в корпус Ульриха врезались расплющенные останки воина, не успевшего уклониться от страшного удара кредха. Два тела, одно живое, другое полностью изуродованное, отлетели к перилам. Не будь на Победоносном стальных доспехов, все могло бы сложиться иначе.

Но Ульрих был не только чертовски смелым, но и невероятно везучим. Бесчувственное тело, рухнув грудью на перила, согнулось пополам и заскользило вниз. Преодолев несколько метров (его дважды пытались поймать, но безуспешно), Ульрих нарушил призрачное равновесие и, имея шансы пятьдесят на пятьдесят, опять выиграл – свалившись на лестницу, а не рухнув вниз с двадцатиметровой высоты. Громыхая доспехами, Победоносный докатился до конца лестничного пролета, где и остался лежать до тех самых пор, пока не пришел в чувство.

Вообще-то профессиональные воины достаточно спокойно относятся к смерти, считая ее неотъемлемой составляющей своей профессии, но иногда даже у закаленного в боях ветерана могут сдать нервы…

На этот раз дрогнуло сердце бесчувственного и самовлюбленного «символа».

Двести человек, увлекаемые своим командиром, самоотверженно бросились на семерых чудовищ – и в пылу битвы не заметили, как за их спинами возникли еще несколько кредхов. Неуязвимые марионетки коварного Мио, взяв атакующих рыцарей в тиски, уничтожили их за несколько кратких минут.

Очнувшийся Ульрих застал окончание жуткой резни, пережить которую удалось только ему и еще одному счастливчику, потерявшему руку, но сохранившему жизнь.

В сложившейся ситуации не оставалось ничего иного, как оставить место страшного побоища. Что Ульрих и сделал. Помогая ослабевшему от потери крови товарищу, изрядно помятый Победоносный спустился по лестнице. Он покидал своды проклятой башни, ставшей могилой для двух сотен отличных воинов.

– Коварный колдун заманил нас в ловушку и всех уничтожил… – Надтреснутый голос, казалось, принадлежал не блестящему «символу», а смертельно уставшему человеку.

Если бы Ульрих вышел из Башни Смерти один, не вытащив ослабевшего раненого, то у некоторых особо подозрительных личностей могли возникнуть нехорошие мысли: не подменили ли их командира?

– Что там?

– Что случилось?

– Как все произошло?

Вопросы сыпались со всех сторон, и для того, чтобы ответить, Ульриху пришлось собрать воедино остатки сил и громко рявкнуть:

– МОЛЧАТЬ! Забыли, ……. кто здесь главный?

Если у кого-то и оставались сомнения насчет подмены лидера, то после этого отечески ласкового вопроса они сами собой отпали.

Да, внутри проклятой башни Смерть собрала обильную жатву, но их предводитель выжил, спас товарища и сообщил о ловушке. Кому-то это могло показаться невероятным подвигом, но в блестящей карьере Ульриха было множество еще более удивительных случаев.

После того как, повинуясь приказу командира, рыцари замолчали, их лидер вкратце рассказал о случившемся. Так как никто из присутствующих ни разу не сталкивался с чудовищами, в чьих жилах течет голубая кровь, то послали за предводителем наемников, который охотно объяснил, что из себя представляют кредхи и почему их невозможно убить.

Ульрих чуть было не спросил, почему прелты не предупредили его воинов о бессмертных чудовищах. Но в последний момент все же сдержался. Было глупо предполагать, что могущественный волшебник позволит просто так зайти в свое логово.

Несмотря на падение с лестницы, голова Победоносного работала достаточно хорошо, чтобы меньше чем за минуту просчитать все возможные варианты.

Да, он захватил замок и наемники сдались именно его отряду. Но целью кампании была не победа над жалкой кучкой прелтов (о ней забудут на следующий день как о чем-то несущественном), а освобождение Ранвельтильской девственницы. Однако ее охраняют неуничтожимые кредхи и еще какие-нибудь не менее могучие существа. Поэтому взять башню приступом не удастся. Понадобится магическая осада, которая может затянуться на неопределенно долгое время. И в конечном итоге вся слава достанется не ему – великолепному и неотразимому Ульриху, а какому-нибудь сморщенному от старости колдуну. Но и это еще не все. Потому что высохший старикашка получит гигантское вознаграждение и его имя начертают золотыми буквами…