Дьяченко Нина - Детектив-чародей

– И нечего рыться в моей голове - это малоприятно, всё равно как копаться в куче отбросов! - сердито заявила я, краснея. - И вообще - ты подонок! Ты же обещал не читать моих мыслей!

– Спасибо на добром слове, дорогая. Но хочу тебе сказать, что я вовсе не романтический герой, понять не могу, как в твоей голове милый образ совершенного рыцаря мог принять мои черты! Тебя точно заколдовали по дороге! У вас странный мир, если таких чудовищ, как я, считаю привлекательными. Представляю, какие у вас мужчины.

– Ну, я пошла, - я вскочила и направилась к двери. - И вовсе ты мне не нравишься! - заявила я уже стоя в проёме двери, перед тем, как изо всех сил хлопнуть дверью. - Подумаешь, мысли читает! Это не даёт ему права учить меня, как правильно жить! - фыркнула я вслух. На самом деле, на сердце лежал камень. Большущий такой кирпич.

"Я ему не нравлюсь!" - решила я, изо всех сил ударив кулаком по каменной стене. А ещё через пару минут я поняла, что, конечно же, благополучно заблудилась.

Проплутав около часа по не отапливаемым коридорам, продрогнув и окончательно рассвирепев, до такой степени, что согласна была разыскать голодного вампира и потребовать у него выполнить функции проводника, я неожиданно вспомнила то, что у дверей можно спросить, куда они ведут. Как раз навстречу мне вышел высокий, представительный маг в белой одежде с длинной седой бородой и внимательными серо-голубыми глазками. Волосы прикольные - длинные, как у наших неформалов.

– Добрый вечер! - весело гаркнула я ему на ухо, подозревая, что он глуховат. - Я тут заблудилась слегка, я новенькая, первый день только. Чёрное отделение. Только сейчас сообразила, что с дверями нужно общаться.

Старик доброжелательно улыбнулся, не без озорства сверкнув глазами.

– Ты - Элли Трейн, не так ли? - обратился он ко мне, протягивая ладонь для пожатия.

– Ага, - я пожала его тёплую руку, - приятно, что меня уже узнают, как какую-нибудь знаменитость.

Он пожал плечами с тщательно скрываемой гордостью: - Я директор этого заведения, я обязан всех знать, кто находиться в этих стенах. Его острый взгляд полоснул меня, как бритва беззащитное тело. - Идём, я как раз следую в наплавлении твоего отделения.

Мы шли молча. Я переваривала информацию, постепенно вновь заливаясь краской стыда - говорят же, что понедельник день тяжёлый. Снова я выставила себя идиоткой, и перед кем, перед самим директором! А если прикажет гнать меня в три шея?

– Не переживай, я не обидчивый, - усмехнулся он, обернувшись… и чуть не полетел с лестницы, я вовремя подставила ладони под его спину, поддержав. - Спасибо. И студентов я люблю, хоть чёрных, хоть белых, - внезапно опалил он меня острым взором. - А ты тут по вечерам одна не ходи, всё-таки первый курс только. Или жизнь тебе не дорога?

Я молчала, я не знала, что ответить. Как-то не хотелось обсуждать свои сердечные дела с первым встречным, объяснять, почему именно я шляюсь так поздно. Тем более, с директором. Но он больше ничего не сказал, только порадовал своим именем - Эленбург, потыкал пальцами в дверь, ведущую на мой этаж, и скрылся во тьме. За ним плыло несколько живых огоньков, освещавших нам путь. Я так поняла, что все умные маги или студенты старших курсов умели наколдовывать себе подобное освещение, а то я дивилась, почему коридоры не освещаются. Думала, экономят, коридоров-то множество, как в муравейнике.

– Скажите, а где находится библиотека? - вдруг поинтересовалась я у спины уходящего директора.

– Зачем она тебе ночью? - ответил он, явно улыбаясь, я не видела его лица, но опознала улыбку по тону.

– Да нет, я в неё днём схожу, - уныло ответила я, понимая, что всё больше тяну на звание самой большой дуры в академии.

– Третья дверь справа после пятой двери слева, - не без юмора ответил Эленбург. - Спокойной ночи, Элли!

– Спокойной ночи, - отозвалась я, с радостью узнавая свою родимую дверь - перед уходом на пары я быстренько нацарапала на ней номер пять, чтобы отличить от других, удручающе одинаковых дверей. Кинув взглядом, я определила, что остальные двери тоже разукрашены номерами: вырезанными, наклеенными, привинченными; деревянными, железными, бумажными.

На душе полегчало: я дала себе твёрдую установку, что Дайн будет моим… даже если единственным проявлением его любви будет укус.

… На следующее утро подлый торшер снова начал светить мне в лицо, а будильник жутко орать, но я только залезла под подушку, зажав уши. С меня её стянули.

– Нет, это уже вопиющая наглость! - заорала я, вскакивая. - Чтобы неживые предметы ещё меня и трогали…

Но меня трогала Лира де Кэль. Её лицо было одновременно испуганным и шокированным, будто с ней захотел познакомиться унитаз. Девушка нарядилась в явно мужские штаны и длинную рубаху. В этот день ей явно было глубоко наплевать на свою внешность.

– Что случилось? - сонно поинтересовалась я. - Отчего столь трагический вид?

– Ты не поверишь! - эмоционально выкрикнула девушка. - Представляешь, в этом году нашим учителем будет исключительно вампир! Какой кошмар! Я-то надеялась, что хоть на других парах от него отдохну.

– Чем это он тебя уже утомил? - съязвила я с некоторой долей ревности.

– Я же его боюсь, - прошептала Лира с отчаяньем. Она готова была заплакать. - Я просто умру. От разрыва сердца!

– Все мы умрём, - философским тоном заметила я. - Ты же ведьма, Лира!

– Ну и что же? Я всё равно ничего не могу с собой поделать…

– Думаю, не одна ты такая оригинальная. Все студенты его боятся. Так что можешь не стесняться своих чувств.

– Утешила! - фыркнула подруга, расправляя плохо расчёсанные волосы.

– Ну а что ты хочешь от меня услышать? - разозлилась я. - Если тебе не нравиться - уходи из академии. Я так понимаю, что тут никого насильно не держат.

– Да?! И потерять надежду на прибыльную работу? Ты что, с ума сошла?! - возмущённо воскликнула девушка. Она зябко передёрнула плечами: - В любом случае, больше я на первую парту ни сяду! Кстати, Дориат тоже не хочет.

– Тоже боится? - насмешливо поинтересовалась я. - Тоже мне, полудемон.

– Полудемон, не полудемон, но вампиры… - девушка сглотнула, - они самые сильные маги! Точнее… их невозможно сразить магией. Их вообще почти невозможно убить. Радует только, что их мало. И что, превращая в вампира другого человека, тот вампир умирает. В общем, их всего около десятка. Приятно также, что вампиры не размножаются, - Лира нервно хохотнула, почему-то оглядываясь через плечо. - И подумать только, такой красивый парень! - с грустью произнесла она. - Был бы он обычным магом, за ним бы девушки толпой бегали. А так, - она раздражённо махнула рукой, - для девушек он ни на что ни пригоден.

– А разве вампиры не могут?… - тихонько спросила я. - Ну, ты понимаешь, о чём я! Они разве не спят с женщинами?