Сергей Радин - Долина

Тело вместе с головой он сунул в самую середину постели и укрыл всеми одеялами, сколько нашёл. Со стороны могло показаться, что бельё с постели собрали в кучу для каких-то надобностей. И лишь любопытный, отодвинув нагромождение белья, мог обнаружить под ним окровавленное тело с отрубленной головой.

Эрик крадучись подобрался к входной двери, прислушался и осторожно перенёс к ней три дивана — два в ряд, третий — на тот, что ближе к двери. На диван, который остался без верхнего, Велимир сделал упор: чуть боком воткнул три двузубые вилки, взятые со стола, в пол; ручки вилок ногой закрепил ещё немного вниз — в боковую панель дивана.

— Что у тебя с собой, кроме оружия? — спросил варвар.

— Верёвка и ещё одна вилка, — прошептал мальчишка. — И три факела.

— Надевай плащ. Идём.

Они отогнули край ковра и влезли за него. Та же квадратная выпуклость размером в два локтя, указанная призраком, снова, уже тщательно обследована. Что ж, кажется, ткань, которой обили стены, и в самом деле скрывает тайный выход в неизвестное. Эрик распорол её ножом и воткнул лезвие слева, откуда обычно открывают двери. Нож заскрежетал — и два беглеца замерли. Громко — показалось. Варвар надавил ещё. Маленькая квадратная дверь неожиданно легко поддалась.

— Я первый. Не забудь закрыть за собой.

Помешкав, Эрик сунулся в лаз. Навстречу пахнуло сухим камнем и застарелой гарью. Похоже, здесь когда-то ходили с факелами. Но уже слишком давно… Варвар сел на край "косяка" и спустил ноги вниз. Опоры нет. И темно, ничего не видно. Засветить бы факелы, да рано. Запах жжёных тряпок может унюхать стража. Сначала Эрик сбросил королевский плащ, затем, напрягшись, развернулся и стал спускаться, повиснув на руках. Почуяв под ногами твёрдую поверхность, он с облегчением встал. Высота от тайной дверцы — в его рост с локтем.

— Велимир, сядь…

Варвар протянул руки и нащупал ноги мальчишки. Тот сообразил и съехал. Пойманный сильными руками, он уверенно коснулся ногами земли. Постояли, отдышались от напряжения. Мрак успокаивал, как ни странно.

— Теперь куда? — прошептал Велимир.

— Надо посмотреть, куда ведёт этот коридор. Если наверх — нам туда. Давай двадцать шагов в стороны и назад.

Эрик не сомневался, что мальчишка хоть и побаивается, но свои двадцать шагов во тьме сделает обязательно. Собственные двадцать он отсчитывал сосредоточенно, прислушиваясь к ощущениям. Нет, вроде ровно. Или в темноте чувства притуплены…

Вернулся — мальчишки нет. Прислушался. Шорох. Равномерный. Одежда шуршит, поскрипывает песок под бесшумными шагами.

— Велимир. Я здесь.

— Ага. Я тоже. У меня дорога после двадцати шагов наверх ведёт.

— А почему больше двадцати сделал?

— У меня шаг короче твоего.

— Пошли.

Вытянув руки и касаясь пальцами каменных стен, они торопливо шли по невидимому коридору. Однажды остановились. Показалось, что где-то недалеко разговаривают. А раз показалось обоим, остановиться стоит.

И правда, говорили. Но очень далеко. Либо за толстой стеной. Беглецов там не услышать. И они заторопились дальше.

— Эрик… Может, факелы…

— Рано.

— С глазами что-то не то. Больно. Немножко.

— Сними капюшон.

Мальчишка внезапно оказался среди разноцветного сверкания.

— Что это?!

— Тихо! Это венец… Хватит тебе?

— Хватит… Здорово! — не выдержал Велимир, сам сияя от радости. Ещё бы — свет!

Улыбнувшись, варвар повёл принца по коридору, по напряжению ног сам чувствуя, что медленно, но поднимается.

Стены по обеим сторонам пропали неожиданно. Развилка. Оба застыли, не зная, что делать. Но Эрик вздохнул и учуял: запах камня перебивает уже что-то свежее и терпкое. А там, где два запаха борются между собой, можно думать только о сквозняке. Эрик потянул принца за собой. Мальчишка явно устал, но покорно пошёл. Две ночи без сна. Ничего, перетерпит.

Теперь варвар уверенно шёл на запах трав и цветов. Ему казалось, он даже разбирает, что за цветы растут где-то рядом с той дырой, в которую задувает лёгкий ветер. Он узнал ромашку и ещё какой-то цветок, который нельзя сорвать, не измазавшись в жёлтом едком соке. Поверхность где-то рядом…

Раздувая ноздри, словно охотничий пёс, почуявший пронзительный аромат дичи, Эрик бежал по подземному коридору, таща за собой мальчишку. Внезапно мальчишка затормозил, упираясь изо всех и схватившись сам за руку варвара.

— Что…

— Тихо… Там, впереди…

Велимир неуклюже накинул на голову капюшон, скрывая венец в волосах, его сияние. Его тяжёлое запаленное дыхание постепенно успокаивалось, и Эрик начал подозревать, что мальчишка остановился специально, чтобы перевести дух. Но вдруг сам дёрнулся от отчётливого взгляда в упор. Рука легла на рукоять меча и бесшумно потащила его из ножен. Принц еле слышно вздохнул.

— Гусеница… Громадная…

Скрежетнули кремень и кресало в руках варвара. Вспыхнули долгожданным огнём факелы. У Эрика перехватило дыхание: навстречу им и впрямь торопилась громаднейшая гусеница с человеческим лицом. Он поспешно сунул огниво в кармашек пояса и вооружился вдобавок к мечу длинным ножом.

Велимир высоко, насколько мог, поднял оба факела.

Варвар насторожённо направился к Ползуну. Тот остановился, вздыбился. Страшная морда ощерилась крупными зубищами. Неожиданно легко Ползун ринулся на Эрика — угадав ровнёхонько тот миг, когда и варвар рванулся на него. Морда взметнулась над человеком. Разинутая пасть обдала Эрика жутким смрадом. В прыжке он полоснул по ней мечом, а падая, ударил, стараясь попасть в глаз. Ползун взревел. Эрик похолодел. Не оттого, что рёв страшен, а оттого что вот сейчас сбегутся другие Ползуны, и выбраться из подземелья будет труднее. Варвар понял: единственное, что сейчас может спасти, — это непрерывное движение. И завертелся как волчок вокруг Ползуна, который, словно сторожевая собака, то набрасывался с распяленной пастью, то откидывался назад, готовясь к новому нападению. Варвар не знал, что Ползуна в этом обличье нельзя убить, метя в тело. Но интуитивно пытался заткнуть ему вопящую пасть. Однако Ползун, скаля зубы, их не разжимал, и задумка варвара пропадала зря. А время летело.

И тут в бой вступил Велимир. Он не стал вынимать меч. Он просто подскочил к Ползуну и с яростью ударил в лицо двумя факелами. Ползун отпрянул, изумлённый. И в этот момент Эрик кинулся к нему, замахнулся мечом. Чудовище вскинуло лицо к оружию. Нож в левой руке варвара словно сам врезался в костлявую щёку Ползуна. Тот взревел от боли. И Эрик с наслаждением всадил меч в вопящую пасть.

32.

Астри.