Антон Мякшин - Домой, во Тьму

– Двоих зацепило, но не опасно! – доложил запыхавшийся ратник, перешагнув через корчащееся тело.

– Пусть раненых сразу доставляют к лекарю, – распорядился юноша с факелом.

– Лекарь уже смотрит их.

– Или погоди-ка… – наморщился юноша. – Тут священник. Святая молитва поможет этим раненым лучше отваров и снадобий. Проводи их к отцу!

– Но господин!.. – схватил за кольчужный рукав юношу Матей.

– Ты не видишь, что здесь творится?! – закричал лакниец.

– Важные известия… – поддержал проповедника Янас, но и он не успел договорить.

– Какие еще известия?! – раздраженно отмахнулся юноша. – Откуда вы? Из какой деревни? Что у вас еще случилось? Ожившие мертвецы? Драконы? Черные гномы?! Вся Лакния кишит тварями из Потемья! Никаких других известий, пока не покончим с этим делом! Брад!

– Слушаю! – откликнулся воин с секирой.

– Ты еще здесь?! Я же сказал – отведи их к отцу.

– Но вы меня даже не слушаете!.. – воскликнул мальчик.

– Пойдем, парень, – взял его за плечо воин. – Мы не оставим в беде пославших тебя к нам, но сейчас не до твоих известий. Пойдемте, святой отец.

За околицей деревни спутанными метались два десятка откормленных белогривых лакнийских скакунов. Огонь пугал животных, они беспокойно ржали, взбрыкивали и кусали друг друга. Рядом на расстеленных плащах помещались двое раненных. Чернобородый лекарь в белом балахоне, испачканном кровью и копотью, перевязывал одному из них бедро. Второй дожидался своей очереди, зажимая ладонью кровоточащее плечо. Склонившись над ним, говорил что-то огромный широкоплечий лакниец в длинной кованой кольчуге со стальными пластинами на груди и животе. Светло-серый плащ ниспадал с левого плеча, а под плащом ясно угадывалась пустота.

– Светлейший Гульд! – позвал однорукого Брад.

– Это Гульд? – воскликнул Янас. – Он – Гульд? Гульд из рода Крудов?!

Однорукий обернулся. Из седой всклокоченной бороды пухло вываливались мокрые губы, такие же толстые, как и у юноши, которого мальчик и проповедник встретили в деревне.

– Откуда они взялись?! – изумился однорукий.

– Прятались в одной из хижин, насколько я понял, – сказал Брад и перекинул секиру с одного плеча на другое. – Этот… который малец… говорит, что у него к вам какое-то дело.

– Донесение, – поправил Янас.

– Священник?! – крикнул лекарь. – Здесь священник? Святой отец, подите сюда, мне нужна ваша помощь!

Матей неохотно отошел от мальчика.

– Откуда ты? – спросил Янаса Гульд. – До ближайшей деревни больше суток ходьбы, а теперь по ночам такое происходит… Да и не думал я, что в окрестностях остались еще какие-то деревни… Как ты смог добраться сюда?

– Я не из какой не из деревни… – заговорил Топорик.

– Светлейший князь! – долетел до них крик.

Два воина появились со стороны деревни. Они вели под руки низенького мужичка в крестьянской одежде. Мужичок заплетался ногами, всхлипывал и мотал кудлатой головой.

– Постой-ка! – кивнул однорукий мальчику и шагнул к пришедшим.

– Успокойся, милый, – неожиданно ласково проговорил он, похлопав мужичка по плечу. – Успокойся… Как твое имя?

– Баг… – простонал мужичок.

– Не надо плакать, Баг… Скажи, сколько их там? Ты их всех узнал?..

– Их трудно узнать, светлейший… Они так изменились! Я видел Ральфа, это с него все началось. Силь отказала ему, и он наложил на себя руки. Мы его похоронили, а на следующий день Силь пошла к нему на могилу и не вернулась… Мы похоронили и ее, и еще через два дня они пришли в деревню вдвоем. Это было ночью, поэтому никто не успел на помощь к их семьям… А потом, светлейший…

– Сколько их было всего?

– Когда все, кто уцелел, ушли из деревни, их было… восемь. Ральф, Силь… и другие… Тук… Тук! Да, я забыл Тука! Девять, светлейший… Ох, светлейший, а ведь Тук – это мой двоюродный брат…

– Это уже не твой брат. Тех, кого ты знал, нет. Они превратились в чудовища, Баг.

– Они ведь живут, светлейший… – втянув голову в плечи, просипел мужичок. – Не по-настоящему, но живут… Я был у хижины Тука, и он, светлейший, подновил изгородь – он давно уже собирался заняться ею, но все жаловался, что не хватает времени. Он сделал это после того, как умер, светлейший…

– Мы нашли восьмерых, – обратился к Гульду один из воинов, приведший мужичка. – Их стащили на одну улицу. Их сторожат, потому что, изрубленные в куски, они все еще шевелятся.

– Одного не хватает, – дернул себя за бороду Гульд. – Ты, Баг, видел каждого?

– Да!.. – снова заплакал мужичок. – Я каждому смотрел в лицо… Там все… Только Сили нет.

– Ищите лучше! – резко срываясь с ласкового тона, скомандовал Гульд. – Заходите в каждую хижину, проверяйте погреба и колодцы. Брад знает свою деревню, он покажет вам места, где можно спрятаться.

– Нет! – закричал, вырываясь из рук воинов, мужичок. – Я туда больше не пойду! Не приказывайте мне, светлейший! Я не могу!..

– Надо, милый, надо… Ни один из этих нелюдей не должен сбежать. Иначе весь ужас начнется заново. Ты ведь понимаешь это, Баг? Ты ведь не хочешь этого?

– Госп… Светлейший Гульд! – тронул Топорик Гульда за единственную руку.

– Погоди, сынок… Возвращайтесь в деревню! – рыкнул он воинам. – И ищите лучше эту Силь, будь она проклята!

– Можно мне сказать, светлейший?

– Теперь можно, – повернулся к Янасу однорукий. – Так откуда ты? Издалека? По одежде видно, что издалека. Как ты добрался сюда?

– Мы шли через леса, светлейший, и…

– Значит, ты с востока? Не думал, что там кто-то еще остался. Извини, сынок, мы ничем не можем тебе помочь. Слишком далеко. А на Совете было решено не отдаляться от форта больше чем на день пути.

– На Совете?

– Совет Пяти. Да, мы объединились. Пять княжеских родов, пять дружин, две тысячи простолюдинов – и один форт. Мы принимаем под свою защиту всех, кто приходит к нам, всех честных христиан, я хочу сказать. Так что у вас там, на востоке, случилось? Говори. В каждом княжестве случилось что-то, что заставило людей оставить земли предков и сойтись вместе, чтобы сопротивляться нечисти. Говори, меня уже ничем нельзя удивить.

– Я вовсе не из Лакнии, – мотнул головой Топорик.

– Как это? Откуда же ты?

– Из центра Империи. Из Верпена. Мы прошли через Халию, через Северные горы, через леса…

– Я говорил, что меня нельзя ничем удивить, но я ошибался. Мальчик и старик-священник прошли через половину Империи и остались живы… Кто же вы такие?

Удивление, одобрение и уважение мешались в голосе Гульда. Это польстило мальчику и приободрило его.