Екатерина Юденкова - Возвращающаяся (СИ)

— Как скажите…

— Хорошо. Тогда начнем. — Служанка на цыпочках отошла назад и, остановившись в углу, замерла. — Скажите, что именно у вас беспокоит?

— Меня не слушается мое тело… — Хм, паралич? Да нет, он же только что ворочался. — Все мышцы болят, глаза болят, горло болит, голова болит… Нет больше сил сопротивляться болезни. Хочется просто закрыть глаза, и заснуть вечным сном.

— Ну уж нет, с этим мы повременим. — Улыбнулась я, хватаясь за свой камень на шее. Уонни был горячим, полным энергии. — Расскажите лучше, что с вами произошло. С чего началась болезнь? Хотя… подождите. Для начала мы сделаем вот что, — я обратилась к прислуге — отодвиньте шторы и откройте все окна. Комнату надо проветрить, здесь совершенно нечем дышать. Не странно, что вся прислуга ходит такая вялая — они же все больны! В этом доме зараза просто везде! Выветрите ее отсюда!

Женщина мигом подорвалась из своего угла, и пулей пролетела по комнате, выполняя пою просьбу. Окон в комнате, широких и высоких до самого потолка, было целых четыре. Когда все занавески были сорваны и створки распахнуты, в комнату тут же влетел прохладный воздух летнего утра, и все помещение залилось ярким солнечным светом. Так же я попросила открыть двери — дышать тут же стало гораздо лучше.

— Вот, так-то лучше. Вам так не кажется, Нефид? — Я присела на постель и сняла с горячего лба влажную тряпку. — Рассказывайте, как вас так угораздило?

— С месяц назад я возвращался в город с караваном, и попал под сильный ливень. Погода тогда тоже подкачала, было довольно прохладно, и дул сильный ветер. А как оказался дома, понял, что ощущаю сильнейшую слабость. Я тут же посла за местным лекарем, который прописал мне постельный режим, и приказал закрыть все окна, чтобы ни один сквозняк не пробрался в помещение. Но через неделю мое состояние ухудшилось…

— И не странно. Чем еще он вас лечил?

— Он поил меня какими-то противными отварами, от которых у меня живот сводило, и натирал мазью.

— Все ясно. — Попался лекарь-шарлатан, который просто сдирал деньги с богатого но наивного больного, бывает. — Скажите, а сейчас, когда мы открыли окна, вам стало хоть немного лучше?

— Да. Голова почти перестала гудеть. Да и знаете, дышать стало значительно легче. Что вы сделали?

— Ничего особенного, — улыбнулась я. — Что еще болит?

— Горло. Говорить трудно, больно глотать. И ухо иногда трещит и побаливает.

Обычные симптомы осложнения простуды. Насморк, головная боль, отит и фарингит. Сейчас все исправим.

— Ну, тогда приступим. — Одну руку я положила на вспотевший лоб Нефида, а другой сжала уонни. Ох, только бы все получилось. Я вспомнила заклинания, что учила вчера и, прикрыв глаза, принялась их нашептывать, делясь с Нефидом своей здоровой энергией.

Кажется, выходило у меня неплохо. По крайней мере, я видела, как лицо мужчины розовеет, мешки и синяки под глазами пропадают, а кожа становится прохладней. Я смотрела на него и все шептала и шептала, до тех пор, пока пелена, словно полупрозрачная пленка, не окутала меня…

— Как она? — Сквозь сон услышала я встревоженный мужской голос.

— Все в порядке. Госпожа целительница Суриза всего лишь спит. — Ответила женщина. Кажется, это именно та служанка с полуседым пучком на голове. Я поворочалась, открыла глаза и села. Кажется, я снова потеряла сознание после процедуры излечения. Ну и какая же из меня суперведьма, если я даже простую простуду не могу вылечить, не грохнувшись в обморок.

— Госпожа целительница Суриза! — Негромко вскрикнула женщина, и вручила мне теплую кружку. — Вот, держите, господин целитель Славан в письме просил дать вам этот отвар, когда вы придете в себя. Пейте, пейте, спасительница наша!

Спасительница, ага… Значит Славан знал, что мне сделается нехорошо. Я пригубила отвар, и огляделась: меня положили в большом холле на удобный диван (хорошо хоть не додумались определить на ту кровать, где отлеживался хворый Нефид). Окна, как и в той комнате, где я лечила, были распахнуты, и за ними раздавались веселые голоса, смех, и музыка. На соседнем диване, барабаня пальцами по коленям, сидел Нефид, явно переживающий о моем самочувствии.

— Как вы? — Мужчина, одетый в праздничный дублет, вышитый позолоченными нитями, резво вскочил со своего места.

— Все хорошо. Как вы?

— Никогда не чувствовал себя столь здоровым! Представляете, я кажется стал даже лучше видеть!

Ох, постаралась же я на славу…

— Сколько я проспала? — Я глянула в окно — было светло.

— Всего пару часов…

— Отлично. — Я залпом выпила отвар, и встала с дивана. — Значит я успею добраться до дома до темноты. Спасибо за то, что дали мне отлежаться.

Нефид аж подпрыгнул на месте, услышав мои слова, и поспешил ухватить меня под локоть.

— Ну что вы, это я вас благодарить должен, госпожа Суриза! Вы спасли мне жизнь. И теперь просто обязаны остаться на праздник, что готовится сейчас во дворе. Он в вашу честь. Я оповестил о своем выздоровлении мужа градоначальника, а он весь город. Соберутся почти все жители, и бедняки и богачи — все будут пить за ваше здоровье. Прошу, задержитесь до утра, затем отправитесь в путь.

— Но я не могу…

— Прошу вас, Суриза. — Нефид взглянул на меня полными доброты глазами. — Я ведь должен вас отблагодарить.

Я согласилась…

Ближе к вечеру я все же вышла на улицу, где праздник был в самом разгаре. Разномастный народ толпился у длинных столов с разнообразными угощениями, а вино черпали прямо из огромных бочек, который все выкатывали и выкатывали из погребов дома Нефида. Похоже, купец действительно пригласил весь город…

Когда заметили мое появление, раздались громогласные аплодисменты. Тут и там раздавилась радостные возгласы и пожелания долгих лет жизни. Чувствовала я себя ну очень смущенно.

Нефид поднес мне бокал вина, и попросил тишины. Мужчина долго расписывал мои волшебные способности, и говорил о том, как он благодарен мне. Затем снова были аплодисменты. Потом тосты, и опять хлопки. Я пила и ела мало, почему-то ничего не хотелось. Напротив, было желание поскорее сбежать отсюда. А время тянулось как назло ужасно долго. Вот уже и луна взошла на небо, но расходиться никто и не думал.

Наконец я решилась отвести Нефида в сторону, и поговорить с ним.

— Я знаю, о чем вы хотите сказать, Суриза. Конечно же, я щедро заплачу.

— Нет-нет, я совсем не об этом. Мне необходимо узнать у вас кое-что о Жагире. Я не видела его флагов на стенах города…

— Не произноси здесь этого поганого имени! — Нефид резко махнул рукой, расплескав вино из бокала. — В этом городе его не любят!