Алексей Глушановский - Поющие Вечности

Выйдя из номера, и прикрыв за собой дверь, Артур некоторое время стоял у порога, борясь с самим собой. Трудно преодолевать сложившиеся традиции и привычки, даже если от этого зависит твоя жизнь. Барды — должны защищать людей от фейри. Защищать, а не оставлять на пытки и расправу! Вот только как быть в ситуации, когда именно люди, только что предприняли попытку убить его, а фейри — спасла, и сейчас занята добычей необходимой для выживания информации? И все, что он может, — это не мешать ей заботиться о его безопасности? Именно его, — уж в чем у Барда не было ни малейших сомнений — так это в способности Дини Ши выжить где угодно, и в любой ситуации — хоть атомную бомбу на неё сбрасывай! Ну не было на Земле оружия или человека, способного представлять угрозу для фейри такой силы. А потому, сейчас ему следовало тихо-мирно стоять в стороне, и не мешать Лаурелин заботиться об его выживании. И не важно, что все инстинкты и внутренние установки Барда яростно бунтуют против такого бездействия.

Решив так, он отошел от двери, за которой, стоило ему только её закрыть, воцарилась полная, и какая-то неестественная тишина и направился в холл. Сейчас ему оставалось только ждать. И этим временем, стоило распорядиться с толком. Например, проанализировать, что же с ним такое происходит! Понять, почему он, в основном, будучи вполне адекватным человеком, превращается в обезумевшего самоубийцу, стоит только припомнить происходившее с ним за Гранью. И вновь становится нормальным, как только прогоняет эти воспоминания.

И многие, многие другие, вроде бы мелкие несуразицы, происходившие с ним с тех пор, как его давняя знакомая, оказавшейся какой-то загадочной Хранительницей вернула его в мир живых после пребывания за чертой. Все это следовало проанализировать, разобраться и понять, как ему следует жить дальше, чем это грозит, и как это можно использовать.

Ведь не так давно, в замке Даанана, осадив тогда еще не связанную с ним приказом князя Лину, он почувствовал нечто… Странную энергию, словно текшую к нему, по мере того как фейри злилась. Может, это была Грязь, и после возрождения он смог её ощущать как силу, а не как боль? Это было бы очень неплохо. Но тогда почему ругань пленника, как и прежде, вызывала у него головную боль? Что то не сходилось… Не складывалось в этой головоломке. И если он хотел выжить, и добиться безопасности — не только для себя, но и для всего своего мира, он был просто обязан понять — что именно. Понять, обнаружить тот недостающий элемент складывающегося вокруг него паззла, и найти способ его использовать! И способ у Артура был. Загадка скрывалась в нем. В его сознании. И Бард владел методом, позволяющим его исследовать. Простым, но весьма эффективным методом. Нужно было только немного времени… Со вздохом, бард уселся в скрипучее старое кресло в холле гостиницы, и прикрыв глаза погрузился в медитацию.

Впрочем, долго заниматься самоисследованием у Артура не получилось. Он только-только получил первые результаты предпринятых усилий, — весьма надо сказать странные, и неоднозначные результаты и начал их обдумывать, когда его размышления были прерваны вышедшей в коридор Дини Ши.

— Можешь заходить. — Слегка морщась, сообщила фейри. Она явно пребывала в не лучшем состоянии духа.

— А где… этот? — Изумленно обвел взглядом абсолютно пустую комнату Артур. Ни пленного, ни хотя бы его тела в пределах видимости не наблюдалось. Бард даже не поленился заглянуть в уборную и шкаф, но ценный источник информации отсутствовал и в этих укрытиях.

— Я за него. — Как-то кривовато усмехнулась Лаурелин, и вновь поморщившись, потерла лоб. — Надо признать, это было довольно болезненно.

— Что случилось? — Артур и впрямь не понимал происходящего.

— Я с ним случилась… — Вздохнула девушка. — Просто, когда я совсем уже собралась его допрашивать, мне в голову пришла мысль что раз уж планируется довольно долгое пребывание в этом мире, то мне будет полезно для более качественной охраны знать немного больше, чем общие сведения, — вздохнула Лина. — Как минимум, — владение языком и знание общей обстановки в твоем мире. Ну и интересующие тебя вопросы… Так что пришлось позаимствовать его знания.

— Нельзя ли поподробнее? — Артур осторожно присел на край кровати. Зачем тебе было знать язык? Ты же и так свободно общаешься на русском. Как это ты «позаимствовала» знания? Что ты под этим подразумеваешь?

— Вообще-то это ты говоришь на русском. Я же, до этого момента владела только синдарионом. И еще — простейшим… Даже не заклинанием. А нечто вроде навыка… Привычки… Извини, не знаю. Как это даже назвать… В твоем языке просто нет подходящих слов. В общем, это такое как бы усилие, небольшое, и очень простое, которым в Феерии владеет практически любой ребенок, и которое, позволяет понимать своему владельцу любую речь, и в свою очередь, делает твою речь понятной для собеседника.

— А… — договорить ошарашенному такими, до сих пор неизвестными ему новостями барду не дали.

— А вот на письменный язык, это, к сожалению не распространяется. А мне не очень-то хочется выглядеть безграмотной. Будь мы здесь ненадолго, — это не страшно. Но есть у меня серьезные подозрения, что в ближайшее время ты вовсе не намерен возвращаться в Феерию.

Артур молча кивнул.

— Вот и пришлось использовать одно из заклинаний Аннона. Позволяет забрать у того, на кого заклинание наложено, все знания, которыми обладал объект, и передать их заклинателю. Недостаток — если жизненный опыт и сила воли жертвы будет больше, чем у заклинателя, то получится не заклинатель со всеми знаниями жертвы, а личность жертвы в теле заклинателя.

— Это же опасно! — приблизительно представив то, о чем говорила Лаурелин воскликнул Артур.

— Не для меня, и не с ним. Я гораздо старше, чем был этот человек. Гораздо опытней. И моя воля куда более тренированна. — Усмехнулась фейри. — Так что риска не было. Зато сейчас — я знаю все, что знал он. И могу ответить, на все твои вопросы.

— Так что же происходит?

— Долго рассказывать. — Лаурелин улыбнулась. — Лучше смотри!

Сумрачный зал старого храма был полон народа. Молодые и подтянутые мужчины тихо стояли, заполняя пространство до самых дверей церкви, а суровые лики святых, казалось пронизывали их взглядами, словно спрашивая: — Достойны ли? Справитесь? Не подведете? — Иван зябко передернул плечами, следя чтоб не брякнуть оружием. Ему было слегка не по себе. А выдержит ли он? — Должен выдержать! — решил он про себя. Раз справились в древности, прогнали нечисть с нашей земли, то и сейчас справимся! В конце-концов, — он не один! Их много! Вот они, братья, стоят плечом к плечу, ожидая, когда святая Анастасия взойдет к ним, чтобы сказать напутственное слово! Вместе — мы выстоим, и победим нечисть.