Анна Лин - Владычица Черной башни

– Вы не заняты, госпожа Мэйведа? Я обещал вам прогулку по парку...

– О да, конечно! – расцвела я. – Пойдемте, пойдемте!

Мы направились в парк, сопровождаемые Завалем. Его, очевидно, очередное мое свидание повергло в уныние. Он даже перестал ворчать, с несчастным видом глядя в небо. А мы с Джереном болтали обо всем на свете. Я рассказывала ему о своей жизни в Башне Аль-Сар, а он о том, как стал магом. Мы болтали о заклинаниях и будущем магии.

Заваль практически не мешал. Только когда Джерен попытался превратить для меня невзрачную маргаритку в роскошную белую лилию, Заваль из мстительности нейтрализовал его заклинание. Джерен одарил его злым взглядом, а я не сдержала смешка.

Когда наша прогулка уже подходила к концу, Джерен взял обе мои руки и посмотрел мне в глаза. Я попыталась улыбнуться как можно милее и очаровательнее. Так я всегда улыбалась Ахноду, который отчитывал меня за очередную шалость. Глядя в мои чистые невинные глаза и милую улыбку, старый маг вздыхал и прекращал свои нотации... Я выкинула из мыслей Ахнода и сосредоточилась на Джерене.

– Мэйведа, я хочу, я мечтаю, чтобы вы оказали мне честь стать моей спутницей на балу!

– В самом деле? – захлопала ресницами я. – Я согласна!

– Это чудесно, – улыбнулся молодой волшебник. – Тогда до завтра, Мэйведа!

– До завтра, Джерен.

Он поклонился мне и направился прочь. Я сначала смотрела ему вслед, вертя в руках маргаритку, потом резко смяла ее в кулаке и повернулась к Завалю, который с грустным видом сидел на скамеечке.

– Я просто чудо, правда?

Заваль недоверчиво посмотрел на меня, а я довольно рассмеялась. Завтра будет прекрасный день! Я так давно не была на праздниках, а на королевском балу в Эфирии не была никогда. Надеюсь, этот бал будет незабываемым!..

35

По сравнению с тем, что было утром следующего дня, вчерашний день казался просто кладбищем. Утром меня разбудил шум подготовки к балу. Я накрыла голову подушкой, стараясь снова заснуть, но предпраздничная суматоха была такой громкой, что все мои попытки не увенчались успехом. Я вздохнула и на подушку накинула еще и одеяло.

– С добрым утром, Мэйведа! – раздался голос Энейна. – Ты спишь?

– Пытаюсь. – Я откинула подушку и посмотрела на вора. – Что ты здесь делаешь? Я вообще-то не одета.

– Подумаешь! – махнул рукой вор. – Что я, женщины в ночнушке не видел?

– Я всегда сплю голой, – сухо бросила я.

Глаза Энейна загорелись, и он вцепился в мое одеяло, явно намереваясь его стянуть с меня. Я тоже уцепилась за одеяло и одарила вора красноречивым взглядом. Он хмыкнул и выпустил мое одеяло.

– Да пошутил я! Ты хорошая девушка, Мэй, но не в моем вкусе. Извини, но у нас ничего бы не получилось...

– Какая жалость! – ядовито бросила я. – Сейчас пойду и от горя выброшусь в окно.

– Лучше не стоит, – серьезно покачал головой Энейн. – А то разъяренные Турис и Джерен истыкают меня мечами и закидают шаровыми молниями!

Я рассмеялась, а вор встал и отвернулся, давая возможность мне одеться. Когда я застегнула свое черное бархатное платье со вставками из зеленого гипюра, Энейн повернулся и спросил:

– А что у тебя с этим Джереном? Я видел, как вы мило прогуливались по парку.

– У меня с ним пока ничего, – усмехнулась я, расчесывая свои буйные локоны. – Но только пока. Он очень неплохой парень, хоть ему и далеко до...

Я вовремя прикусила язык, чуть было не сказав «далеко до Моррандира». Все, хватит думать о Моррандире! Он мой самый главный враг, я должна его ненавидеть. Он поплатится больше всего, конечно, после Крилла. Я резко провела расческой по волосам и посмотрела на Энейна.

– А тебе-то что? Собираешь и распространяешь сплетни?

– Как ты могла обо мне так подумать? – надулся вор. – Я же твой друг и волнуюсь за тебя!

– Как мило! – скривилась я. – Пошли, я хочу завтракать.

Как только мы вышли из моих покоев, к нам тут же присоединился Заваль. Он неодобрительно посмотрел на Энейна, а тот широко улыбнулся и фривольно обнял меня за талию, повторяя, что эта ночь была просто волшебной. Заваль принялся что-то бурчать о жутком падении нравов нынешней молодежи. Я одарила Энейна укоризненным взглядом, а вор невинно улыбнулся и развел руками:

– Я не удержался!

В столовой мы встретили Аринуса, Диксериту и Туриса. Вместе позавтракали, причем я приставала к старому волшебнику насчет найденных в Лесвистге артефактов. Аринус заверил меня, что после того, как с ними закончат работать придворные волшебники, мне можно будет на них взглянуть.

После завтрака Энейн куда-то исчез, а мы с Диксеритой и Турисом (ну и Завалем, конечно) пошли в тренировочный зал, где обычно знать снимала стресс поединками на мечах, Турис показал мне мастерство фехтования, и я наградила его поцелуем в щеку. Диксерита, стоило ей взять в руки лук, обошла всех остальных лучников. Заваль, стоявший рядом со мной, гнусавил что-то о том, что нельзя все решать силой.

А после обеда начались приготовления к празднику. Придворные дамы принимали ванны, укладывали волосы и все такое, а я внаглую проспала почти до самого вечера. Собралась я быстро. Искупалась, надела с помощью служанки пышное бальное платье. Надо сказать, что швеи постарались на славу. Мое платье было настоящим произведением искусства! Пышное, нежный шелк темно-фиолетового цвета, глубокий вырез, серебристая вышивка в виде роз по лифу и подолу, а в середине каждой розы – маленькая блестящая звездочка из горного хрусталя.

Я долго крутилась перед зеркалом, оглаживая свое роскошное платье, довольная как ребенок, который получил новую игрушку. У меня никогда не было такого роскошного и красивого платья! В Башне Аль-Сар не признавали украшения из драгоценных камней, яркие цвета и кринолины. А мне нравилось! Я приподняла юбки, открыв стройные ножки в изящных, обшитых фиолетовым бархатом туфельках на небольшом каблучке.

Волосы я не стала укладывать, да и какую прическу можно сделать из крутых и непослушных локонов? Я только тщательно расчесала чистые и приятно пахнущие розой волосы и надела небольшую и изящную серебряную диадемку с аметистами, которая изумительно сверкала среди черной бури волос.

Когда я закончила с макияжем и уже сбрызгивала запястья тонкими духами, ко мне зашла Диксерита. Она смущалась и чувствовала себя неуютно в своем наряде, но я заверила ее, что она удивительно хороша. И это было правдой: не очень пышное платье спокойного персикового цвета сидело как влитое на стройной фигуре Диксериты. Скромный вырез открывал только тонкую золотую цепочку с желтым топазом. Длинные светлые волосы девушки были распущены и красиво схвачены над ушами золотыми заколками.