Алексей Свадковский - Вор и маг. Трилогия

— А это безопасно, Ульмар?

— Да, Арен, иначе я бы этого не предложил. Иногда мне кажется, что я спускаюсь сюда только для того, чтобы потом выбраться таким способом.

Мне было тяжело покидать то древнее место. Я был рад, что прикоснулся к тайне былых времён, но я вынужден был оставить её, так ничего и не поняв, и я сожалел об этом. Я не мог смириться с тем, что у меня не было ни времени, ни возможности как следует изучить магические свойства удивительного строения Древних. Я невольно замер от восхищения. Как же велик наш мир, и сколько всего нам ещё предстоит о нём узнать!

— Погоди немного, почтенный. Позволь, я ещё раз взгляну на это место. Сдаётся мне, что больше я сюда не попаду.

Я молча стоял, старясь запомнить всё, что было перед моими глазами: гигантские ступени, уходящие вверх, врата, надёжно оберегающие тайны своих хозяев. Я лишь на миг узрел величие, к которому люди должны стремиться, тайны, которые делают людей равными богам. Я буду надеяться, что когда-нибудь человек достигнет таких вершин, что сможет на равных говорить с хозяевами этого места. А пока пусть оно и дальше пребывает в покое, скрытое от людских глаз и праздного любопытства.

— Мы можем идти, Ульмар. Спасибо тебе за то, что показал мне это место. Я буду всегда помнить об этом.

— Тогда прыгай за мной, маг, пока проход не закрылся! — и с каким-то веселым, задорным криком, старик нырнул в темноту, туда, где раздавался шум воды. Оглянувшись напоследок назад, я последовал за ним, и спустя мгновение оказался в стремительном потоке воды, который понёс меня вперёд с невероятной скоростью. Древние для своих непонятных целей заключили в эти каменные трубы целую реку, которая бежала по ним, двигая огромную массу воды. Практически ничего не видя, и стараясь, когда было возможно, вздохнуть, я нёсся вперёд вместе с этой водой, и крики мои разносились под сводами то ли труб, то ли пещер. И наконец, когда я уже перестал надеяться выбраться оттуда живым, вода стремительно закончила своё движение, оборвавшись вниз подобно водопаду, и я упал в небольшой водоём, откуда мне помог выбраться старик, так как я сам едва мог вздохнуть. А когда он, улыбаясь во весь рот, радостно меня спросил, как мне это понравилось, я понял, что он — сумасшедший.

Хвала богам, что мы оказались недалеко от кладбища, и идти до домика сторожа было недалеко: ещё одной длительной прогулки я бы просто не выдержал. Когда мы, наконец, подошли к его дому и увидели Молчуна на пороге, я испытал радость, сравнимую почти с тем, как если бы я попал к себе домой. Я еле нашёл в себе силы, чтобы стянуть мокрую одежду, и обессиленный, сразу заснул.

Услышь меня, Светлый владыка, дарующий свет и ниспосылающий тепло! Последний судья и хранитель справедливости! Молю тебя о помощи! Честь моя попрана, а гордость сломлена. Магия чужеземного колдуна обманула меня, опорочив имя моё, и славу предков, собранную за века. Прошу тебя, помоги мне во имя тех, кто ныне пребывает с тобой! Ради Зарана Чёрного щита, первого в моём роду, на кого снизошёл твой свет на Кровавом поле. Ради Галмара, истребителя оборотней; ради Стенгара, победителя ледяного демона; ради всех моих предков, что сражались и умирали с твоим именем на устах! Прошу тебя, помоги мне найти этого мага! Дай мне последний шанс, и я тебя не подведу!

Поиски мага продолжались уже второй месяц, но были по-прежнему безуспешны. Проклятый колдун исчез, ничем себя более не выдавая. Гарам — большой город, и тех сорока человек, из которых состояла наша миссия, было явно недостаточно для поисков мага, владеющего заклятиями иллюзии и обмана. Ясмера рассказала мне о том, что это был Серый плащ, редкий гость на севере. Их особенно сильно ненавидели ещё со времён Великой войны: тогда колдовством этих магов и объясняли огромное количество эпидемий, опустошавших страны севера. Проникая незаметно в города или лагеря, они сеяли там смерть, отравляя еду и воду, заражая людей болезнями, от которых не было спасения. Но главной их целью были мы, Озарённые. Проявляя чудеса подлости и изворотливости, маги старались уничтожить тех, в ком сверкал свет богов. И это им удавалось: больше половины всех Озарённых, павших во время войны, погибли от их рук. Только Вегрейн пережил не меньше шести покушений. Верить было нельзя никому: используя заклинания контроля, маги легко могли подчинить своей воле обычного человека — и верный слуга отравлял вино, а боец вонзал свой меч в спину командира. Я только сейчас осознал, насколько тогда было трудно бороться с колдунами. Читая хроники, я даже не представлял, с чем мне предстояло столкнуться; теперь, в первом же столкновении с магом, я упустил его, позволив себя обмануть с помощью колдовства.

Но осознание поражения не могло помочь мне хоть что-то исправить. Наша поисковая партия вторую неделю продолжала прочёсывать городскую канализацию и водостоки. Распугивая крыс и нищих, мы обшаривали места, где мог укрыться маг. Мой нос перестал различать запахи, и я был благодарен ему за это: вонь от нечистот была просто нестерпимой. Грязь, мусор, испражнения, и одни боги знают, что ещё, окружали нас со всех сторон; в зловонных потоках что-то копошилось, ползало и даже пробовало на вкус мой сапог.

Стараясь не обращать внимания на кучи нечистот, мы втроём продолжали двигаться вперёд. Где-то здесь потерялись трое наших товарищей из такой же поисковой партии, и я молил всех светлых богов, чтобы они были живы, и не пали от руки мага, потому что этого я себе никогда не смогу простить.

— Салар! Турин! Хогард! — Мой крик разносился под сводами канализации. Мы стояли на развилке трёх туннелей, и нужно было определиться, куда идти дальше. Мы все внимательно прислушивались, надеясь услышать голоса товарищей. Но кроме шума воды ничего не было слышно.

— Геран, нам придётся скоро возвращаться назад.

— Я не уйду, пока мы их не найдём! — резко возразил я. — Озарённые своих не бросают!

Альм в ответ на мои слова спокойно протянул мне два факела.

— Это последние. Как только они погаснут, мы рискуем потеряться, так же, как и те, кого мы ищем, и тогда остальным придётся разыскивать не только их, но и нас.

Слова Ищущего были верны, и оттого меня ещё больше разозлили. Умом я понимал, что он прав, но сердце моё было несогласно. Нельзя возвращаться назад, пока не найдёшь тех, кто в беде, и не важно, есть ли у тебя факелы, вода или еда: у тех, кто пропал, этого вообще не осталось, и силы у них наверняка на исходе.

Я стоял на развилке тоннелей, принимая решение, куда идти; моё лидерство в отряде никто не оспаривал. Наш небольшой отряд составляли Альм, Ищущий, и Фрем, обычный городской стражник, присланный на время поисков мага вместе с полусотней своих товарищей нам на помощь по просьбе магистра. Городские власти понимали, что может натворить маг, решивший преступить договор, и необходимость его поимки им объяснять было не надо.