По праву сильнейшего. Вернуть пару - Александра Салиева

которых я едва смогла разжать собственные пальцы, чтобы отпустить его восвояси.

И кто сказал, что дар эмпатии — это круто? Вообще ни разу, как по мне. Как и наша связь через метку. Потому что каждый раз, когда Кайл уходил, на душе становилось заметно пусто.

— Ой, да вернётся он, никуда не денется, — проворчал папа, подходя ближе, как только мы остались наедине. — К сожалению, — вздохнул наигранно грустно.

— Папа, — укорила я его.

— Ну а что? Кто тебе ещё правду скажет, как не родной отец? — возмутился он тут же. — И вообще я тебе тут твою посылку, между прочим, принёс. Таможенный контроль прошла, безопасна, так что можешь забирать, — протянул мне пакет, который я до этого не замечала, поглощённая их с Кайлом очередной стычкой.

— Спасибо, папочка, — с радостью переключилась на обозначенное, приподнимаясь на цыпочки и целуя его в гладко выбритую щёку.

Заодно так проще было не думать о том, что он сказал.

Родной отец…

Да, я считала своего папу единственный и любимым, но от мыслей о том, что где-то там существует ещё один, так и не избавилась. Но очень старалась. Потому и искать не стала.

Боялась я, да. Что это кто-то вроде матери. И зачем тогда он мне такой? Лишнее разочарование. Хотя и Кайл, и папа не раз предлагали отыскать его. Поначалу. Затем смирились. Хотя, уверена, оба давно уже всё выяснили о нём. Им же надо обязательно всё контролировать. Даже то, что не надо.

Глава 17.2

— Что заказала на этот раз? — отвлёк от мыслей папа.

— Светящиеся в темноте бабочки! — похвасталась, доставая коробку из пакета. — Наклею их на свободную стену комнаты, создам эффект полёта роя, думаю, будет очень красиво.

— А я уж думал, опять одежду, — хмыкнул он, наблюдая за тем, как я нетерпеливо избавляю упаковку от скотча.

— Нет, — хмыкнула. — В одежде у нас пока перерыв.

— Да у вас её уже столько, что пора устраивать распродажу, — всё так же ворчливо отозвался папа.

На самом деле просто обижался, что мы его не привлекли к участию закупки одежды любимым внучкам. Да, несмотря на то, что девочки не будут людьми, их дед уже заранее в них души не чаял. Ждал рождения больше меня самой. Вот я и рассмеялась, отвлекаясь на мгновенье от своего занятия.

— Наверняка, — согласилась. — Но, уверена, как только малышки начнут оборачиваться, нам их ещё и мало станет.

— До сих пор не верю, что ты связалась с оборотнем, ещё и забеременеть от него умудрилась, — вздохнул папа.

Я — за ним следом. Не в первый раз он начинал этот разговор, и я прекрасно знала, к чему он приведёт.

— Папа, нет, — прервала я его заранее. — Я ведь уже сказала…

— Я помню, — перебил уже меня он. — Но ты не можешь от этого отмахнуться, Крис. К тому же, это именно благодаря ему “Sunrise Biotech” удалось призвать к уголовной ответственности. Он дал показания против их работы. Или ты правда верила, что моих бездоказательных слов будет достаточно?

А вот это что-то новенькое. Раньше папа не говорил, кто стал информатором. Тогда почему сейчас решился? И почему я об этом думаю?

— То есть он всё-таки с ними заодно? — переспросила слабым голосом, раздумывая над тем, чтобы позвонить Кайлу.

Пусть вернётся и прервёт нашу беседу…

— Был.

Усмехнулась.

— Ну да. Как удобно: сперва причинить зло, а потом делать вид, что не причём, — не удержалась от сарказма.

Всё-таки я была права, не желая лезть в эти дебри. Так хотя бы капелька надежды оставалась на лучшее.

— Он не знал.

— Чего? Того, над кем ставил эксперименты? Или того, насколько сильно калечит жизни всех тех, над кем он их ставил?

Так и захотелось послать и его, и папу с его оправданиями куда подальше. Вот и сосредоточилась на посылке. Тем более, бабочки на поверку оказались лучше, чем на картинке. Размером с две мои ладони и объёмными крыльями. Бледно-жёлтые, голубые, салатовые, лиловые. Нежные оттенки хорошо гармонировали со светлой обстановкой детской.

— Что у него есть дочь.

Я как раз расправляла крыло одной из бабочек, но от услышанного руки дрогнули, оставляя на плотной бумаге уродливый надрыв. Едва ли я правда это заметила. Мозг зафиксировал случившееся больше по инерции, как бы между прочим. Всё моё внимание сосредоточилось на узнанном.

— Как не знал? — подняла глаза на папу. — Разве такое возможно?

— Ему сообщили, что эксперимент не удался. Джул очень постаралась скрыть факт твоего существования ото всех. Если помнишь, то я и сам узнал обо всём совсем недавно, только после обрушения их отделения в Сиэтле.

Бабочка полетела на пол. Я проследила за ней пустым взглядом. Разум провёл параллель, как если бы не бумажное насекомое сейчас опускалось на пол, а я летела на всей скорости вниз. Пришлось крепко зажмуриться, сдерживая порыв закричать.

— Крис?..

На плечи легли папину руки, притискивая к себе, мягко обнимая, как в детстве, в попытке успокоить. Только я уже и не знала, что именно чувствую. Больно ли мне от нового открытия.

— Не важно, — замотала головой. — Даже если не знал, это не отменяет того, что он мучил сотню народа ради алчного желания стать превыше других. Не только оборотней, но и людей.

— Все мы совершаем ошибки. Ещё меньше тех, кто признаёт это. Твой отец…

— Ты! Мой отец! — снова перебила я его, не желая слушать никаких оправданий в сторону того, кто истязал живых существ в угоду собственному эгоизму.

— И ты даже не представляешь, как я этому рад, малышка, — отозвался с улыбкой в голосе папа, стискивая сильнее в своих объятиях. — Ты лучшее, что случилось в моей жизни, и мне всё равно, как именно и кем ты была зачата, ты всё равно навсегда останешься в первую очередь моей девочкой, уже потом — чьей-то ещё. Но я совсем не хочу, чтобы ты позже пожалела о своём решении.

— С чего бы мне жалеть?

— С того, что несмотря на все показания, ты права, он всё равно виновен не меньше тех, кого сдал.

То есть его посадят. И только минуту спустя до меня дошло ещё кое-что. Дав показания против столь серьёзной организации, ему обязательно захотят отомстить, как папе, а то и хуже. Понятно, что весь высший эшелон отмажется, выберут себе козлов отпущения для публичной демонстрации, а сами типа ни сном, ни духом, но это не значит, что простят и забудут предательство. А в тюрьме так легко избавиться от кого-то, никто и выяснять особо не