Larka - Алмазный венец севера

Леди осторожно протёрла глаза. А потом набросила на ладони салфетку горного льна и осторожно, едва дыша взяла это в руки словно величайшую драгоценность.

Статуэтка вблизи оригинала ярко просияла неземным блеском — а по комнате неслышно и в то же время ощутимо пронеслось чьё-то небесное присутствие. Несколько мгновений оно реяло незримым memento mori, прежде чем нехотя вернуться в бронзу.

— Никто и никогда не убедит меня, что это сделали вы. Такое не умели даже древние. Разве что Феанор, и то… Но за кражу двух подсвечников с вас, господин офицер, причитается! — стоило признать, леди Оуверрон оказалась ещё той, старой закалки — и в себя пришла довольно быстро.

Улыбнувшийся Ларка на глазок прикинул стоимость тех двух дрянных светильников. Высыпал на стол несколько серебрушек из обретавшегося на поясе кошеля. Подумав, он добавил ещё парочку и решительно отодвинул горсть монет от себя.

Леди со снисходительной усмешкой осмотрела женственный, соблазнительный изгиб талии своей маленькой копии и покачала головой.

— Вы чуть польстили, молодой человек, заметив во мне кроме чародейки и знатной леди ещё и женщину, — а всё же, карие глаза её смеялись под пристальным и, казалось, от этих слов чуть нахмурившимся взором статуэтки. — Однако и впрямь, развлечь меня вам удалось вполне…

Глаза её мягко и влажно мерцали, то оказалось заметно даже при ярком свете волшебного шара.

— Фири, негодник, а ну иди сюда, — негромко шепнули губы леди Оуверрон после того, как она осторожно вернула тяжеловатую для неё статуэтку на стол.

Почти сразу сквозь вязаный половичок снизу просочился земляной дух. Несколько удивлённая и уязвлённая тем обстоятельством, что какому-то офицеришке тот поклонился первому — а уж только потом и ей — леди поинтересовалась у своего слуги, из чего сделано вот это маленькое чудо?

Дух смешно икнул, подпрыгнул на месте и поспешно спрятал за спину протянувшиеся было вперёд бестелесные лапки.

— Ух ты! Бронза, ваша милость… а, ну да, как раз те два ратагайских подсвечника, что ещё от старого лорда остались.

Поджав губы в деланной сердитости, леди Оуверрон жестом отослала прочь откровенно держащегося подальше от стола духа и вздохнула.

— Даю голову на отсечение, это не магия. Я бы почувствовала за пару лиг малейшие трепыхания, уж учена жизнью и умудрена весьма…

Из-за окна уже чуть ли не явственно доносилась слышная лишь чувствующему вкрадчивая походка чародейки-ночи, а леди всё никак не могла ни на что решиться. Её взгляд вновь и вновь ласкал статуэтку, и лишь голос поручика оторвал хозяйку от зачарованного созерцания.

— Кстати, леди — гляньте пристально, не сыщется ли где клейма мастера? — отчего-то Ларке не хотелось брать в ладони свою уже законченную работу. С рук долой — из сердца вон.

Леди пристально осмотрела со всех сторон статуэтку, а потом левая бровь её в таком возмущении поползла вверх, что в другое время чуть уставший и вовсе не чуть довольный парень даже и позабавился бы. Женщина легко повернулась в талии почти наоборот и осторожно взглянула на свою… гм-м, пятую точку.

— Право, словно тавро на кобыле, — неделикатно фыркнув, заметила она и продемонстрировала господину офицеру — если смотреть снизу на то место, на котором в странной позе сидела статуэтка, там обнаруживалась крохотная, ярко мерцающая весной еловая лапка.

Хмыкнув (породистая кобылка ты и есть, не жеребец же), Ларка добыл из ножен кинжал да положил перед леди на столешницу. Та поставила статуэтку рядом — но едва сбросила с ладоней салфетку, как клинок словно зачарованная стрелка на океанском корабле повернулся, теперь указывая строго на маленькую задумчивую женщину рядом.

— Ах, то же клеймо. И сбалансирован отменно… — леди Оуверрон, как оказалось, знала толк в оружии — по крайней мере в кинжалах.

Клинок мелькнул ласточкой в её ладони, кувыркнулся серебристой рыбкой в перехвате — и разочарованно вжикнул, отскочив хищным остриём от груди хозяина.

— Всё верно, — леди удовлетворённо кивнула как ни в чём ни бывало. Ведь хорошего мастера им же созданное оружие не тронет. — А почему лезвие чуть жжётся?

Её глаза широко распахнулись в удивлении, а потом и понимании, когда Ларка пояснил — железо не покупное. Трофейное, от светленьких. Да и крови их же этот клинок уже попил вволю. А поскольку сделан отнюдь не простым деревенским, косоруким кузнецом, только и годным клепать медные плуги да топоры, то постепенно в нём что-то такое и обозначается… но, пока что рано говорить.

Леди Оуверрон задумчиво и еле заметно покивала, завернувшись чуть плотнее в свою накидку — в окно вместе с ночью настырно так и лилась прохлада.

— Ладно, молодой человек — штраф за кражу подсвечников вы внесли, потому шум подымать я не стану. Развлекли вы меня, стоит признать, весьма необычно… и скучать мне ещё долго не придётся — разбираясь, на что же маленькая я способна на самом деле.

Карий взор женщины поднялся на поручика с еле заметной весёлостью, словно спрашивая — ну, претензии какие-нибудь есть? Или я в тебе ошиблась?

Тот откозырял и даже лихо прищёлкнул каблуками по новомодной столичной моде, после чего пожелал леди спокойной и приятной ночи (хотя втихомолку наслал этой мегере в сон сразу пару жутко развратных эльфов. Ну, вы знаете, как то делается — левой втихомолку сделать за спиной козу да мысленно прочитать наоборот знаменитое брекс, пекс, фекс…) А потом с лёгкой и приятной усталостью направился вслед за бесшумно плывущим и показывающим путь впереди призраком. Ну да, в маленьком горном замке Оуверрон с незапамятных пор обретался один такой. Спокойный, правда — ночами не завывал и народ не пугал, хозяйка даже поручилась за него перед полковым магиком.

Крохотный чулан под лестницей с брошенным на топчан душистым сенником кому-то другому показался бы оскорблением. Однако, Ларка лишь беззлобно потеребил и приласкал доверчиво прильнувшее к нему привидение да завалился спать.

Причём, верите ли — с абсолютно чистой совестью.

Домовёнок-денщик разбудил своего господина с рассветом. Правда, оказалось что полковой командир вместе со своим начальником штаба уже убыл на рекогносцировку и совещание у главного — но Ларка на сей счёт не роптал. Наскоро смыл с себя сонную одурь в бочке с водой, поел с другими офицерами за длинным столом под пристальным надзором скучавших вдоль стен старинных статуй и кое-как чищенных доспехов. Так и представлялась здесь куда более горластая и буйная компания во главе с сорвиголовой и задирой бароном — а то как же, вон и старые трофейные стяги видны…