Ольга Табоякова - Все дороги нового мира

Вунь встал еще раньше Маши и сам наготовил сладких блинов, чтобы девочка не уходила голодная. На запах вкусностей приполз Милагро и даже орк Нуэва поднялся из подвала. Вунь жарил блины и многозначительно поглядывал на Машу.

Хэсс сладко спал. Последнее время он хорошо спал, после этого самого наболтая. Утром ему казалось, что кто-то пытается с ним поговорить, но он не помнил, кто это был.

Хэсс вышел из своей неспальнии уже тогда, когда Маша выскочила из дома.

- Хэсс, я тебе блинов нажарил, - порадовал его Хэсс.

- Отлично, давай, - Хэсс широко зевнул. - Кофе есть?

- Есть, мы же богатые, - Вунь достал ароматный напиток. - Хэсс, а тебя ничего не тревожит?

- С чего бы это? - сон схлынул с него мгновенно, было ясно, что Вунь чем-то озабочен. - Ты сон какой видел? Или знаешь, что? Или отшельники?

- Сон видел, но кусками, - Вунь покосился на Милагро. Тот демонстративно взял свою тарелку и вышел из кухни. Нуэва тоже подхватил свою и пошел в подвал. Эльниня еще не было видно.

- Говори, - Хэсс весь подобрался.

- Я вижу три момента, - Вунь поставил на стол тарелку с блинами. - Мажь вареньем, и этим тоже. Отшельники постарались. Они уже попробовали, я еле у них отобрал. Все живы, а штука вкусная.

- Так, что ты видел? - Хэсс попробовал, действительно вкусная.

- Сначала я вижу много людей, и все они говорят тебе: "Как ты мог!".

- Погоди, много людей это сколько и кто именно? - Хэсс намазал вареньем себе еще один блин.

- Сначала Сентенус, потом толстый мужик, потом маэстро Льяма, потом Инрих, потом Алила, потом еще кто-то, - Вунь старательно вспоминал свой сон.

- Как они это говорят и о чем? - Хэсс пытался представить, что могло объединить всех тех людей и не мог.

- Они говорят это по-разному. Кто-то с укором, кто-то с непониманием, кто-то с восхищением. Хэсс, я ничего не понимаю, - пожаловался Вунь и утянул с его тарелки блин.

- А я что делаю?

- Стоишь себе, - Вунь это точно помнил.

- Еще что?

- Потом второй кусок. Там уже ты говоришь другим людям: "Как вы могли?", - Вунь поставил на стол кофейник.

- Отлично, а эти другие люди кто? - Хэсс потянулся за своей чашкой.

- Орк какой-то незнакомый, потом еще один тип тоже незнакомый, потом еще один старый тип тоже незнакомый, потом еще Милагро, потом еще и еще, - Вунь честно старался все прояснить, но ничего не получалось.

- А они я так понимаю, ничего не отвечают, - Хэссу не нравились эти сны, которые так пугают Вуня.

- А третий сон лучше, - поспешил тот его порадовать. - Ты стоишь на такой милой скале и смотришь на другую скалу, а она рушится, рушится, вся падает, а ты такой довольный. Я никогда тебя таким довольным не видел, - порадовал его Вунь.

- Это хоть хорошо, если я довольный, - Хэсс легкомысленно подумал, что не стоит забивать себе голову непонятными вещами.

Два дня спустя Хэсс сильно на себя сердился за свою инициативность. Целый день ему пришлось решать проблемы Маши и Сентенуса. Этот день поделился на приемы пищи и разговоры, никаких полезных действий. Утром Хэсса разбудил Пупчай словами, что их срочно ждут у реки за городом. Такая скрытность и ранний подъем заставили Хэсса, которому приснилось, что он видел учителя, крепко выругаться. Уже сидя под огромной ивой на месте встречи, Хэсс пытался заснуть, но это ему не удалось.

- И что было здесь мне встречу назначать? - Хэсс был явно не в лучшем состоянии духа и недобро поглядел на Сентенуса. - Не мог сам приехать?

- Между прочим, ты с наследником разговариваешь, - напомнил Сентенус.

- А ты с главой свободных кодров, - перевесил своим доводом Хэсс. - Ругаться будем или что случилось скажешь?

Сентенус настолько жалобно посмотрел на Хэсса, что мог бы растопить глыбу льда, но те было можно увидеть только далеко на севере и то зимой.

- В тот самый день, - начал медленно Сентенус делиться своими неприятностями, - в тот самый день у нас все было хорошо.

- Замечательно, - согласился Хэсс. - Ты про день с Машей?

Сентенус кивнул.

- Тогда в чем проблемы? Ты же не стал бы меня звать, чтобы рассказать, как у вас все хорошо? - продолжил Хэсс. - Или стал? Ты, что задумал?

Сентенус опять вздохнул, скривился и затем продолжил делиться своими воспоминаниями о том дне.

- В тот самый день все было хорошо, плохо было уже на следующий день, - перескочил Сентенус к новым вводным.

- Погоди, плохо стало от того, что было хорошо? - Хэсс вдруг ощутил, что это ненормальный разговор. - Ты случаем не влюбился?

Сентенус тяжко вздохнул.

- Влюбился или не влюбился не знаю, - честно признался он. - Это к делу не относится.

- Таааак, - потянул Хэсс, - а теперь все что у вас было и детально, а то я смотрю, что Маша не в себе уже два дня. Но я то не лезу, захочет сама расскажет, а Вунь...

- А что Вунь? - воспрял духом Сентенус.

- Вунь носится по дому и читает нам жутко длинные стихи твоего папы, - признался Хэсс.

- О! - Сентенус закрыл глаза. - Извини, Хэсс.

- Да, не за что, ты же их не писал, - отмахнулся он.

- О чем он читает? - Сентенусу стало чуть легче на душе.

- О свободной любви и о том, как одна девушка, словно медленный танец вскружила голову трем мужчинам и так кружила им голову, что лет десять не могла выбрать с кем остаться.

- Я не знаю этого произведения, - Сентенус не мог сосредоточиться и вспомнить читал ли ему отец нечто подобное. - Мы встретились в условленном месте. Я пригласил ее пойти попить утреннего чая куда-нибудь.

- Грамотно и своевременно, - одобрил Хэсс. - Что было дальше? Она согласилась?

- Согласилась, конечно. Мы дошли до милой башенки из черного камня и увитой цветами.

- Это вроде раньше в городе был такой дом для свиданий? - пошевелив мозгами, вспомнил Хэсс.

- Вроде, - Сентенус по мере рассказа опять стал впадать в глубокое уныние. - Мы зашли, там забавные столики с большими зонтами. На каждом из зонтов висят такие цепочки с предсказаниями. Я снял себе одну, Маша сняла себе.

- И что было в твоем написано? - Хэсс же наоборот втянулся в историю, его одолевал азарт угадать, в чем собственно дело. Первым его предположением было, что Сентенус попытался затащить Машу наверх этого дома свиданий и получил отпор. Но тогда не складывалось, что этот день все было хорошо, а плохо уже на следующий. Не мог Сентенус целый день ее уговаривать, видимо было что-то другое.

- В моем было написано, что "только если ищешь, то найдешь", - процитировал Сентенус.

- А в ее? Или ты не знаешь? - Хэсс внимательно разглядывал Сентенуса.

- В ее было написано, что "свобода не есть высшая мера всех вещей", - открыл тайну Сентенус.

- Мило, но не актуально, - Хэсс обдумал сии изречения.