Джоэл Розенберг - Серебряная корона

– Понимаю. – Карл со свистом втянул воздух. – Помнишь ты Эйю, барон?

И снова лицо барона стало на миг лицом прежнего Фурнаэля а не той призрачной маской, в какую оно превратилось теперь.

– Зови меня Жерром, Карл. Да, я ее помню. Девочка-мелка, которую ты провожал в Мелавэй.

– Она не осталась в Мелавэе; сейчас она моя приемная дочь. Работорговец собирался ее убить. Рафф остановил его. Не знаю… может, я плохо учил его или ему просто недостало скорости. Прежде, чем я успел вмешаться, работорговец сразил его.

– Он умер быстро?

– Он вряд ли что-то почувствовал, – солгал Карл. Это вырвалось у него само собой. Разве не имел Фурнаэль права знать, что сын его отходил в муках, с животом, распоротым вражьим мечом?

Возможно. Но я буду последним, от кого он это узнает.

–  Тот, кто убил его… – Глаза Фурнаэля полыхнули внутренним огнем. – Ты…

– Я свернул этому гаду шею, Жерр. – Карл вытянул руки. – Этими вот руками.

– Хорошо. Что ж… кажется, мое баронство в долгу у тебя. Чем оплатить этот долг?

– Во-первых, моим людям нужны еда и отдых. Солдаты Авенира на марше сами не помнят сколько дней. Я хотел бы, чтобы твои люди позаботились о еде и отдыхе для них.

– Сделаем. Ты, как я понял, собираешься двинуться на работорговцев – союзников Холтуна?

– Да. – А потом – правда, пока не знаю как – и вообще прекратить эту войну. Лишить сарычей и работорговцев добычи. – Ты слышал об обожженном работорговце, что работает с холтами?

– Наслышан, – кивнул Фурнаэль. – По имени Армин?

– Он самый. Это он командовал тем набегом на Мелавэй, и он же торгует с холтами, снабжая их порохом. – Карл потрепал Стэка по морде. – Я велю своим людям допросить пленников, и мы, возможно, узнаем, где точно расположен Аэрштинский лагерь. И какие у них ресурсы. Об заклад бьюсь – на Аэрштине штаб-квартира Гильдии в Срединных Княжествах.

– А если и так? – Фурнаэль пожал плечами. – Что нам с того пользы? Где бы они ни стояли – они засекут тебя за день до лагеря и успеют подготовиться к штурму.

– Ты забыл Эллегона. Пока главные силы будут ползти вверх и отвлекать их внимание, Эллегон высадит меня и еще нескольких бойцов у врага в тылу. – Карл похлопал по мечу и улыбнулся. – Если мы сумеем сделать это, если поразим в спину работоргово-холтский союз – возможно, холты склонятся к миру.

Это был бы самый лучший вариант – если бы удалось сделать все быстро. Это заставит князя Пирондэля и его баронов принять хоть и плохой, но мир вместо войны, которую они обречены проиграть, а князь Ульдрен и его бароны выйдут из войны, сознавая, что чаша весов вот-вот склонится на другую сторону. В результате обе стороны будут чувствовать себя очень умными… какое-то время: лет через десять и те и другие, возможно, заявят, что мир этот был им навязан.

Карл подавил вздох. Он видел в своем плане самое меньшее три слабые точки – но это был хоть какой-то выход.

Фурнаэль протянул ладонь.

– Приятно было повидать тебя, друг мой.

Карл принял руку барона и с радостью ощутил, что пожатие стало крепче.

– Жерр… – Он зажмурился, но заставил себя договорить. – Я так сожалею о Раффе! Если б только я мог…

– Нет, – покачал головой барон. – Мы оба должны продолжать свое дело. – Он легко взлетел на спину своего коня. – Нам надо выиграть войну. – Он хлопнул себя по бедру и засмеялся, давая мерину шпоры. – Будь я проклят, нам надо выиграть войну!

Карл улыбнулся. Фурнаэль получил тень надежды на возможную победу, на то, что его баронство и люди будут жить – и стряхнул с плеч добрых двадцать лет.

Так что Карл промолчал, посылая Стэка за гнедым Фурнаэля. Он скакал следом – и думал: Нет, Жерр.Нам надо не выиграть войну. Нам надо ее прекратить.

Глава 21

АРМИН

Кого боятся – тех и ненавидят.

– Мастер Армин! – громыхнул за стенками шатра бас Фенриуса.

Медленно, с трудом Армин поднялся и, хромая, вышел из шатра. Прищурился. Над лагерем разгорался рассвет. Карета уже ждала его. Армин позволил Фенриусу проводить себя к ней и помочь залезть внутрь; потом устроился на ковровом, с подушками, сиденье.

Лагерь работорговцев у подножия Аэрштина был совсем иным, чем его расположенный на склоне собрат. Там стояли загоны и бараки с закованными в цепи бимцами, которых, дабы обеспечить сохранность товара, охраняла пара-тройка членов Гильдии.

Но этот лагерь был военным, в нем хранились созданный в Пандатавэе порох, новые и требующие починки ружья – хранились до сего дня. Сейчас лагерь сворачивался: Армин и его гильдийцы готовились уходить. Очень трудно незаметно перевести с места на место три сотни бойцов, а когда они соединятся с холтским войском князя Ульдрена, это станет попросту невозможно. К счастью, элемент внезапности необходим далеко не всегда.

Проблема в том, Карл Куллинан, что ты не просто бросил вызов мне. Будь оно так – я все равно убил бы тебя, но ты не тревожил бы моих ночных снов. Будь ты просто убийцей моего отца, я бы убивал тебя медленно.

Но я ошибся в тебе – ты не просто мой враг; ты – угроза самой ткани бытия. Я не могу позволить себе роскошь убивать тебя медленно; куда важнее убить тебя наверняка.

–  Ты уверен в наемниках? – спросил он Фенриуса.

– Полной уверенности быть не может, – проговорил великан, медленно подбирая слова, – но мне говорили – они свое дело знают. Я… уверен: к нашему прибытию его убьют – ну или по крайней мере выведут из игры.

– Хорошо. – Нет, неожиданности сейчас ни к чему. Зачем они, если враг и без того пойман и заперт, как жук в крепко заткнутой бутылке? И все, что требуется, – это нагреть бутыль… – Очень хорошо. Убедись, что бочки увязаны. – Армин наклонился к окну. Его здоровая – левая – рука качнулась в сторону фургона, груженного большими бочками с порохом. Огромные, пропитанные маслом дубовые бочки были запечатаны так крепко, что ни воздух, ни вода не могли попасть внутрь.

– Да, мастер Армин. – Фенриус щелкнул пальцами и указал на фургон; дюжина подмастерьев кинулась проверять и подтягивать веревки.

– Есть что-нибудь от холтов?

– Ничего нового. – Фенриус пожал плечами. – Князь Ульдрен, как и обещал, вывел из битвы в Арондэле большую часть войск – хоть я и не уверен, что он поверил посланию…

– Я поверил посланию. Что куда более важно. Как известно Ульдрену. – Если Ульдрен не захочет сотрудничать во всем – из Бима выйдет союзник не хуже. А возможно и лучше: вряд ли Пирондэль окажется настолько же туп, как Ульдрен, и также не сможет воспользоваться тактическим преимуществом. Армин видел, что Пирондэль умеет – и готов – пользоваться любыми преимуществами.