Виктория Абзалова - И на всех одна звезда

Остальные четверо похоже знали ответ и им он совсем не нравился.

— Через Башню, разумеется, — озвучил единственный вариант Дамон.

Рузанна вернулась к себе уже на рассвете, но судя по ощущениям — могла поклясться, что прошло не меньше века. В который раз за последнее время привычный и устоявшийся порядок вещей переворачивается даже не то что с ног на голову, а вообще непонятно как? В десятый, двадцатый, сотый? Думать о том, из-за кого это происходит, — не было совсем никаких сил.

Некоторое время молодая женщина старательно пыталась очистить мантию от засохшей крови, но потом попросту отправила безнадежно испорченную вещь в камин, куда последовало и надетое под ней блио: еще не хватало, чтобы это нашли слуги, расцветив со всей возможной фантазией сплетни по поводу того, как, когда и в чьей именно крови могла так испачкаться светлая леди.

В самом деле — чьей? Подследственного черного мага с не самым слабым потенциалом, или безоружного парнишки, все равно пытавшегося защитить от врагов дочь наставника?

Омерзительно использовать детей в своих играх! Этот факт сомнению и обсуждению не подлежал. Во время внезапных переговоров Рузанна от души порадовалась, что у Дианта все так хорошо складывается, и мальчишка сильно изменился за этот год — он выглядел взрослее, держал себя свободнее и увереннее… Во всяком случае в глазах у него больше не было обреченности и страха. Совершенно искренне она пожелала, чтобы больше они там никогда не появились.

И тем более, — никогда не хотелось бы увидеть нечто подобное в глазах Ингер! Кем бы ни был ее отец в настоящем, чтобы он не совершил в прошлом, и не планировал в будущем — вины девочки в том никакой быть не могло.

Девочки, которая спрашивала, не хочет ли она стать ее мамой…

Однако даже не обладай сама Ингер Даром, разве ее оставили бы в покое? Светлейший Совет, благородные Стражи… — усмешка вышла донельзя горькой. Все просто: есть беглый черный колдун, а по сравнению с войной Стихий — никакая цена не может быть чрезмерной.

И для Фейта все просто: никакая цена не может быть чрезмерной по сравнению с жизнью, благополучием и спокойствием его дочери, сына (неродного, кстати! Чего никто не скрывает), его друзей и близких. Даже война…

Кто прав? Кто виноват, что мирное сосуществование невозможно?

Ответ напрашивается сам собой, но… Рузанна внезапно выпрямилась, нервно вцепившись в подлокотники и слепо уставившись в весело потрескивающий остатками мантии огонь. Как же она не поняла раньше…

Быть может потому, что это было слишком очевидно? Он знает, на что способен, а вот Совет действительно забыл с кем имеет дело, привыкнув видеть сбежавшего от костра преступника, а не Властелина, пусть и бывшего. Что ж, он напомнил! Способен Фейт, — а она почему-то продолжала называть его именно так, даже зная его первое и настоящее имя, — начать полномасштабную войну по всем фронтам? Безусловно! И начать, и вести, и очень может быть, что все-таки выиграть, учтя все прошлые ошибки. Но перед этим он опять же расставил все полюсы так, чтобы максимально обезопасить своих родных.

И не только родных — Дианта, Сивилла, который конечно способен на глупость, но не на злой умысел… А об эльфенке и вовсе не было упомянуто, чтобы не привлекать к нему лишнего внимания.

Кроме того, чтобы привести в движение все механизмы и задействовать всех возможных участников столкновения ему понадобилось совсем немного времени. Тем более напрашивается вывод, что предыдущие двадцать лет ему это было попросту не нужно. Дальше больше: конфликт назрел, до начала войны остается одно слово, а он выкладывает на стол все карты, отдает даром бесценные сведения…

Потому что хочет для себя и своих детей не могущества Башни и власти, которую она дает, а свободной судьбы. Какие еще нужны доказательства!

А значит, она сейчас делает правильный выбор.

Сборы были недолгими. Рузанна оставила сообщение для Совета с подробными объяснениями, уделив особое внимание возобновлению действий Стражей, и ясно указав, что более полные пояснения даст по возвращению. После чего перенеслась туда, где ее наверняка ждали.

И дело было вовсе не в Клятве, отнюдь.

Хозяйка дома отнеслась к появлению леди Совета с подозрением и плохо скрытой неприязнью.

— Совет решил оказать содействие? — казалось, сама мысль об этом ее глубоко удивляла.

— Я действую не от имени Совета, а всего лишь от своего собственного, — мягко ответила Лизелле Рузанна.

Молодая женщина только скривила губы в подобии улыбки. Сомнения относительно того, не пытаются ли теперь провернуть уже с самим Черным лордом тот же прием, который когда-то предлагали ей применить с Дамиром, — был написан у Лизеллы на лице крупными буквами. А что, очередная белая магесса, довольно молодая и миловидная, и даже тоже рыжая, как покойная Алагерда — вдруг бывший Властелин проникнется и растает… Судя по решительному виду девушки, и в этом вопросе, который наивные мужчины могут упустить, давать господина Башни в обиду был никто не намерен.

— Мастер наверху, — все же накидываться с упреками пока повода не было.

— Я посмотрю Сивилла, — согласилась Рузанна.

Поднявшись вслед за молчаливой горничной, она невольно сбилась с шага, увидев того, о ком думала только что. Предназначенная ей легкая улыбка отозвалась странным дергающим ощущением в груди, и на ум пришло избитое сравнение с летящей на свет бабочкой.

— Так и думала, что застану вас на посту у больного! — да, ровный, деловой и в меру дружелюбный тон именно то, что нужно.

— Профессиональная привычка должно быть, — вскользь дернул плечом Дамон, вошли они вместе.

Дежурившая Мелисента, аккуратно смачивала губы раненного. При их появлении она выпрямилась и вернулась в свое кресло, уступив место магам, однако во взглядах, то и дело бросаемых девочкой поверх книги, сквозила искренняя тревога: вытянувший на постели юноша был бледнее простыней, на которых лежал.

Правда, Сивилл находился в полном сознании, при виде белой магессы он вздрогнул и дернулся в сторону Дамона. Маг немедленно сел рядом, успокаивая и отвлекая его внимание от действий волшебницы:

— Напугал ты нас порядком вчера! Надо же, умирать он надумал… — в ответ на трепет ресниц, твердая ладонь ободряюще сжалась на узкой кисти, когда-то давно поврежденной очередным непродуманным экспериментом.

Результаты даже беглого осмотра действительно обнадеживали: хотя выздоровление не обещало быть быстрым, парень в самом деле выкарабкается, при чем, даже если придется обходиться без помощи целителей… Поле мерцало ровно и насыщено, пульс под чуткими пальцами был уверенным, четким, а небольшой жар — не опасным. Швы не мокли, не кровоточили, амулет, оставленный Рузанной вчера, оказался израсходованным меньше, чем наполовину, а сейчас он к тому же получил мощную подпитку от обоих магов.