Крис Хамфрис - Вендетта

Он встал. Отблески пламени мелькали на стенах пещеры и будто заставляли изображение двигаться. Теперь Скай знал кое-что о Тиццане и мог прочитать ее истории, вырезанные в граните. Сейчас он, углубляясь в ее память, понимал, какие картинки были здесь во время его последнего «путешествия», а какие появились позже. Вот пастуший посох как будто вырастает из ветви каштана. Вот колыбелька, значение которой Скай теперь хорошо понимал. И кроме того…

Наклонившись ближе, он заметил кое-что новенькое. Точно! Здесь поработал другой художник — линии, им вырезанные, не были столь уверенными, как у пастушки. Они походили на детский рисунок.

Скай провел указательным пальцем вдоль контура загнутого кабаньего клыка и ощутил, всего лишь на короткий миг, пульс другого своего предка.

— Кто ты? — прошептал юноша.

Тут же ощущение исчезло, и Скай сел на пол, уставившись на изображение и качая головой.

С собой он принес щетки и тряпки, запланировав провести в пещере уборку, вымести прочь вековую пыль, как из семейного склепа Маркагги. Восстановить рисунки пастушки на стенах представлялось непростой задачей, но Скаю некуда было торопиться. В конце концов, до следующего Jour des Morts еще целый год.

Юноша посмотрел на отверстие дымохода в крыше и вспомнил, как Тца по цвету неба определяла время. Солнце почти село за горизонт. Вот-вот на небе взойдет полная луна.

— У-у-у!

Он испустил протяжный вой, испуганный и в то же время исполненный страстного желания.

— Значит, вот как, — громко сказал Скай и сделал глубокий вдох.

ГЛАВА 22

ВЫСШЕЕ ОБРАЗОВАНИЕ

Просто невероятно, какое наслаждение испытывал Скай от чтения английской газеты! Не какой-нибудь общенациональной или местной, а раздаваемой бесплатно «Юниверсити таймс». В ней печатались материалы о жизни различных колледжей Кембриджа, заметки о вечеринках и театральных постановках, о спортивных и клубных событиях. Тонны новостей, в основном носящих характер сенсаций, перемежались слухами, которые в полной мере мог оценить только наш брат-студент.

Полагают, что человек, бегавший нагишом субботней ночью по Маркет-плейс, не кто иной, как сын епископа и слушатель богословского факультета Королевского колледжа. Неизвестное существо, получившее прозвище Зверь из Бэкса,[35] три ночи подряд оставляло на берегах реки Кэм растерзанных лебедей. Полиция подозревает, что это дело рук студентов, в то время как последние винят в убийствах ягуара или другого крупного хищника, сбежавшего из частного зоосада. А тем временем игроки регбийной команды Тринити-Холла выстригли и покрасили волосы на голове в виде кусков пиццы, отметив таким образом заключение спонсорского контракта с местным итальянским рестораном.

Скай рассмеялся и отпил из чашки. Еще одна вещь, доставлявшая ему неземное наслаждение, — питье чая из настоящей фарфоровой посуды. Вкус был совсем не такой, как из металлической кружки, которой он пользовался в горах. Чай не отдавал металлом! И эта газета, полная всяческой чепухи. Скай подумал, что за год, проведенный в горах, сделался чуточку серьезнее. Даже периодические походы в Сартен и визиты Жаклин не могли вывести его из подобия некоего транса. Скай был полностью сосредоточен на одном — подготовке к возвращению в Англию. Он вырезал и полировал руны. Охотился. С каждым месяцем узнавал немного больше о старинных тайнах, шепчущих в крови. Особенно в ночи, когда на небе светила полная луна.

Тем не менее сейчас он сидел в кафе, размышляя над своим предназначением. И все, чего ему хотелось в данную минуту, — это провести за столиком целый день, читая всякую ерунду, выпить еще одну, а лучше несколько кружек чая и, может быть, найти в желудке место для очередной пшеничной лепешки с заварным кремом.

Скай выглянул в окно и, увидев гоблина и стайку ведьм, понял, что не может долго засиживаться. Очевидно, в Кембридже очень серьезно относились к празднованию Хеллоуина — казалось, каждый третий одет в маскарадный костюм, притом что было лишь три часа пополудни.

Канун Дня всех святых. Завтра, первого ноября, отмечают День всех святых. А послезавтра, второго ноября, настанет День всех душ.

Jour des Morts.

Скай покачал головой. В окне его копия, его двойник, повторил движение. В пещере, которую он покинул всего две недели назад, Скай обходился без зеркала и до сих пор удивлялся, видя свое бородатое лицо в обрамлении беспорядочно спадающих на плечи волос, со сросшимися на переносице бровями. В ушах металлическим блеском сверкнули золотые кольца, которые подарила на прощание Жаклин и настояла, чтобы он их обязательно надел. Девушка сама проколола Скаю уши, пролив при этом немало крови и заставив его стонать от боли.

— Это месть, — захихикала она и подала Скаю зеркало. — Подходит к твоему образу, разве нет?

Скай до ее замечания даже и не знал, что у него есть какой-то образ.

Мобильник на столе завибрировал, отвлекая юношу от воспоминаний и собственного отражения. Он глянул на дисплей, но мог бы этого и не делать — единственным человеком, который знал номер, была его мать. Она настояла, чтобы Скай, если вдруг после годичного отсутствия — а он сказал, что колесил по Европе, — вновь соберется через неделю-другую таинственно исчезнуть, хотя бы взял с собой телефон и звонил ей каждый вечер. Он согласился: учитывая его внезапный отъезд и столь же внезапное возвращение, мать требовала не слишком многого. В свое время Скай планировал каждый месяц посылать родителям весточки — передавать открытки туристам, чтобы те отправляли их, будто бы от него, по возвращении на родину из Германии, Греции, Италии. Скаю удалось это провернуть аж два раза!

Это был не звонок, а СМС-сообщение. «Где ты?» — вопрошало оно. Скай решил ответить позже. Он не говорил маме, что отправляется в Кембридж; это бы только разволновало ее после той истории, когда они с Кристин, как подумали взрослые, сбежали в Норвегию. Конечно, они на самом деле сбежали, но в намерениях их не было ничего, от Ромео и Джульетты. Мама проговорилась, что Кристин только что поступила в университет, сдав все вступительные экзамены намного раньше остальных абитуриентов. Мама не сказала, в каком колледже учится кузина, но не требовалось быть Шерлоком Холмсом, чтобы разгадать эту тайну.

— Если же говорить…

Часы на телефоне показывали 15.15. Как сообщалось в газете, финальный матч Кубка вызова между командами кембриджских колледжей — Тринити-Холл и Сент-Джон — состоится в три часа дня на стадионе Лоуэр-Филдс, и почти все студенты обоих учебных заведений будут там, чтобы поддержать своих игроков. Гарантии, что там появится и Кристин, нет, но попытать счастья стоит. В противном случае придется попозже отправиться прямиком в Тринити-Холл.