Валерий Иващенко - Чёрная вьюга

– Ладно, ступай, – бригадир на прощание одобрительно похлопал собрата-гнома по плечу и, весело пересмеиваясь с начальником смены, направился с тем в закопчённую конурку цеховой конторы.

А гном добыл из-под полы здоровенный пластиковый гребешок весёленького жёлтого цвета и первым делом расчесал свою уже подсыхающую бороду. И лишь потом он направился в противоположную от начальства сторону – в душевые. Чтобы, хорошенько смыв с себя копоть и грязь, надеть ярко-синюю курточку с такого же цвета островерхой шапочкой, шитые из кожи морского чёрта щёгольские сапожки. Подпоясаться серебрянокованным поясом – за десять лет беспорочной работы – а потом с шиком устроить налёт на питейные заведения твиндека или верхней палубы…

Однако едва успел посветлевший и порозовевший гном застегнуть все свои одиннадцать серебряных пуговок (по одной за год), как в предбаннике душевой замаячила рослая фигура.

Этому-то что ещё надо? – привычно насторожился гном, вываливаясь из приятных размышлений насчёт какой бы кабак нынче поставить на уши. Люди на нижних палубах появлялись редко, как и эльфы. Благорастворения здешних воздухов и витающие вокруг литейки едкие пары ангидридов здоровью тех что-то не способствуют. И уж если кто из верхняков спустился в это преддверие ада, то причина для того нужна просто архиважнейшая.

А самого что ни есть обыкновенного облика незнакомец некоторое время пристально всматривался в на голову более низкорослого гнома, прежде чем обозвался совсем непонятным:

– Ну привет, сэр Алекс. Далёконько тебя зашвырнуло – пришлось за тобой побегать, право, словно военкомату за призывником…

Лучшее, что мог бы сделать умный на месте насупленно внимавшего гнома, это промолчать. Потому данный и конкретный бородач именно так и поступил. Пусть, мол, щебечет дальше – а там будем поглядеть.

– Меня ты видел последний раз в ином облике, с огненными крыльями. А рядом с тобой стояла подарившая мне это, – с этими словами гость отвернул ворот роскошного, чёрного кожаного плаща, и гном заприметил там неуместно изящный, зелёный галстук-бабочку.

Поскольку крепыш-бородач по-прежнему молчал, как напрочь немая и к тому же глухая рыба, то человек вздохнул и продолжил.

– В здешнем медсанбате сейчас умирает один гном с верхней палубы… концом лопнувшего каната его надвое разорвало, даже колдуны бессильны. Его душу я переброшу в это тело, а ты прямо сейчас уходишь со мной.

Только сейчас гном и поинтересовался вроде бы невзначай – это что ж, в прежний мир, в посёлок механиков? Однако, принявший облик человека перед ним поморщился и вздохнул, отведя взгляд в сторонку. Так мол, и так, иные события необратимы.

– Да и зачем? Просто так, что ли, ты наводил порядок в тех головах?

Далее гость поведал, что эльфка таки выиграла гонку года и нынче она леди Иллена. Парочка гномов теперь ведущие инженеры и почти академики – кстати, тоже снюхались. А гоблины всё-таки защитили перед всем посёлком дипломы механиков. На радостях, понятное дело, нахрюкались так, что начистили рожу главполицаю…

Не бывает абсолютного ничего. Само ничто уже что-то такое по себе есть. Хм, да и в нём самом, даже самом безукоризненном, обязательно найдётся некий изьян. То ли заползёт невесть с чего какая-нибудь глупая букашка, то ли залетит заблудший и ослабленный до неузнаваемости отблеск луны в деревенской луже. Или же проскользнувшая мимо стройная фигурка обронит ненароком молекулу-другую своего сладковато-терпкого парфюма.

Эх! В общем, нигде нет совершенства – всюду, куда ни сунься, везде бардак. Это если не сказать полный бедлам… вот и сейчас, огненно-искристый дракон нарезал восходящие круги в душном и тёмном ничто. Но коль скоро на спине этого дракона ещё и восседало двуногое существо, то ничто при всём желании уже таковым не считается?

– Надо же, нас почтили вниманием, – смущённо фыркнул дракон, когда очередной виток мягко озарился рубиновым сиянием вокруг. – Плечики-то расправьте, сэр Алекс!

Весь полон мрачных дум, Лёха огрызнулся в том духе, что нечего тут тыкать в лицо самозваными титулами! Однако, красивый свет вокруг не согласился – и постепенно от непонятным образом поведанных им истин парня прошиб пот. Оказывается, где-то там, напротив корчмы нынче стоит памятник благородному рыцарю. Каждый житель посёлка принёс по детали от своего автомобиля, и гномы отлили из хромоникелевой стали бюст некоего рыцаря.

– Да уж, теперь придётся соответствовать, – хмыкнул дракон, когда густо-винное сияние вокруг медленно перетекло в медно-оранжевое, так напоминающее волосы одной упрямой, но зато искренней гномеллы.

Здесь выяснилось, что модель для памятника создала некая эльфка, щеголявшая зелёным газовым шарфиком. Хоть и плакала втайне поначалу, но удар судьбы всё-таки приняла достойно… жёлтое сияние, так напоминавшее расплавленное в липовом меду золото и одновременно волосы некоей блондинки, тоже подкинуло приятную новость – всё удалось, и Стелла теперь даже лучше, чем новенькая.

Зато зелёный свет вволю позабавился, сообщив смутившемуся от того сэру рыцарю, что со своим заклятьем он немного переборщил. В том смысле, что гномелла стала настолько безукоризненной… короче, Стелла немало ворчала и злобствовала над тем обстоятельством, что чудовищной силы целительный обряд опять сделал её нетронутой девицей.

Лёха сначала крепился и только краснел, но потом не выдержал и захохотал к вящему удовольствию дракона.

Голубые и мягко щекочущие переливы шепнули, что Бран таким изъяном в своей ближней изрядно возмутился, и парочка весьма быстро поладила – к обоюдному удовольствию. Зато густые и мягкие цвета истомившегося под солнцем и набравшегося вечера неба развлекли тем известием, что Иллена с гномами намерены учредить школу магической механики. Уже валит валом народ, шинкарь пристроил к своей корчме второй этаж и водит экскурсии к памятнику и бывшему сараю – ныне обители науки.

И лизнувшие напоследок лиловые лучи уведомили, что бессмертным понравилась оборотистость одного парня – так что, рыцарский титул за ним остаётся, равно как и неопределённой длительности отсрочка у безносой… последнему обстоятельству Лёха и обрадовался, и огорчился одновременно. Вроде и здорово с одной стороны – начать кое-что незаконченное снова да избежать старых при том ошибок. Но с другой, уж крепко он запомнил слова того полицая. А особенно, его грустные и какие-то обречённые глаза…

– Кроме того, кое-кто обещался найти моё имя, – некстати напомнил дракон и наконец, стряхнув с огненных крыльев последние отблески фиолетового сияния, вырвался под звёздное небо.