Алексей Черненко - Наемник

— Понятно, — ответил я. — А у вас тут как все? Амулет то мой пригодился хоть?

— Как есть пригодился, — ответил староста. — Сын мой, пустая его голова, скатился с крыши, да и упал на землю. Я уж думал, все, конец. Подбежал к нему, глядь, а он дышит, но слабо так. Тут-то я про твой подарок и вспомнил. Вытащил, ему в руки зажал и сломал. Его тут же облаком окутало света, а как все прошло, то он просто на земле лежит бледный и дышит спокойно. Тут уж и знахарка наша подоспела. Глянула не него и говорит, что все нормально будет. Спас твой амулет жизнь ему. Уж спасибо тебе за него огромное.

— Пустое, — отмахнулся я. — Пару дней отдохну и новый сделаю. Вещь в хозяйстве полезная будет.

— Хватит уже ребенка разговорами морить, — вошла жена старосты. — Там вода согрелась. Сходи, помойся с дороги, да покушай. Разогрела что было, а пока мыться будешь, еще каша свариться.

— Спасибо, — ответил я и отправился мыться.

Освежившись, мне сразу полегчало. Теперь я действительно чувствовал себя дома. Вернувшись в комнату, я застал довольно интересную картину. В гостях у старосты оказалась знахарка, Агазар, Халас и Шамид. Поздоровавшись со всеми, мы сели за стол. Накинувшись на еду, примерно полчаса, я не обращал внимания ни на что вокруг. Такого мяса, как у нас не было нигде больше. Все было просто превосходным. Наконец отвалившись от стола, я блаженно расслабился и прихлебывал чай с пирожками с яблоками.

— Закусил? — спросил меня Агазар. Я довольно кивнул головой. — Вот и отлично. Теперь давай рассказывай, что с тобой было и где тебя носило почти два года?

Рассказав заранее подготовленную версию, я принялся отвечать на посыпавшиеся, на меня, вопросы. Разговоры затянулись до поздней ночи и отпустили меня спать, только когда я уже начал клевать носом. Староста настоял, что бы я спал у него дома. Мой дом был не протоплен, и спать там было невозможно. Устроив меня рядом с печью, староста выпроводил гостей.

Уснул я мгновенно. Ночью я просыпался несколько раз из-за шума за окном. Походная жизнь приучила меня спать в пол глаза и менять свои привычки я не собирался. Несмотря на это, утром я проснулся хорошо отдохнувшим и выспавшимся. Выйдя из дома, я сделал несколько движений, что бы разогнать кровь и пошел умываться. Позавтракав, я поблагодарил старосту за гостеприимство и отправился домой. Открыв дверь, я вошел в свой дом. Ничего не изменилось. В доме царил порядок и пустота. Пройдя по дому, я убедился, что все осталось стоять, как и до моего отбытия. Набрав дров, я растопил печь и принялся мыть посуду и проверять, все ли в порядке с запасами. Провозившись с уборкой и наведением порядка пару дней, я наконец-то понял, что я дома. За это время меня успели навестить почти все жители нашей деревушки. Приходили даже мальчишки, которые раньше меня постоянно били и как-то скомкано извинялись, за то, что делали раньше и уверяли меня в том, что искренне раскаиваются. Я, конечно, говорил, что все уже забыто и прощено и выпроваживал всех, чтобы не мешали заново обживаться.

Закончив с порядком, я опять отправился в школу на занятия. Видя, как все вокруг радуются моему возвращению, я понял, что не зря стремился домой.

Две декады после моего возвращения казались мне чудесным сном. Работать в поле еще не надо было, а занятия в школе заканчивались довольно рано. Большую часть времени, я проводил в лесу, тренируясь, или просто лежал дома. Пока в один прекрасный день не произошла катастрофа. Вернее две катастрофы и одно небольшое стихийное бедствие.

Развалившись дома на кровати, я в очередной раз задумался о том, что надо поставить нормальную щеколду на дверь, как она буквально сорвалась с петель. Вскочив, я метнул в сторону нападавших ледяную иглу и начал строить защитный купол. Не успел я напитать его энергией, как на меня кто-то накинулся, и, повалив на пол, принялся душить. Замахнувшись, я почти ударил нападавшего, пока не одернул себя и не начал размышлять, «а на кой я кому-то сдался в этой глуши?».

Перейдя на обычное зрение, и оглядев нападавших, я понял, что меня не душат, а просто сильно обнимают. Сверху на мне лежали Кевира и Илиниэль. Обе что-то бормотали и размазывали об мою одежду дорожную грязь и слезы. В дверном проеме стоял магистр Гордин и Агазар. Рядом с головой Гордина торчала пущенная мной сосулька. Устыдившись своего поступка, я попробовал освободиться от девушек и извиниться, но не тут-то было. Они обе вцепились в меня как клещи и не желали даже шевелиться. Постепенно всхлипывания перешли в тихое бормотание и вскоре совсем затихли. Мне позволили встать с пола и даже поприветствовать учителя и пригласить всех к столу. Выпить чаю. Видя, как я не глядя, кидаю в чайник согревающую структуру, Гордин только языком цокнул.

— Как я посмотрю, ты зря времени не терял. Молодец.

— Спасибо. Но боюсь, что вы переоцениваете меня, учитель, — смутился я от похвалы. — Выучил пару заклинаний и все.

— Ага, — согласился он. — То-то я чуть к престолу богов не отправился от твоей ледяной иглы. Давай-ка все рассказывай поподробнее.

Повторив вчерашнюю историю о своих путешествиях, я предложил всем располагаться, а я пока приготовлю им воду для купания и озабочусь обедом-ужином. Пока все мылись с дороги и приводили себя в порядок, я занимался готовкой. Их походную одежду я избавил от грязи с помощью заклинаний. Приготовив тушеное мясо с картошкой, я пригласил всех к столу. Отмытые девушки выглядели совсем по-другому. Они обе довольно сильно изменились за эти два года. Кевира еще больше стала похожа на отца. Черты лица прибрели истинно аристократические формы, волосы отросли и теперь доставали почти до низа поясницы. Илиниэль же, напротив, вытянулась еще больше. Теперь она была почти на пол головы выше меня. Она приобрела красоту хищника. Как и все представители ее расы, она сама выбирала скорость с которой ей стареть, и не смотря на то, что она выросла и преобразилась в красивую девушку, ее лицо оставалось все таким же, каким я его помнил. Смотреть им в глаза я не мог. Каждый раз, мне приходили на ум воспоминания о том, что я сделал. Ведь по пути сюда мне приходилось убивать. Как самому, так и отдавая приказы.

— Какие у тебя теперь планы? — неожиданно спросил магистр Гордин. — Останешься тут или поедешь с нами в столицу?

— Я…..

— Конечно, поедет в столицу. Одного его теперь никто не оставит, — перебила меня Кевира.

— Наверное стоит на него еще и следилку повесить, что бы всегда знали где он, — добавила Иль.

— А может еще и поводок, с ошейником оденете? — резко огрызнулся я. За прошедшее время я отвык от такого обращения. Все сразу притихли.