Леонид Бутяков - Тайна Владигора

Мысль Хоргута мгновенно отразилась в сознании Скилла: «Откуда взялся второй?! У тебя не двоится в глазах? Кто еще плывет к острову вместе с князем?» Тут же в мозг Хоргута скользнул ответ: «Это Лысый Дорк — напарник Бродяги, его брат по цепи на Острове Смерти». — «Почему они снова вместе?» — «Не знаю». — «Выясни у Ронга, он был рядом…» — «Ладно, разберусь». — «Не упускай из виду Владигора. Помни: когда начнет действовать заклинание Скорпиона, именно ты будешь направлять его разящий хвост!» — «Не беспокойся, Хоргут. На сей раз ошибок не будет».

Потерев ладонью лицо, Хоргут решительно встал и потянулся, как после долгого сна — до хруста в суставах. На его лице блуждала довольная полуулыбка. Полного удовольствия (на которое имел, казалось бы, все права) он сейчас не испытывал по многим причинам, главная из них — предстоящий разговор с Модраном и Карезом.

Последнее время он избегал встреч с ними, хотя в стенах Тооргутского дворца это было весьма затруднительно. Откровенно вызывающее поведение младших жрецов мешало сосредоточиться, раздражало и при других обстоятельствах требовало бы немедленного и жесткого усмирения. К сожалению, оп упустил тот критический момент, когда легкий и вполне допустимый скепсис подчиненных превращается в неприкрытое противодействие, в отрицание всего, что сделано и делается старшим по рангу, по возрасту, наконец, по мастерству.

Для оного противодействия были и объективные причины — его собственные ошибки, допущенные в ходе поисков Владигора-Ассируса. Эти двое, как говорится, в своем глазу бревна не разглядят, в чужом — соринку за версту увидят. Что ж, подумал Хоргут, самое время поставить их на место, встряхнуть за шкирку, показать на деле, кто здесь настоящий хозяин!

Хоргут, с довольным видом потирая руки, расхаживал по тронному залу и громогласно вещал:

— Ну-с, дорогие собратья, теперь вы убедились в моей прозорливости? Я обещал Великому Скорпиону, что князь Владигор рано или поздно окажется в моих руках, и сдержал свое слово. Сегодня же он будет здесь! А ведь кое-кто был готов заподозрить меня в глупости, бездарности и чуть ли не в измене Духу Вечности, не так ли? Меня, прямого потомка славных царей Внутреннего Круга! И вот вам ответ на все нелепые измышления: Владигор-Ассирус найден, хотя вы оба почти не верили в мой успех!

— Ты так часто говоришь «я», «мое», «мне», что становится тошно, — проворчал Карез. — Можно подумать, что это исключительно твоя заслуга.

— Уж не твоя ли? — Хоргут гневно сверкнул глазами. — По чьей вине провалился заговор в Ладоре? Если бы ты был внимателен и усерден, если бы поменьше вливал в себя иллирийского вина, князь оказался бы в наших руках гораздо раньше!

— Не городи ерунды! — воскликнул Карез. — Заговор сотника Ерохи был мною придуман, это верно. Но сорвался-то он как раз из-за тебя, поскольку именно ты не сумел предотвратить вмешательство коротышки Чучи! Ну а кто виноват в истории с Акмадом? Будь ты более терпеливым…

— Прекратите! — Модран стукнул кулаком по столу. — Не нашли другого времени препираться?

Хоргут, остановившись посреди зала, с нарочитым недоумением оглядел своих соплеменников. Дескать, это вы, жрецы-недоучки, долгие-долгие годы не смевшие бросить косой взгляд на потомка царей Внутреннего Круга, теперь нагло спорите с ним и даже пытаетесь в чем-то обвинять? Воистину мир сошел с ума.

— Мы все очень устали, — тихим примирительным тоном сказал Модран. — Поиски Владигора-Ассируса и борьба с чародеями отняли слишком много сил. Сейчас, когда победа уже близка, необходимо собрать нашу волю в единый кулак, а не распыляться на бессмысленные препирательства.

Хоргут, ничего не сказав, сел в свое кресло у стола-семигранника. В общем-то Модран прав. Усталость, раздражение, боязнь допустить новую ошибку — все это тяжким грузом лежит на каждом из них. Нужно взять себя в руки. Нужно спокойно и расчетливо довести дело до конца. Ошибок больше не должно быть.

Карез, откровенно говоря, не без оснований обвинил его в нетерпении. Нельзя было спешить и подталкивать морского разбойника к прямому выступлению против князя Владигора! Разум Акмада, хотя и подчинялся командам Хоргута, оказался слишком неустойчивым, а в результате… Хоргут тяжело вздохнул.

— Ладно, я согласен, давайте трезво обсудим положение. — Он положил руки на стол и сцепил пальцы. Верный признак того, что Хоргут собой недоволен и готов спокойно выслушать чужую критику. — Начнем с того, в чем упрекнул меня Карез… Когда Скилл принес известие о том, что Владигор находился на Острове Смерти под именем Бродяги и, по счастливому стечению обстоятельств, был освобожден принцессой пиратов, все мы, помнится, весьма обрадовались. А когда узнали, что пираты нашли древнюю золотую корону, подвластную коцу-тану, мы сочли это явной поддержкой, которую оказывает нам Великий Скорпион.

— Разве ты сомневаешься в его поддержке? — прищурив глаз, спросил Карез.

— Нет, ни в коей мере не сомневаюсь, — заверил его Хоргут. — Просто нельзя было проявлять беспечность и считать, что главные трудности остались позади. Но я, видимо, именно тогда допустил первую ошибку: не учел противодействия со стороны Владигора. Он догадался о тайной силе короны и успел сбросить ее с головы принцессы. Поэтому мне пришлось отказаться от первоначального плана. Впрочем, в тот момент я не считал, что ситуация может измениться, ибо пиратский драккар по-прежнему плыл к Поющему Рифу, и стоило Владигору сойти на твердую землю — он был бы в наших руках. Когда короной завладел Акмад, я окончательно успокоился. Издавна мечтающий о богатстве, тайно ненавидящий принцессу, он почти мгновенно оказался во власти коцу-тана, следовательно, и в моей власти. Подчинив себе его разум, я мог по-прежнему наблюдать за Владигором.

— Вот и надо было просто наблюдать, а не вмешиваться, — вновь проворчал Карез.

— Согласен, — усилием воли подавив вспышку раздражения, ответил Хоргут. — Узнав, что князь Владигор намерен ради спасения Агнии отложить высадку на берег, я не сдержался и решил ему помешать. Казалось, что это не составит особого труда. Ведь пираты с подозрением относились к новому любимчику принцессы, да и не испытывали ни малейшего желания плыть к опасной Гремучей Горе. К сожалению, времени на серьезную подготовку не оставалось. Я внушил Акмаду основную идею — обвинить синегорца в зловредных замыслах, связать его и силком доставить в разбойное становище. А там, дескать, можно будет устроить детальное разбирательство и справедливый суд. Таким образом, Владигор все равно оказывался в наших руках. Увы, я не учел, что Акмад переполнен тайной ненавистью к принцессе, когда-то помешавшей ему получить награду за голову Однорукого Ро. Кроме того, он надеялся после ее смерти стать предводителем ватаги. И вдруг принцесса называет синегорца князем пиратов! Акмад рассвирепел, его хлипкий разум помутился и перестал подчиняться моим командам. Что оставалось делать? Сперва я испугался, что он убьет Владигора…