Наталия Андреева - Седьмая Стихия

— Не было. — Невозмутимо подтвердил кентавр. — Меня зовут Арси… Для тебя просто Синэд.

— Тэль. — Машинально бросила я и продолжила допрос. — И что ж ты тут делаешь? Почему я тебя не видела? И где мы?

— Я тут… Ну, живу.

— То есть как — живешь? — Опешила я.

— А вот так. — Мой собеседник вдруг растаял у меня на глазах и просочился белой дымкой между прутьями.

Я собиралась было упасть в обморок, но чьи-то сильные руки поймали меня на полпути к полу и усадили на кровать.

— Ты кто? — Ошеломленно спросила я.

— Домовой. — Лаконично ответил "кентавр".

— Домовой?! — Недоверчиво переспросила я. — Здесь… в тюрьме? — Последнее слово я бросила наугад и попала в точку.

— А почему бы и нет? — Удивился моей неосведомленности домовой. — В тюрьмах, знаешь ли, тоже прибираться хоть иногда надо… К тому же, для других это опасно, здесь же преступники разные сидят, правда, на данный момент только одна ты. Кстати, за что? — Резко посерьезнел домовой.

— Знать бы еще… — Погрустнела я, подтягивая колени и обхватывая их руками. — Засыпала еще в своей комнате на Стейте…

— Ты и сейчас находишься на Стейте. — Успокоил меня кентавр-домовой. — Но знаешь, судя по тому, что на тебе эти браслеты, ты очень опасная преступница…

— Если бы! — Горько вздохнула я и внезапно для себя самой спросила. — Ты ведь не истинный домовой?

А бывают истинные?! Интересно, откуда я это знаю? Ах, да. Отец Адена рассказывал…

— Да. Раньше я был кентавром… — Домовой погрустнел. — Но потом меня тяжело ранили, эльфийские Целители сказали, что ничем не смогут помочь. Только один, совсем еще мальчик, Азанэль, кажется, пробрался ко мне в комнату и предложил стать домовым. Ну, я и согласился.

— Азанэль? — Выдохнула я и тут же добавила: — А это возможно?! Из живого существа сделать духа?!

— А ты его знаешь? — Удивился в свою очередь Синэд.

— Он мой друг. — Ответила я. — Хотя… не знаю, если я сделала что-то страшное, о чем не помню, вполне возможно, что уже и нет.

— Не грусти, малышка. Все образуется. — Подбодрил меня Синэд. — А насчет того, что я дух… Видишь ли, это не совсем так. Я живой, из плоти и крови, но с некоторыми магическими способностями. А еще неспособен к продолжению рода.

Странно, из его губ "малышка" не звучало, как оскорбление, а потому я не стала обижаться, тем более, что у него был больший повод для этого, потому как я задала совершено бестактный вопрос.

— А ты… Неужели тебе здесь не скучно? — Спросила я.

— Скучно. — С обидой в голосе отозвался бывший кентавр. — И даже очень.

— Тогда почему ты не хочешь пройтись по замку, например… — Предложила я.

— Так я и хожу.

— Тогда в чем дело? — Искренне удивилась я. В замке было полно слуг.

— Я… — Синэд смущенно посмотрел на меня. — Я стесняюсь…

— Стесняешься чего? — Тупо спросила я, осматривая домового с головы до хвост… хм… до ног.

— Ну, я же раньше кентавром был… — Издалека начал Синэд.

— И?

— И у меня было четыре ноги!

— Угу. Дальше.

— И хвост?

— Ну?

— А сейчас я на кого похож?! — Ей-богу, он чуть не плакал.

— Честно? — Я задумчиво оглядела лицо и фигуру парня. — На человека.

— Вот именно! — Синэд наставительно поднял указательный палец. — Я урод!

— Чего?! — Возмутилась я. — Значит, по-твоему получается, что я урод?!

— Я этого не говорил!

— Нет, сказал. — Надулась я.

— Я не это хотел сказать! — Домовой отчаянно пытался заглянуть мне в лицо.

— Значит, ты все-таки признаешься, что сказал? — Поймала я его на слове.

— Нет!

— Ну, как же… Ты…

— Для человека я нормальный! — Воскликнул доведенный домовой. — Но для кентавра… Я урод!

Синэд закрыл руками лицо и замолчал.

— Синэд? — Осторожно позвала я.

— Нет меня. — Буркнул домовой.

— Поверь, человеком тоже быть не плохо.

Бывший кентавр угрюмо молчал, что придало ему некое сходство с моими младшими сестренками. Опа… Приплыли.

— Синэд… А сколько тебе лет?

— Столько не живут. — Отшутился домовой.

— А все-таки?

— Восемнадцать, — вздохнул он.

— Что?! — Подавилась воздухом я. — А сколько тебе было, когда…

— Пять.

— Эмм… Синэд, извини.

— За что?

— Ну, я думала, как бы… короче, я думала, что ты, как все здесь, великовозрастный… ммм… существо. — Я смутилась и потупила глаза. — Поэтому и наехала на тебя… Как говорится, лучшая защита — нападение.

— Правильно. — Серьезно сказал парень. — А тебе сколько лет?

— Девушкам такие вопросы не задают, — улыбнулась я.

— Э, нет! Я же тебе сказал! — Возмутился Синэд.

— Шестнадцать мне, шестнадцать. — Усмехнулась я. — Почти ровесники мы с тобой.

— Ты мне чем-то напоминаешь сестру… — Задумчиво проговорил парень.

Сестру…

— А у меня тоже есть сестры. — Невесть зачем, ляпнула я.

— И где они? — Любопытный взгляд скользнул по моему лицу.

— Они… В другом мире.

— Так ты… Иномирянка?

— Ага.

— А как же тогда…

— Да так, в портал Закрытый влезла по собственной дурости, — невесело усмехнулась я. — А ведь могла остаться и забыть и Адена и Азанэля…

— Ты знакома с кронпринцем?! — Подскочил Синэд.

Я поняла, что сболтнула лишнее.

Аден…

И тут я вспомнила события прошлого вечера. Заклинание — умирающий друг — не мой голос — сон…

— … тебе?

— Что? — Рассеянно переспросила я, не глядя на собеседника.

— Ну, принц наш… Тебе нравится?

— В каком смысле? — Недоуменно посмотрела я на Синэда.

Но договорить нам не дали.

— Ой, мне пора! — Шепнул домовой, услышав что-то, и растворился.

Я вздохнула. Был собеседник — нет собеседника.

Через минуту перед решеткой появился человек… или эльф.

— Здравствуй, Тэль. — Усталый голос Азанэля прорезал напряженную тишину, и на его ладони засветился мерцающий шарик.

— Азанэль! — Воскликнула я, бросившись к решетке.

— Стой! — Вовремя остановил меня брюнет.

— Азанэль, что происходит? — Быстро заговорила я. — Ты ведь меня сейчас вытащишь, да? Ты ведь за этим пришел? Что случилось, это снова проделки Тарвина? Откуда эти браслеты? Почему я не могу пользоваться магией?..

— Прости, Тэль. — Грустно сказал эльф. — Я пришел не за этим.

— А-а-а… — Протянула я и застыла. — Что?! Ты не выведешь меня отсюда?!

— Нет, прости.

— Но я из другого мира! Вы не имеете права! Я… я… — Я замолчала, только глупо открывая и закрывая рот. — Почему?

— Ты не догадываешься? — Горько спросил друг, усаживаясь около решетки на пол.