Марина Дечко - Королевство Крови: Рыцари Ночи

— Вообще-то, узнала именно сегодня, — слова резко слетели с губ, — и поэтому я здесь.

— Хочешь бой? — удивленно спросил Джек.

— Не глупи, — мне пришлось повторить слова, которые уже прозвучали, — я хочу поговорить.

— О чем, — усмехнулся мой новый знакомый, — о подробностях той ночи? Так я о них ничего не знаю.

— Послушай, — начинала злиться я, — если твоего ума хватает лишь на то, чтобы мне дерзить, тогда я тебя переоценила.

Произнеся последние слова, я развернулась и направилась к спальному корпусу, но мне это не удалось, так как рука Джека сдавила мое запястье в стальных тисках.

— Что ты имела в виду, — спросил удивленно Джек, — когда сказала, что переоценила меня?

"Как бы мне сейчас пригодился Талисман, помогающий разобраться в собеседнике, — вдруг подумалось мне, — но пока придется довольствоваться знаниями психологии, которые я почерпнула из многих книг, прочитанных еще в школе".

— Я имела в виду то, что во всей этой истории много неясного, — мне хотелось начать свой разговор осторожно, чтобы не спугнуть Нортена, — и пока я наблюдала за тобой, мне показалось, что ты можешь помочь мне в этом разобраться.

— Разобраться в чем? — злобно вскрикнул Джек. — В том, что мою семью наградили изгнанием за то, чего она не совершала? Или в том, что мы лишены той жизни, которую предопределили для нас наши предки, служа на благо Клана? Так в чем же?

Я опешила. Вот уж никогда не могла подумать, что такой гигант и непобедимый соперник на поле боя может быть таким ранимым. Одно мне было ясно совершенно точно: с ним нужно быть очень осторожной.

— Поверь, — сказала я, — если бы я была уверена в том, что твои родители замешаны во всех тех грязных делах, что их обвиняют, меня бы здесь не было.

Карие глаза Джека сначала удивленно расширились, но затем настороженно сузились.

— Не думаешь ли ты, — спросил осторожно темноволосый гигант, — что я поверю в твое желание помочь моей семье?

— У меня есть стремление разобраться во всем, — выпрямилась я, — и если твоя семья невиновна, мне хотелось бы ей помочь.

— Но как ты можешь нам помочь? — спросил Джек. — Ты же не можешь, к примеру, дать нам власть в Клане Рыцарей ночи.

— Не могу, — осторожно сказала я, — но в моих силах снова ввести вас в Совет Четырех, когда взойду на престол. Ведь если твоя семья так верно служила нуарам все эти столетия, то она этого заслуживает.

Джек смотрел на меня с явным недоумением. Он долго раздумывал над моими словами и затем сказал:

— Наша семья вообще не верит в то, что у тебя это получится, так что вопрос отпал сам собой.

— Меня мало интересует то, во что верит твоя семья, а во что — нет, — обозлилась я, — если не хочешь моей помощи, тогда проваливай отсюда, груда мышц!

Сейчас я была очень зла. На него и в особенности на себя за то, что сорвалась. Мне так много еще нужно работать над собой.

— Я не это имел в виду, — осторожно сказал Джек, — не злись на меня.

— Я и не злюсь.

— Нет, злишься…

— Выкладывай уже то, что хотел сказать, а то увидишь, как я точно разозлюсь.

— Не знаю, можно ли тебе говорить это, — замялся гигант, но, наткнувшись на мой твердый взгляд, добавил: — но мою семью убрали как препятствие.

— В смысле? — не поняла я.

— Ведь мой дед, который на тот момент правил Кланом Рыцарей Ночи, был убит вместе с твоими родителями, и только после него Полянские возглавили Клан.

— Ты хочешь сказать, что господин Полянский…

— Нет, конечно, это не он, — ответил Джек, — он и мухи на самом-то деле не обидит. Я хочу сказать лишь то, что мой дед знал о предполагающемся покушении, и хотел предупредить твоих родителей, но не успел.

— Тогда почему же этого не сделали твои родители, — недоумевала я, — они ведь могли все предупредить.

— Не могли.

— Но…

— Дослушай меня до конца, — сказал Джек, — мои родители знали, что они тоже не успеют предупредить твоих, и лишь пожертвуют своими жизнями. А у них был я, которого нужно было растить. Да и времени не оставалось. Дед узнал о нападении в тот же день, когда подслушал разговор. Лишь в этом моя семья виновна. Пытая деда перед смертью, его убийцы не добились от него признания, что об этом знают другие члены нашей семьи. Но они не могли рисковать, и поэтому пустили слух о том, что это мы организовали нападение. Теперь ты все знаешь, и только тебе решать, как использовать эти знания. Но я хочу тебя предупредить: ты даже не можешь себе представить, сколько у тебя врагов, и откуда готовиться к нападению. Будь осторожна, — произнеся эти слова, Джек развернулся, чтобы уйти.

— Постой, — крикнула я, — я хочу попросить тебя о помощи.

— Но с какой стати мне тебе помогать, — спросил Джек, — неужели ты не слышала о том, что случилось с моим дедом, который хотел помочь твоей семье. Меня, например, вся эта история научила одному: я должен держаться от тебя подальше. Никому не говори, что этот разговор был.

— Но неужели ты сможешь после этого смотреть в глаза своим родителям, зная, что мог бы вернуть им былую славу, — вопрос прозвучал несколько резко, но мне хотелось, чтобы именно эта резкость помогла Джеку одуматься, — если бы я могла сейчас вернуть своих родителей, то не задумывалась бы над решением!

— Ты хочешь вытянуть из меня ответ хитростью! — взревел Джек.

— Нет, — кричала на него в ответ я, — в моих силах предложить твоему роду то, что может предложить только Правитель Нуаров — былую славу и честь. Но если твоей семье все это не важно, тогда извини меня.

Теперь был мой черед уходить.

— Если бы для нас это не имело никакого значения, крикнул мне вслед гигант, — я не рисковал бы сейчас своей жизнью, рассказывая тебе все это.

— Тогда по рукам? — спросила, обернувшись, я.

— По рукам, — чуть подумав, ответил Джек, — но какую именно ты ждешь от меня помощь?

— Пока не знаю, — ответила я, — но во мне в каждой минутой растет уверенность в том, что этот день придет, и мне нужно знать наверняка, что у меня есть надежные союзники.

— Ты можешь на меня рассчитывать, — сказал Джек, — слово чести для нас, Нортенов, слишком много значит.

— Для меня тоже.

Я попрощалась с Джеком, и направилась к себе, решив пока никому об этом ничего не говорить.

Глава 23

И падающий в пропасть теряет Голову…

Остаток недели прошел в каком-то странном смятении: я не ходила на соревнования, так как не могла быть спокойным свидетелем того, что другие новички сражаются, а я — нет. Все мое существо ожидало лишь одного-единственного дня — воскресенья. Именно он давал мне надежду на то, что еще не все потеряно.