Александр Самсонов - Добро пожаловать в Накки-ярви

Услышав эти слова, Светка посмотрела в мою сторону, и ее лицо приняло обиженное выражение:

— Ты бросаешь меня?

— Нет, я не хочу тебя подвергать большей опасности. Против вооруженного противника ты станешь слишком уязвимой, да и я вместо преследования и захвата этих отморозков буду вынужден заниматься твоей безопасностью. — Ласковым голосом объясняю ей очевидную истину. — Мне спокойнее будет, когда ты останешься здесь под защитой стен.

Девушка обиженно отвернулась. Дядя Арчил и Инквизитор в унисон поддакнули, а я начал торопить Хека:

— Давай, быстрее вызывай ребят. Время идет.

— Связь сдохла. — Рамазанов несколько раз щелкнул тангентой и с любопытством посмотрел на меня. — Может, стоит кого послать?

— Ну, дай визуальный сигнал. — Что-то мой помощник начал тупить. — Учить что ли надо?

Хек неопределенно качнул плечами и полез на крышу навеса с автомобилями. Я посмотрел ему вслед и собрался повернуться к остальным, чтобы объяснить порядок дальнейших действий, как ощущение какой-то неправильности заставило задержать взгляд на спине Харриса.

Закинутый за спину пистолет-пулемет заметно оттягивал немного сбившуюся на плече куртку капитана. На легкую пневматику это не тянуло. Боевое оружие? Но почему я об этом не знаю? Что за фигня?

Встав в полный рост, Хек взял в руку оружие и несколько раз взмахнул им над головой. Почти сразу из леса донеслись несколько выстрелов. Наверняка их ни кто не услышал, слишком тихо они прозвучали. Коснувшийся ноздрей легкий запах лилий как-то неожиданным образом обострил слух. Я не только стал слышать все звуки во дворе лаборатории, но все, что творилось в радиусе полутора сотен метров. Шаги людей, шорохи, издаваемые мелкими животными, жужжание насекомых и… ни с чем несравнимый звук взводимого оружия.

Стрелять в падении навскидку наука еще та — все на уровне рефлексов. Такое умение вырабатывается годами упорных тренировок, и не всякий, даже после нескольких лет изнурительных занятий, сможет достигнуть нужного уровня, здесь еще необходим талант.

Я от выстрелов уйти смог, но того мгновения, что затрачено на поражение Хека, ему хватило вполне. Харрис понимал, что ему нужно в первую очередь вывести из строя наиболее опасных противников, и прицельная серия пошла в меня и двух бойцов, стоявших рядом. Я успел опередить смерть на мгновение, но ребята, напросто, ни чего сделать не смогли. Пули, пущенные с расстояния нескольких метров, прошили их насквозь. Точно — бедолаги, как говорил Хек. Одной очередью он смог поразить двух человек из трех, вернее — должен был завалить нас всех, но приобретенное в последнее время странное свойство чуять непосредственную опасность, плюс навыки, позволили за какой-то миг уйти с линии огня.

Я, прекрасно понимая свою беспомощность, наклонился над застреленными ребятами. Бесполезно — ни какая медицинская помощь им уже не требуется. Упавший с навеса Рамазанов также не подавал ни каких признаков жизни. Забрав у него оружие, я проверил карманы, выгребая различную мелочь, обычно необходимую на боевых операциях. Маленькая прямоугольная коробочка, извлеченная из нагрудного кармана бывшего боевого товарища, меня заинтересовала. Уж слишком она напоминала портативный маячок.

— По-моему, я понял, почему он на последнем рейде не летел с вами в одном вертолете. — Очухавшийся Дядя Арчил начал делать выводы. Чего-чего, а башка у него варит в любой обстановке. — Все-таки продался наш капитан конкурентам.

— Которые сейчас появятся здесь. — Прервал я своего начальника, протягивая маячок. — Пора сматываться отсюда, прямо сейчас.

Сквозь приоткрытую калитку в воротах я заметил несколько мелькнувших среди деревьев силуэтов людей. Пока они таились, но, без сомнения, через минуту-другую произойдет очень нежелательная встреча.

Подобрав оружие погибших бойцов, я вручил его девушкам и сразу же скомандовал:

— Бегом через тыльные ворота! Быстрее!

Затаившиеся в лесу люди не должны быть дилетантами. После уничтожения дозорных, которых я оставил на опушке, они по логике постараются замкнуть кольцо вокруг стоящей на видном месте лаборатории.

Влетев в редкий кустарник, небольшим выступом вклинивавшийся в очищенное от растительности пространство, я резко остановился, почти уткнувшись в спину Фелиции. Девица-накки вытянула голову вперед и принюхивалась к лесу, ее ноздри хищно трепетали, ловя малейшие посторонние запахи. Затем она чуть развернулась и мягкой поступью тронулась в гущу леса.

Инквизитор, уловив сомнение на лице Мастурадзе, тихо шепнул:

— Она чует лучше любой ищейки, но не надо ее отвлекать.

Пройдя несколько десятков шагов, накки замерла и жестом подозвала нас. Из-под набросанной груды свеженаломанных ветвей доносился специфический запашок, напомнивший полевые госпиталя. Ни карболка или другие средства дезинфекции, ни медикаменты, а именно этот необъяснимый запах воспаленных внутриполостных ран, который спутать ни с чем нельзя. Не колеблясь, я откинул ветви. За спиной послышался сдавленный вскрик Светки.

Зрелище не для слабонервных и впечатлительных людей. Вячеслав и боец, который ходил с Хеком, лежали почти в обнимку. У спецназовца от уха до уха шею рассекала резаная рана. Почерк уже покойного Харриса, только он мог нанести такие разрезы специальным ножом, который в свое время изготовил сам. У бывшего секретаря Инквизитора оказался простреленным живот. Пусть говорят, что с пулей в брюхе можно надеяться на помощь в течение нескольких часов — все это не обязательно — если задета вена или артерия, человек быстро умирает от внутреннего кровотечения, не дождавшись мучительной смерти от перитонита.

— Каким бы человеком он не был, но такой смерти не заслужил. — Голос Инквизитора прозвучал печально.

— А где колдуны? — Светка, справившись с эмоциями, завертела головой.

— Ушли. — Накки вытянула руку вглубь леса. — Туда.

— Сможешь провести по следу? — Азарта преследования я не ощущал, но каким-то шестым чувством чуял, что нужно добраться до сбежавших институтских деятелей раньше наших конкурентов, и тем более, не попасться им самим — на благоприятный исход встречи надеяться нельзя — ни кто ни какие законы и принципы здесь соблюдать не станет.

— Нужно их похоронить. В этих местах нельзя оставлять тела неупокоенными.

— Нет. Пускай те и хоронят. — Ответил я Инквизитору и мотнул головой назад, в сторону лаборатории. — Нужно двигаться, или нас уложат рядышком с ними. У нас времени нет. Фелиция, показывай, куда идти.

Урманский вздохнул, но возражать не стал.