Светлана Людвиг - Дар Королевы

— Эдя, — я быстро пристроилась рядом, забыв, куда шла, — ты можешь мне ответить на один нескромный вопрос?

Меня эксперимент волновал с практической стороны, но Анжеле я об этом говорить не собиралась.

— Да, конечно! Что-то случилось, Снеж… Миранда.

— Как мы все видели, вы с Анжелой… начали встречаться, — более подходящих слов для описания отношений, вспыхнувших между молоденькой преподавательницей и старым бывшим и, скорее всего, будущим ректором академии у меня не нашлось. — Не поведаешь мне, как вы так?

Эдик, казалось, смутился, чуть покраснев, словно влюбленный студент, и огляделся по сторонам.

— Я тебе расскажу, но, надеюсь, ты никому не выдашь?

Я кивнула, попутно вздернув бровь. То, что здесь не все так просто, я заподозрила давно, и поведение Эдика мои догадки подтверждало.

— В общем, мне Анжела давно нравилась. Но разве посмотрит она на старика?

Я чуть было не ляпнула, что еще как, но вовремя прикусила язык, продолжая слушать рассказ.

— А буквально неделю назад, я нашел книгу «Любовные зелья».

Мои глаза поползли наверх. Я уже догадывалась, чем все это закончится.

— Вот я и приготовил одно. Мы вчера разговаривали, я подлил его в наш чай. Сам пить не стал, а вылил в кактус.

Я только покачала головой и бросила короткое: «Понятно». Ехидная улыбка упорно лезла на лицо, и, распрощавшись и посоветовав выбросить эту книжку, я пулей улетела в ту столовую, где, как я помнила, стояло несчастное растение.

Я опоздала. Точнее успела, но уже на вынос безвременно погибшего кактуса. Грузчики под руководством Арии вытаскивали его из столовой. Выглядело растение мягко говоря не важно. Почему-то стало коричневым, а местами даже черным и не то вяло, не то гнило.

— Привет, Снежинка! Куда-то торопишься? — спросила меня завхоз, как только увидела.

— Уже нет, — улыбнулась я, глядя вслед уносимому кактусу.

— Вон, посмотри, чего эти с несчастным растением сделали! — Ария сделала ударение на слово «эти». — Ни стыда, ни совести, ни уважения к природе. А главное, я ведь уже не первый год с этими живу, но никак не могу понять, чем можно добиться такого эффекта. Ведь еще вчера он почти зацвел!

Я осторожно встала на цыпочки, когда подошла к завхозу вплотную и шепнула ей на ушко:

— Любовными зельями.

— Чего? — заорала блондинка, отпрыгивая от меня. — Ты сейчас шутишь?

— Нет, я абсолютно серьезно. Информация достоверна. Более того, это произошло вчера.

— Кошмар какой, — глаза Арии нервно забегали из стороны в сторону. — Снежинка, прости, но мне надо срочно перевести все книги по любовным зельям в очень закрытый отдел библиотеки. И дать почитать профессору Бабкиной. Вдруг кто-то выпил и так же как кактус…

— Никто не выпил, — улыбнулась я, глядя ее суетливость.

— Слава Богу! — Ария с облегчением выдохнула и убежала в направлении библиотеки.

А я пошла в аудиторию читать лекцию. Хорошо, что Ария не сильно переживает из-за их расставания. Или, по крайней мере, не закатывается в депрессию.

Юра подошел ко мне в конце дня, какой-то растерянный и неуверенный в себе. Последняя пара только что закончилась, и я воодушевленно ругалась с Витькой по поводу того, что третья степень это все три стихии в кучу, а не каждая по отдельности, и что пора бы уже позаниматься нормально. Даже стукнула студента учебником и только потом заметила пришедшего ко мне Юру.

Он подошел, сразу начал говорить, но, казалось, через силу.

— Миранда, я понимаю, что сейчас я не вовремя. Но я просто не хочу ждать и оттягивать. Я… уже давно люблю тебя. Ты согласишься быть моей девушкой?

Сердце упало в бездну, разум закричал: «Бред!», захлебываясь давно умершей мечтой. Это было ощущение шага над пропастью. Я так давно ждала этого момента, хотела, чтобы у меня появился хотя бы шанс. Но когда желаемое действительно случилось, я засомневалась.

— Наверное, — мой голос оказался хриплым, почти не слышным. Я кашлянула, чтобы прочистить горло, и продолжила: — Наверное, ты понимаешь, что я не смогу дать тебе ответ сразу?

— Конечно. Когда ты сможешь сказать?

Он не сомневался ни капли. Это у меня в душе бурлили эмоции, хотелось броситься к нему на шею и поцеловать, но я сдерживалась, чтобы не спугнуть неожиданное счастье. А он стоял спокойный и уверенный, словно для него это ничего не значило.

— После ужина, — выдавила я, понимая, что дольше думать мне не надо.

Он протянул мне белую розу, которую до этого прятал за спиной. Я как-то рассеянно приняла ее.

— До вечера, — он улыбнулся и ушел, оставив меня одну.

Я добралась до своего рабочего стола, опустила розу, села перед ней, разглядывая каждый шип и каждый отросток. Что это все значит? Кому он врал, когда? Мне сейчас? Арии раньше? Или он не врет и на самом деле в меня влюбился, и из-за этого на самом деле расстался с Арией? Мог… когда я получила это лицо, он даже о ссорах наших забыл, неожиданно стал заботиться, переживать. Но тогда почему он сейчас такой равнодушный? Или я сама накручиваю себя и придумываю то, чего нет. Ну не может же он в самом деле серенады мне петь и на руках носить?

— И что ты думаешь?

Я вздрогнула от голоса, который разнесся по всей аудитории.

Оказывается, здесь была не только я, но и Витька, который скромно наблюдал из угла за этой сценой. Я нелепо улыбнулась, по-прежнему, в своих мыслях пытаясь оправдать поступок Юры. Может, он просто ищет замену Арии, и я, как ни странно, самая лучшая кандидатура? Очень похоже на правду.

— Думаю, что все-таки соглашусь, — выдавила я из себя, понимая, что меня используют, а я на это соглашаюсь. Просто потому, что не прощу себя, если откажусь от мечты. Я так давно надеялась услышать эти слова.

— А Ария? Зачем он тебе, вокруг много красивых парней.

Да, из-за этого я хочу отказаться. Скрепя сердце. Я ведь не смогу потом смотреть ей в глаза. Я ведь говорила, что не люблю его. Признаться что врала?

Я молчала пару минут, потом как будто бы в никуда сказала фразу:

— Мне это надо.

Прозвучало как-то неуверенно.

— Это вопрос или утверждение? — переспросил Витька.

— Это утверждение. Потому что если это вопрос, то ответ на него отрицательный, — я тяжело вздохнула и встала из-за стола. — Ладно, у меня еще есть время до ужина. Как-нибудь разберусь.

Витька ушел, но, как оказалось, слухи ползли по академии будто змеи, и спокойно взвесить все «за» и «против» мне никто давать не хотел. Каждый посчитал своим долгом высказаться.

Первым в мою обитель залетел Богдан, причем он был злой, недовольный и чуть не угробил мою дверь. Я возмутилась, но зато вышла из задумчиво-невменяемого состояния, закипая от злости: