Дэйв Дункан - Меч демона

Рори рассмеялся.

— Здоровяк! — произнес он. — Ты выходишь за свою роль! Кто тебе это сказал?

— Не помню. — На самом деле он давно уже дошел до этого сам — еще тогда, когда уцелевшие ополченцы из Филлана, ковыляя, брели по домам. Должно быть, он уже тогда был большим циником. Впрочем, недостаточно циником, чтобы говорить подобные святотатственные вещи вслух в глене. До сих пор он никому еще не говорил этого.

— Ладно, ты прав. Абсолютно прав, хотя тогда мы этого, конечно, не знали. Это становится ясно теперь, глядя назад. — Рори бросил укоризненный взгляд на Хэмиша, который сокрушенно пожал плечами. — После исчезновения Вальды Невил стал совсем другим человеком и прежде всего военным гением. Франция напала на английские анклавы в Бретани и Аквитании. Он напал на Францию. Он не просто отбил у них свои земли, как полагалось по общепринятым правилам игры. Он покорил Францию, присоединил ее к королевству и сам был коронован в Реймсе. Потом он двинулся дальше. Он не проиграл ни одной битвы, не сдал ни одного города, взял же все, которые осаждал.

— Он не смог покорить Хайленд! — возразил Хэмиш.

— Так ли? — буркнул со стула хранитель.

Рори хмуро уставился в огонь, не отвечая.

— Признайтесь! — продолжал хранитель. — Ведь он сделал это! Он задушил вас. Шотландии никогда не удавалось изгнать англичан без поддержки Франции или Фландрии. Теперь Невил правит ими обеими и половиной Европы в придачу. У вас, милорд, нет ни денег, ни ружей, ни надежды.

— Это правда, — отозвался Рори, не сводя глаз с пляшущих языков огня. — По крайней мере на данный момент это правда.

Хэмиш погрузился в мрачное молчание.

— Но, — вступил в разговор отец Лахлан, — если бы я был королем Ферганом — чего мне не дано, — я бы подумал о других союзниках, таких, как сами татары. — Он озорно ухмыльнулся огонь блеснул в его очках.

— Опасные речи! — буркнул Рори.

— О, бросьте! Если мирный старый человек вроде меня способен до этого додуматься, уж не надеетесь ли вы на то, что на это не способны англичане? Должен признать, я никогда не слышал, чтобы хан интересовался какой-то там Шотландией, но он должен быть серьезно озабочен поведением Невила.

Мятежнику не хотелось говорить об этом.

— Какое все это имеет отношение ко мне? — спросил Тоби. — Кто такая Сюзи?

Рори обратил на него свои серебристые глаза.

— Ты имеешь представление о том, как Золотая Орда правит Европой, как осуществляется это правление?

— Короли являются вассалами хана.

— Теоретически да. Но на практике? Тебе известно, что англичанам приходится заново завоевывать Шотландию каждые несколько лет. За последние двести лет татары ни разу не перешли Вислу, и тем не менее вся Европа продолжает платить дань хану. Уж не считаешь ли ты, что колдуны Золотой Орды настолько сильнее наших, чтобы добиваться этого с помощью демонов?

— Я как-то об этом не думал, — признался Тоби, усевшись поудобнее. Он вообще терпеть не мог выслушивать уроки, а уж тем более в столь позднее время.

Хэмиш хихикнул:

— Нет смысла расспрашивать Тоби сэр. Мой па так и не смог вколотить в него историю.

— Правда? — Рори снова с минуту разглядывал Тоби. — Или он не смог выбить ее из него?

Мальчик нахмурился:

— Что вы хотите сказать?

— Готов поспорить, это происходило как-нибудь так — учитель говорит: «Стрейнджерсон, татары захватили Англию в тысяча двести сорок четвертом. Когда татары захватили Англию?» Ужасное дитя отвечает: «Не помню, сэр!» На самом-то деле он очень даже помнит, но ни за что не признается в этом. Так что твой па берется за розги и пытается выколотить из него ответ. Боюсь, что в таком случае он, как правило, проигрывал, а Ужасное дитя выигрывало. Правильно я угадал, Лонгдирк?

— Нет. Я никогда не обращался к нему «Сэр».

Рори усмехнулся:

— И ты до сих пор ни за что не признаешься, что знаешь что-то, верно? Ханство правит континентом согласно простейшему принципу «разделяй и властвуй». Любой из монархов, став сюзереном, богатеет, ибо это он занят сбором и передачей дани. Он всегда может призвать остальных под свои знамена, развязывая войну против своих личных недругов, ибо делает это от имени хана. Каждый из них мечтает стать следующим сюзереном, и это заставляет их лизать ханский сапог. Они прекрасно знают, что, если нынешний сюзерен выкинет что-то неположенное, хан сместит его и назначит другого. Но теперь Невил перевернул всю эту систему вверх тормашками. Он сверг трех сюзеренов и, похоже, готов взяться за четвертого.

Отец Лахлан поправил очки.

— Одного не понимаю — почему татары до сих пор не выступили против него.

Рори пожал плечами:

— Возможно, потому, что ханство слишком одряхлело. Когда они нападают, это неодолимо, как прилив. Или, возможно, они ждут, чтобы Невил пересек Вислу, чтобы разделаться с ним на своей земле. Вот тогда мы… — Он зевнул. — Не обращайте внимания. Час уже поздний, и место довольно странное, чтобы обсуждать здесь мировую политику.

— Мне казалось, вы хотели рассказать нам про Сюзи, — напомнил Тоби.

— Собирался, Лонгдирк, собирался. Ты и представить себе Не можешь, что такое королевский двор. Это вроде школы, в которой на сотню детей один учитель. Придворные — пустые, никчемные глупцы. Они бесятся от безделья. Они пасутся в кругах, образовавшихся вокруг правителя, и все, что их заботит, — это в каком круге они находятся и как бы им переместиться поближе к центру. Вся их жизнь — бесконечная игра.

Он подвинулся, облокотившись на левую руку, и широко расставил ноги. Его взгляд вдруг намертво прилип к Тоби.

— У них имеются детские привычки.

Тоби решил, что взгляд этот ему не нравится.

— Ну, например?

— Например, прозвища, — тихо ответил Рори. — Каждый круг, каждый маленький кружок имеет сдои пароли, свои условные знаки. Считается великой честью иметь возможность обратиться к кому-то из более высокого круга по его прозвищу, и, разумеется, все так и живут слухами. Тайные прозвища известны всем, хотя простое знание того, что приближенного к монарху министра друзья зовут Вуки, еще не дает тебе права фамильярничать с ним. Как сказал отец Лахлан, имена могут служить словами власти. Имена могут быть опасны — это я тебе говорил.

— Вы не слишком много рассказали мне. Так кто такая была эта Сюзи?

Хэмиш поперхнулся.

Рори и глазом не повел. Он не сводил взгляда с Тоби и свободной рукой подобрался поближе к кинжалу.

— Дошло?

— Сюзерен? — прошептал Хэмиш.

— Верно, парень. Сокращенно «Сюзи». «Сюзи» было самым известным прозвищем короля Невила. Возможно, так Вальда обращалась к нему в постели. Твой друг-переросток был некогда Тоби Стрейнджерсоном. Он утверждает, что он им и остается, но леди Вальда называла его «Сюзи».