Сергей Мусаниф - Цвет мира - серый

— А когда будет капитан? — поинтересовался Ланс.

— Понятия не имею. Он почему-то забыл мне об этом доложить, — сказал боцман. — Но мы не собираемся нанимать моряков, так что вы можете его не ждать.

— Признаться честно, мне и в голову не приходила мысль наниматься моряком, — сказал Ланс. — А когда вы отплываете?

— Как только закончим погрузку.

— Тогда следующий вполне ожидаемый вопрос, — сказал Ланс. — А когда вы закончите погрузку?

— К вечеру, если эти сухопутные крысы будут пошевеливаться.

— И вы отплывете в ночь? — уточнил Ланс.

— День, ночь, никакой разницы, — сказал боцман. — Фарватер тут безопасный.

— Чудесно, — сказал Ланс. — А как зовут вашего капитана и где мы можем его найти?

— Мы не берем пассажиров, — сказал боцман и снова плюнул в воду.

— А я вроде бы об этом и не спрашивал, — сказал Ланс. — Я спрашивал, как зовут капитана и где можно его найти.

— Капитан Хаггет его зовут, — сказал боцман. — Что касается того, где его искать… Я на вашем месте поискал бы его в ближайшем борделе. Или в самом дешевом кабаке.

Боцман явно не одобрял поведения капитана Хаггета и….л недоволен его моральным обликом.

— Спасибо, — сказал Ланс. — Еще увидимся, боцман.

— Сомневаюсь, — за этим словом последовал третий плевок.

Ланс развернулся и быстрым шагом двинулся к выходу Из порта.

— Э… мы уже не ищем капитана?

— Ищем, — сказал Ланс. — Не думаешь ли ты, что бордели и кабаки расположены на территории порта? Тогда бы тут вообще никто не работал.

— А как мы попадем на корабль? Если они не берут пассажиров и матросы им не нужны…

— Давай сначала найдем капитана, — сказал Ланс.

— Решать проблемы по мере их поступления?

— Именно так.

Ближайший бордель помещался в неприметном здании на припортовой улице, которое отличалось от прочих только фонарем со стеклом красного цвета, висевшим над входом. Фонарь не горел, но цвет стекла был хорошо виден и при солнечном свете. Надо лее, а я думал, это такая метафора.

— Ты знаешь, что такое бордель? — спросил Ланс.

— Чисто теоретически, — сказал я.

— Чудесно. Когда мы зайдем внутрь, на любые вопросы и предложения отвечай: «У меня нет денег».

— Почему?

— Хотя бы потому, что у тебя действительно нет денег, — сказал Ланс. — Кроме того, эти слова в подобных местах аналогичны заявлению: «Я не хочу неприятии стей». Ты хочешь неприятностей?

— Нет. Но я не понимаю, какие неприятности могут ждать меня в подобном заведении.

— Целый букет, — сказал Ланс. — Не забывай, что это не обычный бордель, а припортовый.

— И какая между ними разница? — я продолжал демонстрировать пробелы в своем образовании.

— Просто поверь мне на слово, — буркнул Ланс. Мы вошли внутрь и оказались в довольно просторной комнате с несколькими обшарпанными диванами, несколькими пьяными мужчинами и несколькими полуголыми женщинами разной степени привлекательности. Тут было накурено, пахло потом, дешевым алкоголем и почему-то горелыми тряпками. На второй этаж, очевидно, «в нумера», где и происходила основная деятельность этого заведения, вела шаткая деревянная лестница, на ступеньках которой лежало чье-то пьяное тело. Очевидно, тело было выгодным клиентом, если его до сих пор не выбросили на улицу, а позволили лежать здесь, в тепле и уюте.

Едва мы вошли, полуголая девица отлепилась от стены и повисла у Ланса на шее.

— Повеселимся, красавчик?

— Непременно, — пообещал Ланс, почему-то не прибегая к универсальной формуле, которую предложил мне. Или ему таки нужны неприятности? — Скажи, дорогая, капитан Хаггет сегодня к вам заходил?

— Это такой невысокий, рыжий, с длинной бородой?

— Да, — сказал Ланс. — Именно.

— Он и сейчас здесь.

— Чудесно, — сказал Ланс. — Мы подождем его внизу.

— А как же веселье? — не поняла девица.

— Мы будем его весело-весело ждать, — пообещал Ланс и принюхался. — А пока принеси-ка нам трубочку травы, которой так чудесно пахнет в воздухе.

Девица вильнула бедрами и скрылась за дверью под лестницей.

Мы с Лансом устроились на свободном диване, и я настроился на долгое скучное ожидание. В последнее время мне так не хватало скуки…

Девица вернулась и вручила Лансу дешевую пеньковую трубку и огниво. Ланс вытер мундштук о манжету рудники — с точки зрения гигиены это движение не имело ни какого смысла, так как рубашку уже очень давно не стирал и, — высек искру и с удовольствием затянулся.

Содержимое трубки пахло горелыми тряпками. Так вот откуда здесь этот запах.

— Тебе не предлагаю, — сказал Ланс. — По первости эта штука может снести мозг не хуже алкоголя.

— А? — не понял я. — Это не просто табак, а какой-то наркотик?

— Вроде того, — хмыкнул Ланс. — Красавица, как эта травка называется в ваших краях?

— Тхайская травка, — сказала девица. — И в наших краях она не растет, ее привозят из-за океана.

— С этого и начинается экспансия, — буркнул Ланс. — Держу пари, сами тхайцы это не больно-то курят.

— С тебя три медяка, красавчик.

— Держи, — Ланс рассчитался, и девица оставила нас в покое, заняв свою выжидающую позицию у входа.

Ланс глубоко затянулся, и по его лицу расплылось выражение блаженства. Таким довольным я своего спутника еще ни разу не видел. Он словно помолодел на несколько десятков лет, и…

— Давненько я не курил этой дряни, — сообщил Ланс. — Сразу вспоминаются студенческие годы. Хорошие были времена.

— Это было еще до того, как ты стал капитаном наемников? — уточнил я. — И чему же тебя учили?

— Как обычно, вещам, которые так и не пригодились мне в жизни, — сказал Ланс. — И это было задолго до того, как я стал капитаном наемников.

По лестнице спустился какой-то человек, его лицо, частично скрытое табачным дымом, отчего-то показалось мне знакомым, но, поскольку рыжей бороды у человека не было, я отвел от него взгляд, а он, не останавливаясь, быстро прошел к выходу.

В голове у меня была странная легкость, в душе поселилось безмятежное состояние умиротворенности и покоя. Будущее казалось простым и понятным, все проблемы несущественными и легко решаемыми.

Легкость — вот ключевое слово. Даже само мое тело вдруг стало каким-то необыкновенно легким, и я не сомневался, что, стоит мне сейчас оттолкнуться от дивана. И я воспарю под потолком.

Теперь я понимаю, что сидел слишком близко к Лансу и вдохнул часть дыма тхайской травки, которую он курил ,а потом неожиданно резко хлопнула входная дверь, и в комнате вдруг стало очень тихо.