Ева Никольская - Тайна подземелий

— Пф-ф-ф, — выдохнул он. — Так-то лучше, — и, обведя нас всех взглядом, пояснил: — Фирсы немного подкорректировали и моего элементаля. Поддержание его в силе требует больших энергозатрат. Поэтому он почти всегда находится здесь, — мужская ладонь коснулась металлической бляхи на голой груди. — И лишь при крайней необходимости выходит из моего тела.

— Вы оба изменились, — сказал Йен, подходя ко мне. — Ты нас всех спасла, маленькая. Откуда узнала?

Я протянула ему "навигатор", с открытым текстовым сообщением и перевела его на язык лэфири. Обсуждать тот факт, что сообщение адресовалось только мне, а остальные, судя по всему, должны были погибнуть под обвалом, не хотелось. Керр, которого я не стала отвлекать, когда пришло письмо, сейчас с мрачным интересом любовался на незнакомые ему буквы и молчал. Йен же, напротив, высказал мнение, что лучше нам всем держаться поближе друг к другу по пути к следующему каменному оринетиру. На что Рик сказал:

— Хватит! Дальше поедем на платформах, так безопасней, — он еще раз вгляделся в зияющую черноту потолка, и, криво усмехнувшись, запахнул куртку, прикрывая тем самым рваную рубаху.

— Но ты ведь сам говорил, что остановок в нужных местах нет, — напомнила ему я.

— Поедем до конечной, — решительно заявил блондин.

— Но это может навредить Ташу… — пробормотала неуверенно и вопросительно посмотрела на тамана.

— Ташу уже ничто не навредит, — вздохнул блондин, подходя к нам.

— С этого момента поподробней, — потребовала Еванна, сдвинув на переносице черные брови. — Что ты знаешь о моем брате, Рик? И прекращай уже врать и отмалчиваться. Нас всех чуть не убили тут… хватит играть в несознанку! Где Таш?

— Там, где на Иллериной карте мигает красная точка, — прямо глядя в глаза брюнетке, ровным голосом ответил мужчина. — А, может, и не там. Я не знаю. Его похитили не фирсы, а управляемая орна. И куда именно она затащила твоего брата, Ева, мне неизвестно. Но играть и дальше по правилам того, кто решил убавить количество игроков, я не намерен. А ты?

Лэфа какое-то время молчала, прожигая черными, как ночь, глазами собеседника, потом кивнула и, развернувшись к нам, потребовала:

— Теперь ты, Иьва-Иллера-Лера или как там тебя на самом деле звать? Может, уже объяснишь, что тут происходит и почему предупреждение об опасности прислали только тебе? У спасательной миссии есть двойное дно?

— Еванна… — мягко начал Йен, но девушка, резко вскинув руку, рявкнула:

— Помолчи! — и снова уставилась на меня. Как и все остальные, включая бледную как мел Тину и откровенно зевающую Надью.

А я… я просто не знала, что ответить. Норды были в курсе моей тайны, Эйрикер, назвавший меня во время лечения нифелином, тоже, значит, прекрасно знал, к кому его приставили фирсы. Вивьера либо догадалась, либо подслушала, либо просто была равнодушна к данной теме, а вот Тинара, напротив, смотрела на меня широко раскрытыми глазами, и у меня язык не поворачивался признаться, что я не ее сестра, а тестируемый образец под порядковым номером "27".

— Фирсы прислали в Стортхэм зеркало, — вместо меня заговорил Илис, и Еванна, вопреки ожиданиям, затыкать его не стала. Только посмотрела косо и тут же, поджав губы, отвела взгляд. — Оно попало к Ильве, которую Йен, как свою будущую жену, нарек Лерой. Ну а мы все зовем Иллерой, как нечто среднее между прошлым и будущим ее именами. Так вот… Через зеркало нам и было предложено отправиться в Итировы подземелья, чтобы найти и вернуть домой Таша. Иллере же в этом походе выпала роль навигатора, потому что она немного знает древний язык.

— Какой еще язык? — уточнила Ева.

— С родины фирсов, — не моргнув глазом, соврал красноволосый норд.

— Ну ты и заливаешь, брат! — восхищенно присвистнул Скил, но, к счастью, кроме нордов и меня его никто не услышал. Даже Надья ничего не смогла прочесть по губам, ибо вылезать из-под рубахи наплечный элементаль не стал.

— И откуда эта Брэмова тень его знает? — недоверчиво поинтересовалась брюнетка, переводя взгляд с Илиса на меня и обратно.

— В монастыре учить начала, когда жила там неделю до совершеннолетия, — все так же спокойно продолжал сочинят Илис.

— А меня научишь? — шепотом попросила Тина, но Еванна на нее шикнула и малышка, потупившись, замолчала.

— Ладно, пусть так, — наконец сдалась брюнетка. — Допустим я верю, что Ильву после потери памяти перемкнуло и она стала полезной и способной лэфой, на которую положили глаз фирсы. Но кто мне объяснит, почему они пытались нас всех так ненавязчиво устранить, сохранив жизнь именно ей?! — возмущенно воскликнула она, ткнув в меня пальцем.

— Так ты же сама сказала, что глаз положили, — невозмутимо отозвался красноволосый норд под тихий ржач Скила.

— Илис-с-с! — разъяренной кошкой зашипела Еванна.

— Да, красавица? — вздернув темную бровь, проговорил самый идеальный норд из всей общины меченных, а Ева как-то вдруг растерялась, покраснела и, махнув на нас рукой, пошла к керсам.

— Вы идти собираетесь или как? — бросила она на ходу. — Достали эти развалины. Договорим в более безопасном месте, — сказала так, чтобы все слышали и… не расслаблялись.

Задерживаться в полуразрушенной пещере мы и правда не стали. Эйрикер, как обычно, возглавил нашу группу, на этот раз показывая дорогу к "метро". А мы с Тинарой ехали верхом на Рыже и молчали, каждая думая о своем. Ровно до тех пор, пока малышка не спросила:

— А как там… в другом мире было?

Я оцепенела. Мысли хаотично заметались в голове, руки, обнимавшие сидящую впереди сестру за талию, дрогнули. Неужели эта не по годам сообразительная малявка все-таки вычислила подмену? И что ей ответить, чтобы усыпить бдительность? А, главное, надо ли эту бдительность усыплять? Ведь ложь способна разрушить любые отношения.

— Иль, ты меня слышишь? — обернулась блондинка, пытаясь через плечо взглянуть на меня. — Расскажи мне про другой мир, — потребовала она куда более настойчивей, чем в первый раз.

— Откуда же мне знать? — голос дрогнул, выдав волнение.

— А кому еще знать, если не тебе? — вздернула точеную бровь сестренка. — Да не бледней ты так, — хитро усмехнулась она. — Все я понимаю.

— И что… ты понимаешь? — сглотнув, уточнила я.

— Ты очень изменилась, когда потеряла память. Очень-очень. Сейчас ты напоминаешь мне нашу маму, а не безропотную отцовскую тень.

— Брэд использовал на мне чашу Отавии, — проговорила я, хотя так и хотелось сказать "на Ильве".

— Да я не спорю, что использовал, — грустно вздохнула Тина. — Но ты… ты все равно сильно изменилась.