Олаф Локнит - Волки Севера

И тут случилось нечто невообразимое.

Видимо, предводитель Стаи владел способностью разговаривать со своими приближенными при помощи мысли, иначе ничем другим не объяснишь невероятную согласованность действий, так и не сложивших оружие оборотней.

Первым делом в действие кровавого спектакля вступила малышка Ани, которая и в облике пантеры сохраняла демоническую привлекательность. Угольно-черная гибкая кошка, наверняка сознавая, что неминуемо погибнет, рванулась в атаку на людей Гуннара — она в два мягких и долгих прыжка достигла лестницы, на которой стояли немедийцы, бросилась в самую их гущу и начала убивать. Долго противостоять прекрасно обученным воинам тайной службы Ани не могла, но внесла сумятицу в их ряды, а среди всех прочих вызвала легкую панику. Даже Гуннар слегка опешил и растерялся. Он-то полагал, что победа завоевана.

Сбившиеся в плотный строй оборотни, за спины которых и ускользнул Джареф, начали медленно отступать к алтарю Фреки, без особого труда сдерживая Конана и его приятелей, довольно быстро уяснивших, что Бешеный Вожак собирается закончить свою миссию любой ценой. Конан зарубил двоих, но вскоре он и Альбиорикс натолкнулись на такую ожесточенную оборону, что быстро пробиться к Джарефу, уже начавшему читать Книгу Бытия, было просто невозможно.

— Меч! — взревел Джареф, прибавив к этому простому слову несколько коротких звучных фраз на древнем наречии Карающей Длани. Конан, сообразив, что сейчас произойдет, прыгнул к валяющемуся без чувств советнику Вегелю, пытаясь перехватить магическое оружие, но клинок Скелоса, лежавший рядом с месьором советником, взмыл в воздух, попутно попытавшись рубануть наотмашь варвара. Конан, отлично зная, что с мечами Скелоса, которые действуют сами по себе (и действуют весьма умело, надо сказать), отшатнулся, споткнулся о тело Вегеля и упал. Клинок поднялся к звездным небесам, а затем нырнул вниз и оказался в руке Джарефа.

— Где Рангильдор? — варвар, едва поднявшись, суматошно оглядывал капище. Он точно помнил, что люди Вегеля принесли Рангильдор сюда, завернули в холстину и положили где-то в углу. Тут же к Конану подбежал бледный Тотлант. Волшебник нес позабытую всеми Книгу Веренелельд — рубины на золотой башенке пылали ало-оранжевым огнем, а сквозь камень проступали ясные силуэты рун.

— Вот Книга! — выдохнул Тотлант.— Где клинок? Давай сюда! Что значит — «отобрали»?! Да я тебя в жабу превращу, недоносок киммерийский!

Конан, в особо сложные и ответственные моменты соображавший исключительно быстро, глянул на башенку и машинально прочитал проступивший на рубинах рунный рисунок. Ему были видны только четыре символа — «Алгиз», «Хагалаз», «Райда», «Соули», то есть «Божественная сила», «Запрет», «Дорога», «Победа». Последняя руна, впрочем, могла означать и свет солнца.

Теперь стало понятно, какая это книга. Каждая руна — это отдельная история, длинная и запутанная. Но в то же время руны — это символы. Символы и магические знаки.

— Дайте меч, ублюдки! — надрывался Конан, пытаясь переорать шум драки, ибо черная пантера все еще продолжала сопротивляться немедийцам и постепенно отступала к Вратам, почти неуязвимая для клинков и арбалетных стрел, от которых уворачивалась с невероятной колдовской ловкостью.Джареф читал Книгу, возложив на ее страницы меч Скелоса. Тотлант с безумным ужасом в глазах наблюдал за Вратами. Из четырех засовов уже рухнули три. Конан ругался, на чем свет стоит, употребляя все знакомые ему языки и наречия, и остановился только, когда его схватил за плечо взмокший Гуннар и всучил длинный тяжелый сверток.

— Почему мне приходится выполнять вашу работу? — скороговоркой выпалил немедиец.— Забирай Меч, Тотланта и Башню! Действуйте! Сделайте хоть что-нибудь! Оно сейчас вылезет!

— Как поступать? — рявкнул Конан.— Руны я смогу прочитать, а что делать с мечом и Тотлантом?

Волшебник в это время отобрал у Конана Рангильдор, сбросил с него грубую ткань и рассматривал попеременно то Книгу, то клинок.

— Есть! — взвизгнул от восторга Тотлант, обнаружив на основании башенки углубление, в точности копирующее силуэтом навершие рукояти Рангильдора. Маг быстро вставил яблоко меча в фигурную нишу, Рангильдор, и без того полыхавший бесчисленными синими искрами, превратился в полосу слепящего белого света, а рубины слились в одно пылающее кольцо. Конану показалось, будто к мечу приделали еще одну громоздкую рукоять.

И в этот момент Врата Серой Дороги отворились.

Фреки, древнее порождение звериного мира, стоял на пороге мира человеческого.

Ничего особенного — волк как волк. Только масти черной и размером с быка. Он выглянул из сияющей звездами полутьмы, повел лобастой башкой и, увидев Бешеного, оскалился в настоящей, почти человеческой улыбке.

Бой прекратился. Все — оборотни и люди — почувствовали, как из Врат истекает могучая божественная сила.

Веллан с Эртелем, так и не сбросившие звериное обличье, легли на брюхо и тяжело задышали. Испугались. Конан и то начал оценивающе посматривать на лестницу, ведущую в подземелья замка, подумывая об отступлении. С демонами сражался, бывало. Но драться с богом? Ну уж нет. Ищите другого героя!

— Тотлант, давай! — Гуннар схватил волшебника за шиворот и потряс.— Загони его обратно в черную бездну, и я сделаю тебя герцогом!

— Не получается,— стигиец едва не плакал.— Не работает! Ну, руны, понятно, заклинание. Странник, соединив Меч и Книгу, обязан его прочесть. Я прочитал руны четыре раза. И ничего!

— Дай сюда! — Конан вырвал из рук волшебника магические предметы и всмотрелся в рисунок древних символов.— Откуда, по-твоему, надо начинать читать?

Фреки, осмотревшись, сделал первый шаг вперед. Тяжелая когтистая лапа коснулась пола святилища, и камни пошли трещинами.

В глазах Джарефа сияло истинное счастье. Он достиг своего!

— «Орикс», руна начала всех начал,— пискнул Тотлант.— Дай еще раз попробовать! Может, заклинание нужно прочесть три, семь или девять раз?

Но Конан, действуя более по наитию, чем, согласуясь с разумом, начал произносить имена рун, выстроившихся в девятизначную цепочку.

Если быть знатоком рунической магии, да и просто читать начертания символов, то цепь могла означать заклинание, состоявшее из девяти слов:

«Начни дорогу, закрой ворота чужим богам, обрети победу жизни». Но это для знатоков вроде Тотланта. Конан же просто назвал имена рун.

Фреки попятился.

Джареф оглянулся и побледнел. Над Рангильдором и соединенной с ним башенкой возник ярко-розовый ореол и кольцо света начало медленно распространяться по святилищу.