Шерри Томас - Гибельное море (ЛП)

Некоторое время спустя рядом с Иолантой появился принц.

– Я нашел номер, в котором не могу продвинуться никуда дальше прихожей.

У нее начало покалывать ступни ног. Иола заплатила владельцу киоска за карту Лондона и сунула ее в карман пальто.

– Тогда пошли.

– Позволь мне отправиться первым. Убедиться, что там безопасно, – попросил Тит, как только они отошли достаточно далеко от газетчика, чтобы он их не услышал.

– Я хочу пойти с тобой. – Хранительнице памяти пришлось многое преодолеть, скрываясь от Атлантиды, так что с ее стороны Иоланте вряд ли грозила опасность. Да и в любом случае, если Далберт не ошибся, генерал Рейнстоун весь день занята. – Твоя безопасность не менее важна, чем моя – не уверена, что без тебя Уинтервейл выстоит против Атлантиды хотя бы пять минут.

– Ну хорошо, – уступил принц. – Но не опускай свой щит.

Из пустого переулка поблизости они перескочили в прихожую отельного номера. Стены маленькой комнатки были обклеены кармазинными обоями – Иоланта припомнила, как кто-то (возможно, Купер) рассказывал ей, будто в Лондоне нет никакого смысла выбирать для внутренней отделки стен какие-то иные цвета, кроме темных. Мол, воздух там такой грязный, что можно ручаться – через пару лет, несмотря ни на что, стены все равно потемнеют.

Тит принялся за работу, уничтожая охранные чары. Иоланта помочь не могла, ибо недостаточно знала о таких методах, так что решила не путаться под ногами и осталась в углу, пытаясь дышать медленно и ровно. Чтобы не распалиться и не дать надеждам вырваться из-под…

За дверью раздались шаги.

Тит отпрыгнул назад и поднял щиты. Иоланта достала запасную палочку и направила ее на вход. Страх и головокружение сменяли друг друга, ускоряя пульс.

Шаги затихли. Повернулась ручка, и дверь, скрипнув, медленно отворилась, явив взгляду знакомое лицо учителя Хейвуда.

Он коротко остриг волосы и отрастил потешные усы, но это, вне всяких сомнений, был учитель.

Это был он.

И тут Иоланта почти перестала видеть опекуна из-за слез, набежавших на глаза. Она бросилась вперед:

– Простите меня! Простите, что так долго вас искала.

Хейвуд крепко ее обнял.

– Иола! Да хранит меня Фортуна, это и правда ты. Я думал, что никогда уже тебя не увижу, – пораженно выдавил он.

Слезы градом катились по щекам. Может, барон Уинтервейл и положил биологическое начало ее существованию, но настоящим отцом Иоланты был Хейвуд. Именно он сидел у ее постели, когда она болела, проверял ее домашние задания и летними днями водил ее к миссис Хиндерстоун за дынанасовым мороженым, а потом в зоопарк – посмотреть на драконов и единорогов.

– Я так рад, что ты в безопасности, – хрипло сказал он. – Очень-очень рад.

И только теперь поднял глаза и заметил, что Иола не одна. Он отпустил ее и поспешно поклонился правителю Державы:

– Ваше высочество.

– Учитель Хейвуд, – поприветствовал Тит. – С вашего позволения, я бы хотел поискать помещение для переместителей.

– Разумеется, сир. Мне позвонить, чтобы принесли чай, сир?

– Нет, не надо. Не обращайте на меня внимания.

Тит ушел вглубь номера. Учитель Хейвуд еще мгновение изумленно смотрел ему вслед, а затем повернулся к Иоланте и потянул ее в гостиную:

– Так все это время ты была в немагической школе, в которую меня привозили, в школе принца?

– Да, да, и я все вам расскажу, – выпалила Иоланта. – Но сначала объясните, как вы исчезли из Цитадели в ту ночь?

– Хотел бы я лучше понимать, что там произошло. Весь вечер атлантийские охранники вокруг меня перешептывались о лорде главнокомандующем. Я очень испугался, подумав, что Лиходей может допросить меня лично. Я пробыл в Цитадели почти час, прежде чем меня препроводили в библиотеку. Аж колени дрожали от страха. Я ног не чувствовал. А в следующее мгновение очутился в этом номере отеля, и в записке на столе мне приказали никогда не покидать пределы номера, если не хочу оказаться в Инквизитории. С тех пор я тут и живу.

– Вы действительно ни разу отсюда не выходили?

Гостиная с такими же кармазинными стенами оказалась немаленькой. Как и спальня, видневшаяся за открытой дверью. И все же не покидать столь ограниченное пространство целых четыре месяца…

– В сравнении с Инквизиторием, это рай. Полно места, чтобы вытянуть ноги, никаких допросов, и сюда приносят все немагические книги и газеты, какие я только попрошу. За исключением отсутствия новостей о тебе, мне действительно не на что жаловаться.

При воспоминании о его крошечной камере в Инквизитории сердце Иолы сжалось от боли.

– Но если захотите, вы сможете отсюда уйти?

Хейвуд побледнел:

– Я… я не хочу. Снаружи слишком опасно. Здесь, внутри, мне гораздо лучше.

– Но если вы уйдете, то никто не будет знать, где вы. Вы станете совсем неприметным, и это защитит лучше любых охранных чар.

– Нет-нет. Совершенно исключено. – Учитель вцепился в спинку стула. – Ты вызвала молнию из-за того, что я уничтожил эликсир света, и теперь никогда не будешь в безопасности. Оставаясь здесь, я хотя бы не причиню тебе еще больший вред.

Убежденность в его голосе озадачила Иоланту. Может, это еще один симптом урона, нанесенного заклинаниями памяти?

– Судя по услышанному, Фэрфакс, я бы сказал, что твоего опекуна поместили в круг страха, – заметил вышедший из спальни Тит.

– Что это? – Иоланта никогда с подобным не сталкивалась.

– Старинное заклятие из той эпохи, когда войны были более личным делом. Если получится заманить врагов в круг страха, можно, в сущности, заморить их до смерти внутри круга.

Иоланта покосилась на учителя, который пытался осознать, что, оказывается, все это время страшился самого страха. Затем обернулась к принцу:

– Ты нашел какие-нибудь порталы?

– Два в больших шкафах и один в ванной; я установил сигналы тревоги, на случай если…

Тит изменился в лице. Взяв Иоланту за руку, он затащил их обоих под прикрытие тяжелых синих портьер.

Она украдкой выглянула наружу. Учитель Хейвуд как раз повернулся к открытой двери спальни. На мгновение у порога мелькнул уголок чего-то, похожего на коричневый плащ – кто-то затаился за стеной, выжидая и изучая обстановку в гостиной.

Принц тихо отворил остекленную дверь, ведущую на узкий балкончик. Иоланта заставила воздух оставаться неподвижным, чтобы портьеры не задрожали от ворвавшегося ветерка. Тит исчез с балкона. А несколько секунд спустя снова появился, слегка ошеломленный:

– Она здесь. Я наложил на нее заклинание заморозки времени из-за окна в спальне – но пробраться внутрь с той стороны так и не смог, ведь оно по-прежнему под действием охранных чар.