Александр Анфилатов - Изумрудная долина

— Может быть, Дхоу перестанет держать Нур–ниса в воротах и найдет для продолжения разговора более подобающе место?

— Прошу прощения за мою невежливость, виной тому неожиданность вашего визита, — он широким жестом руки предложил пройти за ним, — просто не успели подготовиться!

Уже на ходу Ярослав заметил:

— Прошу прощения, благородная Нур–ниса, но осмелюсь заметить, бегство и обмен ваших соплеменников без одобрения принца может вызвать войну, что никак не может нас устроить.

— Дхоу хочет отказаться от обещания? — с некоторой осторожностью спросила энола.

— Нет, - поспешил заверить ее Ярослав, — для нас не принципиально, кто конкретно будет заложником, но мне и моим людям желательно обезопасить себя от ненужных стычек и недовольства энолов.

— Дхоу не ценит спасение собственной жизни?! — неожиданно остановившись, Миэле попыталась надавить на Ярослава.

— Ценю, - слегка смущенно попытался оправдаться он, — но жизни моих людей дороже! И если принц против, я не могу идти у вас на поводу.

Миэле сделала грустную физиономию, и как бы вспомнив, радостно посоветовала:

— В таком случае, немедленно отошлите пленных энолов, обмен станет необратим, а их родственники ни за что не согласятся все изменить назад!

— Я учту ваше предложение, Нур–ниса, а пока предлагаю вам остановиться в моей комнате, лучшего здесь просто нет.

Они прошли по извилистым переходам, внутренним помещениям дворца и оказались в комнате, занимаемой Ярославом с самого начала приезда. В дверях их встретила Ноки, оторванная от своего обычного занятия.

— Первое время эта девушка будет вам помогать!..

Северянка в полной панике уставилась на уши Миэле, не понимая, что происходит.

— …а пока я обязан вас покинуть, необходимо срочно обсудить некоторые вопросы обмена…

Миэле кивнула, расстегивая золотую пряжку накидки.

— …Стража будет постоянно при вас, здесь в коридоре, — он грозно взглянул на ухмыляющихся мечников.

И добавил уже на ходу:

— Стеречь пленницу с усердием, головой отвечаете! Смотрите у меня, от сохранности объекта зависят жизни многих людей! - он сунул кулак под нос, сбив кислые ухмылочки.

Из прихожей высунулась заспанная физиономия Анны и совсем сонная Анюты.

— Что случилось! — пискнула девушка, натягивая сапоги, трудное время учило бдительности, Анюта была уже одета.

— Анна, - скомандовал он, — разыщи Станислава, Петровича, старика Колтука! Сбор всей верхушки на женской половине!

— А что сказать?!

— Ничего, просто сбор командиров.

Буквально через пятнадцать минут Ярослав доложил собранию о свалившейся напасти. Присутствовал сугубо ограниченный круг людей: Станислав, Петрович, Ольга, от агеронцев Ибирин с братом и от нидамцев Банула Наростяшно, Колтук с сыном представляли ласу.

— …пребывание в заложниках принцессы сулит нам определенные выгоды, это вам не рядовой воин, жизнью которого можно пренебречь! Как, впрочем, и немалый риск! Возможны попытки освободить пленницу, даже несмотря на ее собственное нежелание…

— Но, Ярослав! Зачем нам вообще связываться с этими эльфами, отдать пленных, книгу… и пусть… на все четыре… — взмахнув рукой, перебила Ольга.

— И пусть катятся… — поддержал ее Петрович.

Разговор по большей части шел на русском, и модоны многого не понимали, приходилось переводить. Узнав о желании индлингов отдать пленных без всяких условий, агеронцы замотали головами. Общее мнение выразил Ибирин.

— Удивляюсь вашей наивности, — без уважения расхохотался моряк, — энолы - такая хищная т…рь. Повернитесь к ней спиной, и она ударит вас кинжалом. Дхоу прав, их остановит только сила. Лучше всего никого и ничего не давать, вооружится и ночью спалить корабль, а потом переловить в гелеях по одиночке…

— ...Можно и не ловить, — с грустью пояснил он, — войо перебьют!

Он громоподобно расхохотался собственной шутке.

— Не будем впадать в крайность, Ибирин! Мы не знаем наверняка, сколько энолов на корабле. По сведениям Уира и его вуоксов, сорок луков. Жиган утверждает, корабль большой, может вместить сотню, и уверен, энолов больше сорока. При атаке на корабль неизбежно будут потери, а это не катит.

— После прибытия агеронцев нас стало больше, — спокойно заметил Наростяшно.

— Но не настолько, чтобы иметь подавляющее превосходство, — возразил Ярослав.

— Двести пятьдесят воинов против сорока воинов. Сколько еще надо? — развел руками Ибирин. — Довольно быть трусами!

— У нас не одни энолы ходят во врагах, кроме войо есть еще бурути и неоправданные потери ни к чему, тем более, когда есть возможность покончить дело миром.

— Мы выглядим трусами! — повторился моряк, с трудом подавляя желание спорить с вождем.

Голосования не было, народ высказался, и Ярослав решил:

— Все, решение принято! Мы не можем отпустить пленников просто так, энолы потеряют узы и принесут много вреда и смертей. Их длинные луки бьют на большое расстояние, им ничего не стоит засыпать крепость стрелами. И тут нет никакого рационального подхода. Только месть! В бой идти не с руки, понесем лишние потери. Поэтому приказываю: отпустить пленных энолов…

Через полчаса лазутчики были примерно выпороты (чтобы было неповадно), раздеты догола и выпихнуты за ворота.

Только утром принц Клодоальд узнал о бегстве сестры. Появление предыдущим вечером на корабле пленников, униженных и жалких, вызвало в душе не только поддержку всеобщего возмущения против подлых людей, но и подозрение в бегстве сестры. Чувствуя неладное, принц бросился в шатер и нашел энолу мирно спящей. Зная ее способности к обману, не поверил глазам и, разогнав тьму шатра фонарем, осторожно коснулся. Сестра спокойно спала, полуприкрытая покрывалом. От сердца отлегло!

Утро принесло разочарование, Миэле продолжала спать! Когда откинули полог шатра и яркие лучи солнца коснулись постели, где, не шевелясь, лежала кукла, а в воздухе стоял резкий запах алхимических препаратов, пришло осознание, что сестра умудрилась провести всех.

Клодоальд был вне себя, он в ярости схватил, смял и выбросил за борт восковую маску, заменявшую кукле лицо. Какой же он был дурак, когда вчера принял ее за живую энолу и был настолько уверен в увиденном, что даже не решился разбудить.

— Это магия! — уточнил присутствовавший при этом стражник. — Нур–ниса с младенчества занимается, чувствуете запах?

Конечно же, принц чувствовал и сам догадался, что не обошлось без магии, причем, их собственной, семейной магии, передаваемой от отца к сыну и от матери к дочери! Похоже, Миэле превзошла в хитрости всех, и это еще юная энола, а что будет позже?