Александр Хомяков - Весенние заморозки (СИ)

Отряд миновал кустарник и выбрался на берег озера, заросшего камышом. На небольшом свободном от растительности участке месили грязь пятеро алагорских арбалетчиков.

Броганек вступил в переговоры со старшим. Стражам было скучно - на их участке давно не случалось стычек, - и они прицепились к устаревшему паролю. Истонец не понял, к чему те прицепились - алагорский, несмотря на труды Лорбаэн в этом направлении, по-прежнему находился у него в зачаточном состоянии, - и принялся ругаться на 'правильной речи', сопровождая нехитрую терминологию оживленной жестикуляцией. Стражи поняли кое-какие общепринятые жесты и обиделись. Броганек тоже обиделся, когда его толкнули, и толкнул толкнувшего - кулаком в нос. Арбалетчики оценили соотношение сил и решили уступить.

'Какое-никакое, а развлечение', - читалось на лице Броганека, когда они миновали пост.

-Теперь тихо, - вполголоса предупредил ее истонец. - Опасно.

Потянулись перелески, ручьи и озера, густой кустарник. Ехали медленно, настороже. Изъеденные оврагами холмы утомляли равно людей и лошадей, при этом приходилось соблюдать тишину - но если люди еще пытались не издавать лишних звуков, то от лошадей требовать этого было бессмысленно. Ржанье и всхрапывание то и дело вплетали свою мелодию в симфонию весеннего леса, оставляя вокруг себя островки чуткой тишины. И птицы, и мелкое зверье пугалось людей, и пугалось не зря. Даже утки прекращали крякать в камышах при их приближении. Зато взвывала на все лады всякая кровососущая дрянь, почуяв желанную добычу. Комары и мошки причиняли отряду муки не меньшие, чем пересеченная местность.

В двух-трех милях от цепи постов Броганек остановил отряд. Они находились посреди березовой рощи. На севере, в просветах меж белых стволов, блестело солнечными бликами на воде очередное озеро - побольше тех луж, что попадались им до сих пор.

-Верное место, - подтвердил Броганек мысли Лорбаэн, проследив за ее взглядом. - Озеро большое, земля вокруг ровная. Обходить далеко. Может быть засада. Держи.

Она неохотно приняла из рук истонца меч. Арденский полуторный клинок, снятый с кого-то из павших на Гирисской равнине лучников - ей он был тяжел, и приходилось брать его обеими руками. Истонцы мечей не использовали, хоть и были потомками Старших севера. А вот ее отец учил обращаться с клинком, учил и Рава. Мать этого не одобряла.

-Потом вернешь, - предупредил Броганек.

Она заметила, что остальные воины посматривают на нее: кто с неодобрением, а кто и с любопытством. Нормальному дессалию с равнин Истона никогда бы в голову не пришло дать женщине в руки серьезное оружие. С другой стороны, Лорбаэн не была нормальной женщиной, а Броганек был в первую очередь воином в дальнем походе, где домашние стереотипы не всегда годились. Те из воинов, кто смотрел на нее с интересом, наверняка гадали, насколько хорошо сможет обращаться с мечом эта странная ралдэн, которая и без того удивляла их по нескольку раз на день.

По приказу Броганека половина отряда спешилась. Вооружившись топорами и щитами, воины исчезли среди деревьев в разных направлениях. Остальные остались ждать. Пользуясь передышкой, Лорбаэн попыталась возобновить разговор с Броганеком, но тот своей широкой ладонью прикрыл ей рот и держал так, пока она не передумала издавать лишние звуки.

В некоторых ситуациях истонец с ней совершенно не церемонился. Ее это удивляло, но одновременно и нравилось.

Еще ей нравилась дикая природа. Здесь, где еще не наследили своими сапогами люди, она чувствовала себя значительно лучше. Здесь ей не было так одиноко. Может ли быть одинок кузнечик в траве, ястреб в небе, лист на ветру? Вот-вот. Одиночество - это там, где много людей. Здесь, в мире без человека, оно теряло смысл.

Броганек молча ждал возвращения разведчиков. Ждали и остальные воины. Истонцы застыли каменными изваяниями, как, возможно, привыкли застывать посреди своих равнин, вглядываясь вдаль, высматривая и вынюхивая опасность. Даже лошади под ними редко когда переступали копытами.

-Смотри, - она увернулась от ладони Броганека и указала рукой в направлении озера. - там кто-то есть.

Истонец долго вглядывался в светлый частокол березок.

-Ничего не вижу, - он пожал плечами. - Зверь?

-Человек, - возразила она. - Невысокий. Прячется.

На лице варвара читалось откровенное сомнение. Он вглядывался и вглядывался, потом фыркнул недовольно и направил коня в ту сторону, где девочке что-то почудилось. Она уже и сама не была уверена, что это была не игра тени и света. Лорбаэн видела, как кентавроподобный силуэт Броганека проскользнул за деревьями, затем застыл на краю рощи. Продолжалось это какие-то несколько ударов сердца, тревожно стучавшего в ее груди. И мягкий шум леса вспорол его радостный клич.

Она еще не успела понять, что происходит, а Броганек уже исчез из виду, заслоненный спинами остальных воинов, что в едином порыве устремились на помощь своему предводителю. Ее лошадь, почувствовав отсутствие твердой руки на поводьях, последовала за ними - к счастью, не так быстро, и Лорбаэн выехала из-под деревьев последней.

Здесь поднимался высокий, в рост человека кустарник, но всадники были хорошо видны. Она успела как раз вовремя, чтобы увидеть, как удар длинного копья сносит Броганека с лошади вместе с седлом. Выдержало копье, устоял доспех. Упряжь порвалась.

Но уже летели вперед всадники на маленьких мохнатых лошадках, и воздетые вверх правые руки сжимали топоры, готовые обрушить их вниз, резким ударом проломить череп.

Владелец копья развернул коня им навстречу, демонстрируя полное боевое облачение эйторийского рыцаря. Вокруг него колыхались кусты: Лорбаэн заметила нескольких пеших эйториев с большими двулезвийными секирами. Истонцы тоже их заметили, встретив появление новых противников воинственными воплями. Рыцарь, недолго думая, пришпорил своего огромного коня и уже мчался железной громадиной навстречу всадникам с топорами.

Эта атака быстро и уверенно деморализовала воинов Истона. Ни у кого из них не было заговоренного доспеха, да и безрассудством драчливого Броганека они похвастаться не могли. Никто не хотел попасть под удар копьем, все пытались увернуться и сбавили темп. В итоге один - кажется, Рейдек, - не смог избежать удара. Рыцарь тут же бросил копье, которое на треть длины ушло в тело истонского воина, и выдернул из петли на ремне что-то типа булавы - но, присмотревшись, Лорбаэн поняла, что это оружие скорее похоже на молот. К этому моменту подоспели и пешие эйтории, завязалась схватка.

Она отнюдь не спешила принять участие в бою. Положив меч поперек седла, она придерживала лошадь и наблюдала за происходящим. Желание проливать кровь после той мерзости, что она совершила на Гирисской равнине, отпало у нее напрочь.