Свет vs Тьма. Избранная - Ольга Иванова

— Нет, спасибо, — усмехнулся адъютор, — давайте лучше завтракать… — и продемонстрировал пакет, заполненный продуктами.

И как я сразу его не заметила?

— А вы еще и заботливый такой, — протянула я на это. — С чего бы это?..

— Вы разве до сих пор не поняли? Я взял над вами опеку, пока вы не освоитесь в новом для себя качестве… — Власов продолжал улыбаться.

— Считаете, я теперь, став адъютором, не смогу покупать сама себе еду?..

— Сможете… Но не после бессонной ночи, да еще и в компании алкоголя… Боюсь, что вы нескоро дойдете до магазина…

Я негодующе фыркнула. Этот Светлый гад еще и подтрунивает над моим состоянием! А ведь сам напрямую причастен к этому…

— Рекомендую вам пойти освежиться и привести себя в порядок, а я пока приготовлю вам завтрак…

Я не успела ничего толком ответить на это, как Власова уже и след простыл, а еще через секунду его веселый голос раздался из моей кухни:

— Кстати, если вам так понравился мой халат, я подарю вам такой же… А этот все-таки попрошу вернуть… Как-никак я привык к нему…

— О… — выдохнула я, только сейчас заметив, что действительно до сих пор одета в его халат. Вчера, за неимением другой одежды, меня в нем так и привезли домой, а я, настолько увлекшись собственными переживаниями, забыла, что на мне чужая вещь, и даже не удосужилась переодеться.

В ванной я не стала задерживаться, по-быстрому приняв душ, почистив зубы и причесав свои взлохмаченные волосы. Раньше я бы, наверное, пришла в ужас от своего сегодняшнего вида, теперь же испытывала полное безразличие. И даже мужчина, хозяйничающий у меня на кухне, не вызывал во мне желания приукрасить свое бледное лицо с припухшими и покрасневшими от пролитых слез глазами.

— Любите готовить? — поинтересовалась я у Власова, зайдя на кухню.

Тот, без пиджака, закатав рукава своей выглаженной светло-голубой рубашки, стоял у моей плиты, где одновременно жарил омлет и варил кофе.

— Можно сказать и так, — с прежней улыбкой отозвался он. — Во всяком случае, мне это не доставляет никаких хлопот…

— А позвольте тогда полюбопытствовать, сколько вам лет, Валерий Романович?

— Тридцать восемь, — без смущения ответил Власов.

— Для высших сущностей это много или мало?..

— Для высших сущностей значимость количества прожитых лет почти такая же, как и для человека… Разница в возрасте наступает лишь к концу жизненного пути: мы живем на несколько десятков лет больше… Ну, может, стареем из-за этого чуть медленнее… А тридцать восемь — это уже далеко не юность, — объяснил он. — Так что судите сами…

— Тогда почему вы, такой весь из себя идеальный, до сих пор не женаты?.. — продолжала ерничать я.

— Хотите предложить мне свою кандидатуру? — ухмыльнулся адъютор, выставляя передо мной тарелку с омлетом.

— К сожалению, я не люблю идеальных мужчин, — притворно вздохнула я, крутя в руках вилку.

Похоже, мой ответ задел Светлого, потому что за ним последовало довольно колкое:

— То есть вам по вкусу мужчины с темным прошлым? Такие как Берников?

Напоминание о Никите всколыхнуло во мне все те чувства, которые так старалась хоть ненадолго притупить, и я с презрением посмотрела на Власова. Тот, заметив мой взгляд, тут же осекся и проговорил:

— Извините, я немного перегнул палку…

— Что-нибудь известно о Никите? — спросила тогда я. Извинение адъютора я намерено проигнорировала.

— Нет, я пока не связывался со Спецотделом, — покачал головой Власов, присаживаясь рядом со мной за стол. — Но мы сейчас с вами отправимся в Управление, и я постараюсь получить какую-нибудь информацию на этот счет. Кстати, как там ваш сигнум поживает?

— Отлично, — довольно грубо отозвалась я, — белеет не по дням, а по часам… На радость вашему Свету…

— А вы хотели бы, чтобы он стал темным? — в противовес моему тону, мягко поинтересовался Власов.

— Честно? — я в упор посмотрела на него. — Мне глубоко плевать, какого он там цвета… Сейчас мне хочется одного: чтобы меня оставили в покое… И Светлые, и Темные… А еще отпустили ни в чем не повинного Никиту…

Власов одарил меня в ответ своим фирменным всепонимающим и сочувствующим взглядом и, накрыв мою руку своей, проговорил:

— Я знаю, что вам сейчас сложно… Но вы ко всему скоро привыкнете, вот увидите… И многое для вас обретет новый смысл и понимание… А насчет цвета сигнума… Это не случайность с вероятностью пятьдесят на пятьдесят… Это ваша сущность, это вы сами, понимаете?.. Сигнум только отразил то, что внутри вас, не более… Но и не менее…

Я выдернула свою руку из-под его ладони и хотела произнести: «Да идите вы к черту!», но на последнем слове внезапно запнулась, ощутив, как по телу пробежал странный озноб, а желудок скрутило, словно я проглотила нечто отвратительное. Наверное, это все отразилось на моем лице, поскольку Власов, усмехнувшись, сказал:

— Если вы собирались упомянуть каких-либо темных тварей, то теперь у вас это может вызвать определенный дискомфорт… То же самое, если кто-то рядом с вами будет говорить о них… Так что старайтесь очистить свой лексикон от подобных слов, для своего же блага…

Вот как значит… Это что же теперь мне и ругнуться нельзя будет?..

— А Темным так же неприятно произносить имена каких-нибудь светлых существ? — поинтересовалась я.

— Конечно, — кивнул адъютор. — А разговоры об Ангелах у обычных, не-высших Темных, может вызвать аллергическую сыпь по всему телу… Говорят, она жутко чешется, — под конец заговорщицки добавил он.

— А Высшие?

— Ну, все Высшие адъюторы, как Темные, так и Светлые, более стойкие по отношению к противоположной стороне… Просто, чем совершенней сущность, тем меньше она подвержена пагубному влиянию извне…

— А ангелы… — тут я немного замялась, прежде чем продолжить. — А ангелы… тоже существуют, да?..

— Ангелы — это следующая ступень после Высшего адъюторства, — с заметной охотой начал объяснять Власов. — Ангелами становятся только самые достойные и самые преданные Свету адъюторы… Для этого даже требуется сдача определенных экзаменов и испытаний… Кстати, чтобы стать Высшим адъютором, тоже нужно сдавать экзамены… Но ни Высшими, ни тем более Ангелами, становиться