Ольга Табоякова - Хозяка

В зале находилось человек двадцать. Все они разбились на кучки и оживленно о чем-то беседовали.

— И что надо делать? — я поняла, что явно лишняя здесь.

Джи высокомерно фыркнул:

— Викки, ты что?

— Джи, — я сказала, чуть громче, чем следовало.

В зале воцарилась тишина. Я так и не поняла с чего это бы.

Министр, стоявший рядом с видным виноделом и обсуждающий возможность экспорта вина в соседний мир, услышал, как незнакомая девица закричала:

— Джи!

«Значит, мальчик уже выбрал!», — тонко улыбнулся министр. «Надо про девочку побольше узнать!».

Министр извинился перед виноделом и сделал несколько шагов к девушке:

— Позвольте представиться…

После этой тишины ко мне буквально кинулся незнамый тип. По одежде какой-то видный чиновник.

— Позвольте представиться, — начал этот тип, — второй министр.

— Очень приятно, — я чуть не хлопнула себя по лбу. Забыла выяснить, как здесь принято представляться в высшем свете. Второй министр выпучил глаза, как краб. Точно, я что-то отколола не совсем то.

— Викки долго жила в другом мире, — порадовал второго министра Джи. Я ему рассказывала, что жила и училась на Фагане, но что долго, не говорила.

— Как мило, — второй министр нашел что ему ответить, а я вот не знала, что говорить дальше.

— Это Викки, — представил меня Джи. — Моя подруга.

Второй министр так многозначительно улыбнулся, что меня передернуло.

— Опа! — завопил кто-то рядом со мной. Все присутствующие подпрыгнули на месте. Это было привидение.

— Привет! — сказало оно.

Я позеленела. Сейчас моя маскировка полетит на фиг. Интересно за то, что выдаешь себя за другого человека, что полагается по местному уголовному кодексу?

— Ты как? — продолжило привидение.

Я перешла от зеленого к белому цвету.

— Нормально. На бал пошла.

— А мы гуляем, — порадовало меня привидение. — Смотрю знакомое лицо. Думаю, дай зайду поздороваюсь, — добавило оно.

Джи во все глаза, как и остальные смотрели на привидения. Не пойму с чего бы это? У них, что ни у кого не водятся дома привидения.

Второй министр принял руководящее решение и утвердился в нем. Привидения во дворце перестали жить уже лет сорок как тому назад. Они сюда даже не заглядывали. А это явилось к странной невоспитанной девице. Второй министр уже стал обдумывать, что подарит королю и его невесте на свадьбу. В этой зале для избранных идиотов не было. Два десятки голов посетили одинаковые мысли.

— Спасибо, — я надеялась, что разговор сейчас закончится. — Заходите еще. Я здесь дней на пять, а там домой.

— А мы в курсе, — привидение мило скорчило рожицу и улетело.

Опять эта гнетущая тишина, сломить которую удалось королю Мечиславу. Он появился в зале, что вызвало необычное возбуждение.

Джи поволок меня от короля подальше. Я ощутила себя тряпичной куклой, которую все таскают туда-сюда.

— Скорее, — потребовал и зашипел Джи.

— Что? — я растерялась еще больше.

— Улыбнись всем и пошли отсюда, — Джи давал мне указания шепотом.

Я старательно исполнила.

Джи на такой скорости протащил меня мимо присутствующих и пришедшего короля, ветер засвистел.

— Привет, папа! Пока, папа! — радостно провозгласил Джи.

— Ага! — я постралась сказать что-то умное, но по местному то я ругнулась.

Мечислав имел хорошую выдержку, как столетний коньяк. Он ласково улыбнулся, но брови поползли вверх.

Король порядком подустал от речи и двух первых обязательных танцев. Ему надо передохнуть и пообщаться с послами и вторым министром. Мечислав видел, как его сын привел в залу для избранных какую-то девицу. Но то, что проделал сын, как только Мечислав вошел, было выше всякой критики. Джи никогда раньше не поступал так некрасиво. Девица тоже хороша, поругалась, вместо приветствия. И что здесь происходит. Тишина странная.

— Ваше величество, — подплыл придворный лекарь. — Позвольте Вас поздравить.

Мечислав слегка опешил. Сегодня он как-то не ожидал поздравлений, а уж тем более от этого меланхолика лекаря.

— Поздравляйте! — Мечислав всегда считал, что лучше придворным разрешать их придури, если это не вредит лично ему, бюджету и репутации королевства.

— Поздравляю Вас! — выдохнул придворный лекарь.

С чем именно осталось для короля загадкой. Спросить он хотел, но не успел. С поздравлениями подплыл и второй министр, затем еще пару человек, а потом появился придворный маг.

— Сколько можно здесь прохлаждаться! — заворчал маг. — Народу скучно. Надо его развлекать и самим развлекаться. Сколько денег угрохали, а они здесь стоят, скучают. Не по рангу вам скучать!

Мечислав грозно сверкнул очами. Из залы испарились все, кроме придворного мага.

— Так, что происходит? — потребовал ответа Мечислав.

— А кто его знает? — в свою очередь придворный маг пожал плечами. — Меня больше интересует, что происходит с балансом. Почему наш придворный казначей юлит?

Мечислав переключился на хозяйственные вопросы.

— А что ты такое чувствуешь? Проверил бы его?

— А не могу! Сам такой закон подписал! — рыкнул придворный маг. — У него же должность. Я не имею право проверять короля и казначея.

— Это не я! — Мечислав не хотел, чтобы на него наседали за дурацкие решения отца. — Тогда мать была казначеем.

— Отмени закон, — потребовал придворный маг. — Или сам разбирайся со своими деньгами.

— А я тебе велю ревизию провести! — погрозился король.

— А я и проведу, — придворный маг придумал новое заклинание, которое хотел опробовать. — Монетки сами сосчитаются.

— Ну, уж нет! — Мечислав еще помнил предыдущий эксперимент придворного мага. Тогда сами пересчитывались бокалы (маг решил первым попробовать на бокалах, а не на монетах). Ни одного целого не осталось. Маг чуть не додумал, бокалы пересчитывались и прыгали в на пол в мешки. — Что с моим сыном?

— А я откуда знаю, — маг пожал плечами. — Ты отец? Вот и разбирайся сам. И еще…

— Что? — Мечислав с тоской посмотрел на арку, пора было возвращаться к гостям.

— А чего это ты торжественно не объявляешь, что женится надумал? — маг решил спросить после того, как король запретил даже думать о проверке новых заклинаний по самопересчету.

— Я? — Мечислав пришел в хаотический ужас.

— Хочешь я сам, — маг прекрасно понял, что имел в виду король, но предложил из чистого ехидства.

— Нет! Кто такие сплетни распускает? — головная боль короля усилилась.