Ольга Табоякова - Добро пожаловать!

Так вот, я всегда была довольна своей жизнью. Главное прожить ее хорошо, достойно и смело.

Я разделила с Жекой свою жизнь. Такие вещи можно делать для любимых.

А я не скажу, что я люблю Жеку.

А вот он меня любит.

Я почувствовала это, как только заполучила часть его души в обмен на свою.

В том, что я получила от него есть огромная любовь ко мне.

А больше я не знаю, что сказать.

Было бы малодушно притворятся, что это меня не тревожит. Очень тревожит. Возможно, раньше я и понимала это, но проходила мимо. Этот тип из другого мира мне не очень-то и подходит. Скажем, он не тот о ком можно мечтать. А вот сейчас его любовь живет во мне и бередит мое сердце. Я все время об этом помню и чувствую.

Спрашивая сама себя, как я отношусь к нему, я не знаю ответа.

Я и сама не знаю, как отношусь к Жеке.

Точно, что это не благодарность. Вот этого нет. И это меня удивляет.

А что-то есть другое, но я не знаю что".

После прочтения этого признания я решил, что лучше бы я тогда умер. Я знаю, что я возроптал, но сейчас мне так хотелось. Обсуждать что-либо я не мог, и был благодарен наставнику за внутреннее молчание.

"Вот как скупо вышло написать то, ради чего собственно я и начала эти записи. Я-то думала, что здесь будет целая книга, а это несколько абзацев.

Я долго не уезжала, думала, что он не выживет. Насколько мне известно, в этом случае надо ждать выживет ли человек самостоятельно. Вмешиваться нельзя, иначе у него не будет шансов совсем.

Он выжил.

Я заходила один раз к нему, но так ничего сказать и не смогла.

А еще меня сильно, очень сильно тревожит, что он может посмотреть в меня, в мое сердце, в мысли и надежды. Никогда ни с кем этим не делилась. Конечно, делилась с сестрой, но не всем и не всегда. А здесь никаких преград.

Но, что удивительно, Жека выздоровел и ничего не помнил. Он похоже не почувствовал, что стал еще более особенным. Это меня еще больше напугало. Выходит, что отдала нечто пустое. Я пустая, если он меня не почувствовал внутри себя?"

Я молчал минут десять. Попробуйте молчать и не думать. Это, наверное, можно назвать оглушенностью. Вот мне по мозгам будто дубиной треснули. Все отшибли, а в сердце замораживающий укол. Там оставалось дочитать еще лист. Я попробовал, но буквы воспринял лишь с третьего раза.

"Когда я ЭТО поняла, то осознала, что не могу рядом с ним. Как я ему посмотрю в глаза".

Да, что же это такое? Я опять ничего не понимаю в ней. Почему она стесняется мне смотреть в глаза???

"Молод еще", - фыркнул учитель. - "Читай дальше".

"Спасибо наставнику Алексу. Он рассказал, как можно разобраться в себе, дал бумагу, посоветовал написать, а потом сжечь".

Мне сейчас стало ясно про Алекса многое. Он не мог не знать, что бумага не горит. Значит, хотел мне помочь. Спасибо тебе, Алекс. Я подумал это мысленно, а потом решил, что обязательно скажу ему вслух. Хотя дел он натворил немало. Я вообще плохо понимаю, что со мной происходит. Так недавно еще я узнал про разные миры, ловил незадачливых контрабандистов, думал о мировом прогрессе, а потом занимался вербовкой, а сейчас вот только об Амели и думаю.

"Мир сузился до одного человека", - подсказала Великий Воин Гада. - "Это нормально, но пока ты не решишь эту ситуацию, то нифига не сможешь думать о мировых проблемах".

"Это всегда так?", - я имел в виду про одного человека и мировые проблемы. - "Я читал, что супермены спокойно спасают мир и еще своих девушек".

"Ты супермен?", - наставник был знаком с этим понятием. Его чрезвычайно веселили наши супергерои. Особенно ему нравились черепашки-ниндзя. Он долго смеялся над тем, как замучили драконов в нашем мире. А я сколько не смотрел не мог вникнуть в причину его смеха. За это мне грозил курс чтения в фаганской библиотеки. Я должен знать какие-то там легенды и сказания. Легенды и сказания это в подобном виде публикуются все исторические факты. Оказалось, что у них (в смысле в других мирах) есть люди, которые записывают все более или менее значимые факты, а потом специальная комиссия оценивает насколько ярко и правильно это все записано. Затем они выбирают до пяти пересказов и делают их официальными, а уже пересказы толкуют толкователи истории. Они делают сногсшибательные выводы, воплощая их в трактатах, научных трудах и легендах, а также песнях. Вот такая у них история. Но пока наставник решил чуть отложить мое обучение в плане литературной и исторической подкованности.

Я подумал и отрицательно покачал головой.

"Это в ваших книжках пишут, что можно спасать весь мир и походя найти любовь. Поверь мне, ученик, что любовь это тебе не "тралли-валли". Это не та красивая обложка, которой пользуются в твоем мире. Ты уж выбери, чего хочешь?".

На любой подобный вопрос у меня был и есть один ответ. Амели.

"Так вот и не выпендривайся, иди и решай свои проблемы, а мир подождет".

"И вот я дописываю. Мне самое главное решить, что делать дальше. Я чувствую, что потеряла себя. Это можно было понять и до того, как я стала записывать свои мысли. Но сейчас я это осознаю четко.

А чтобы найти себя надо приложить усилия. Знать бы еще, где искать".

Вот сейчас мне стало неудобно, потому что я стал причиной ее проблем.

"Я бы осталась здесь. Я очень хочу учиться. Но я не хочу быть здесь".

Она написала "здесь", но я понял "что рядом с ним, то есть со мной". Ох, как больно-то, выворачивает наизнанку.

"А что ты хотел? А с другой стороны, я бы посоветовал тебе, ученик, не домысливать за других. Никогда не домысливать. Она написала "здесь", значит, здесь. Ты можешь не понимать, что она хотела сказать. А ты уже все перевел на себя. Прав был ваш Фрейд, что каждый себя считает центром мира. Это не так, поверь мне. Вы и фильмы-то снимаете дурацкие про заговоры против одного человека, потому как мните себя пупами миров", - здесь он был уже в диком раздражении и знал почему. Эту ошибку, воспринимать все на свой счет, учитель выявил еще в самом начале, но отучить меня так и не смог. По философии и установкам магов-воинов (но может я поэтому и не воин), надо жить в гармонии с миром, воспринимая свою маленькую роль в этой гармонии. У меня это никак не получалось. Я и сам это знаю. Пока тут писал о себе, то случайно попались на глаза листы с самым началом моих записей. Что я могу сказать? Я - пуп миров.

"ЧИТАЙ", - разъярился наставник.

"Что мне делать? Вот извечный вопрос, которым я задалась впервые в своей жизни. Раньше никогда бы не подумала, что это будет меня касаться. Я всегда знала, как мне жить.

В прошлый вечер я говорила с Доном Де Сорео. Мы сидели в его комнате. Там так много интересного. Он рассказал, что выпускников дожидается множество загадок, которые надо разгадать. Как правило, ученики раскапывают что-то необычное и загадочное. Все это является один из экзаменов на профессиональную пригодность. Надо найти настоящую тайну".