Eugene - Гимн неудачников

Она произнесла это так буднично, что я не сразу понял, о чем речь.

Эй, почему вы не хотите слушать о призраках? Они хорошие…

Беда ухмыльнулся:

— Ты так заботлива.

— А вот не надо было нас бросать, — укорила Свет, поправляя выбившиеся из прически пряди. — Нехорошо.

Что-то загрохотало; колдунья вздрогнула и выронила зеркальце.

— Шеф, там какой-то пришлый в дверь долбится, — в комнату, отогнув циновку, заглянул колдун-охранник. Удары стали чаще; незваный гость пинал чужую дверь от души и с явными намерениями открыть ее самостоятельно, не утруждая хозяев ненужной работой.

Кого-то мне напоминала эта манера…

— Кара, тебе дверку не жалко? А то открой, — в голосе Беды звучало нехорошее веселье.

— Пускай долбится, — отмахнулся Кара. — Дверь из ниморского хранилища. Я сам ее полдня из стены выламывал.

Дверной маньяк. Главарь обошел стол и встал напротив мага, наклонив голову к плечу.

— Скажи мне, Беда: стоило оно того?

Беда откинул голову назад и прикрыл глаза.

— Да пошел ты, Кара. Я все сказал в прошлый раз. С тобой бесполезно разговаривать.

— На что ты надеешься? — колдун полностью подтвердил слова Беды. Он их попросту не заметил. — Ты и вправду думаешь, что-то кто-то рискнет жизнью ради тебя?

— Рискнет жизнью ради меня? Кара, а ты точно черный маг? Такой бред несешь иногда…

Последние слова заглушил грохот. Кара оказался прав: прочная ниморская дверь выстояла. Рухнула стена.

А дверь потом.

По комнате пронесся порыв ветра, циновка осыпалась на пол с сухим шелестом, и во вражеское логово ворвался поток сумеречного болотного света и самый лучший колдун в мире, Черная Смерть. Я никогда не был так рад его видеть. Хм, а был ли я когда-нибудь вообще рад его видеть?

— Беда. Какого хрена, — с порога прошипел он. Местные порядки задели и его: в волосы колдуна кто-то вплел разнообразный мусор, а на шею повесил забавную гирлянду, в которой колючек было куда больше, чем маленьких лиловых цветочков. — Ты собираешься сдохнуть?! На это раз тебе никуда не деться!

Какая забота… Что? Э-э, что он имел в виду?

В глазах колдуна полыхала ярость. Обои на стенах лопались и сворачивались, словно от сильного жара; слышно было, как под ними трещат доски.

Кара нахмурился и резко шагнул визитеру навстречу.

— Ты кто такой?

Смерть его даже не заметил.

Беда печально вздохнул:

— Меня собираются. Понимаешь, так бывает, жизнь заставляет корректировать планы…

— Эй, ты, — повысил голос главарь. — Убирайся отсюда!

Смерть молча сорвал с шеи гирлянду и швырнул на стол. Маги едва успели шарахнуться в стороны…

— Жизнь тебе не поможет. И это чучело тоже! — рявкнул Черная Смерть, держа Беду за воротник свитера. Стул и оковы рассыпались в пыль; маг улыбался, кивал и что-то отвечал, но не так громко. Оглушенный взрывом, я его не слышал.

Главарь пропустил оскорбление мимо ушей: Кара ошарашенно смотрел непонятные растения с металлическим отблеском, колосящиеся на месте стола. Из-за его спины с опаской выглядывала Свет. Черные маги выглядели слегка пришибленно: их еще никогда не пытались убить щепками.

Остатки мебели устилали пол, торчали из стен, торчали бы из меня, но я заранее не ожидал ничего хорошего от вещей, принадлежавших колдунам. Интересно, а Смерть не боялся, что гирлянда сработает случайно и оторвет ему голову?

Смерть мрачно что-то прошипел и оттолкнул Беду. Блуждающий взгляд наткнулся на меня, и колдун болезненно скривился:

— А ты что здесь забыл?!

Я прекратил выковыривать из рукава длиннющую щепку и молча ткнул пальцем в Кару. Один жест — вместо тысячи слов!

— Кара, это Черная Смерть. Черная Смерть, это Кара Небес, — в наступившей тишине радостно представил колдунов Беда.

— Мне плевать, как его зовут! — как всегда вежливо ответил Смерть. Теперь он смотрел только на карту, которую Кара все еще продолжал сжимать в руках. Смотрел так, будто… будто… будто кто-то извращенно и с особым цинизмом, даже не помыв руки, лапал его вещь. — Это. Мое.

Металлические колючки, дальняя родня дрели и гранаты, доросли до потолка и вгрызлись в него так, что только стружка полетела. Домик отчетливо перекособочился на одну сторону.

Садистично ухмыляясь, Кара разгладил листок, медленно согнул его несколько раз и спрятал в карман.

— Это моя карта, — любезно поправил он.

Иногда мне кажется, что магия — это не дар свыше, а опасная патология.

— Ненадолго, — едва слышно пообещал Смерть.

Ответ главаря заглушил громкий треск, раздавшийся сверху. Все, кроме Смерти, вздрогнули и напряженно уставились в потолок: оттуда сыпалась мелкая пыль, и, вроде бы, доски по центру отчетливо прогибались.

— Выйдем-ка, — предложил Кара Черной Смерти, щелкнул пальцами и коротко приказал заглянувшим в пролом подручным: — Этих с нами.

На улице все так же стоял зеленоватый полумрак. Прошло совсем немного времени, а о том, что Кара Небес сцепился с приезжим, уже знал весь город. Знал, и одобрял всей жаждущей крови и зрелищ душой.

Ближе всех на перилах сидела Колючка, радостно помахавшая Черной Смерти. Сразу стало понятно, кто подарил ему гирлянду — рыжеволосая колдунья комкала в руках такую же, нервно общипывая лиловые цветочки. За бывшей друидкой группками толпились горожане; колдуны изо всех сил любовались особо прекрасной именно в этом месте ряской и искоса поглядывали на соседей, явно пришедших с тайным умыслом — чего доброго, на чужие беды поглазеть собрались, негодяи.

— Стой здесь, — приказал мне багряно-зеленый маг. На плечо легла тяжелая ладонь и слегка сдавила. Я чуть не взвыл.

Вот уж на ряску поглядеть нельзя. Всем можно, а мне нет.

Охранник был выше меня на голову, куда шире в плечах, много сильнее и твердо уверен в себе. Ну не могут нулевики так сильно вымахать, физически не могут. Впрочем, все подручные Кары по сравнению с тем же Бедой или Смертью выглядели довольно откормленными.

Под ряской что-то зашевелилось, плеснула вода, на поверхность всплыл ком из хищно шевелящихся металлических щупалец с лиловыми цветочками, и я сразу пожалел, что охранник всего один, и тот раззява.

Беду держали сразу двое, с таким видом, будто маг вот-вот растает в воздухе. Рядышком, прямо на мостике, сидел колдун, сообщивший главарю о приходе Смерти, но ему ни до чего не было дела. Бедняга плохо понимал кто он, где он и зачем он здесь.

В начальственные разборки багряно-зеленые привычно не лезли.

— Так это еще один искатель? И ты, Беда, решил, что союз с ним более выгоден? — лениво процедил Кара Небес, меряя противника холодным взглядом. Он выглядел так, словно наконец полностью разобрался в происходящем и вместе с высокомерием вернул себе порушенное душевное равновесие. — Плохой выбор.