Елена Лобанова - Реализация

- Цыц! - Проорал уже бурчащий животом Талик: демон традиционно объединился с оборотнем и давил мага. - Пока едем через лес! Я сказал!

И сказал вслух, чем опять некстати взбодрил остроухого конвоира.

На самом деле, лес и комары Талику порядком надоели. Орки... Орки могли бы и не быть такой уж страшной проблемой. Что у него красть? Меч уполовиненный, косуху и штаны графа Толстого? Да он сам отдал бы, а потом еще и сказочку им предложил послушать... на ночь. Но Наль с Баськой пока никуда не делись. Эльф с него глаз не спускал, и этот взгляд Талик чувствовал и лопатками и всеми магическими перепонками на крыльях.

Пешие хоббиты, которых писатель Золотов к середине дня перекрестил в пешехоббитов, страшно тормозили продвижение. Вместо бодрой рыси по хорошей дороге приходилось тащиться со средней "пешехоббитской" скоростью. Да еще к полудню зарядил дождь, мелкий и противный, и продлился до вечера. Дорога почти сразу превратилась в непролазную грязь, из которой и лошади-то выволакивали ноги с трудом. А уж хоббиты и вовсе вязли, облепленные по ногам комьями глины.

Ощущать, как по крыльям текут холодные ручейки, пробираясь, - ну, кто бы мог подумать! - в штаны, как с поникшего ирокеза капает на нос, а струйки по рогам затекают прямо в уши, оказалось более отвратительно, чем оказаться простым человеком под дождём и без зонтика. Попытки расправить крылья и сомкнуть их над головой привели к двум самопроизвольным вылетам из седла. Один раз Талик просто приземлился в грязь, второй раз чуть не пришиб ногой правого хоббита. Еще оказалось, что овёс на исходе, лошадь - не велосипед, её надо кормить. Талик вздрогнул. Его конь точно нуждался в усиленном питании. А то или хоббита схрумкает или седока за ногу куснёт...

Перспектива ночёвки в очень мокром и очень неприветливом лесу Виталия не прельщала, а безобразное средневековье стало возмущать. Неужели это он, писатель Золотов, жаловался на дороги со щербатым асфальтом и поминал нецензурным словом каждую колдобину? Это он обзывал родную девятку ведром с гайками и проклинал российский автопром!? И соглашался, что есть две беды: дураки и дороги? Да не может быть! Дороги могут быть бедой, когда они есть. А здесь, в этом проклятом Мутном месте, они исчезали из-за какого-то дождя! Дураки... О дураках как-то несерьезно рассуждать тем, кто не видел повторно-реализованных попаданцев-хоббитов. А кто не жил под надзором и не гулял под конвоем, тот ничего не смыслил в третьей беде... Но даже грядущие "особые распоряжения" насчёт его судьбы отошли на второй план - так хотелось оказаться в сухом и тёплом месте.

Поинтересовавшись у Силя, где тут ближайшее селение, Талик внёс предложение:

- А давайте на повороте остановимся и посадим хоббитов на лошадей? Я могу взять одного. А кто-нибудь возьмёт в седло второго. Тогда мы успеем до ночи найти какой-нибудь сельский трактир, отмыться и высушиться...

Оказалось, что ни эльф, ни гном, ни даже Силь, не желали брать в седло мокрого и грязного хоббита. Упоминать такое простое объяснение как "грязный и мокрый", все трое избегали и изобретали аргументы так же бойко, как сущности Талика во время внутренних разборок. Силь боялся полоумных: "А вдруг он ко мне приставать начнёт? Слабоумные умеют только есть и размножаться!" Эльф занудно напомнил: "Не по инструкции". Сердобольный Баська полагал, что по отношению к пострадавшим попаданам инструкцию нарушить можно и даже нужно, но его "Боливар не вынесет двоих". Жертвой их бессердечия пала кобыла Силь.

Запихнуть двух полнорослых хоббитов в одно седло оказалось делом не менее трудным, чем реализовать их обратно "по щучьему велению, по моему хотению".

- Двое из ларца, полоумные с лица! - Комментировал Бутончик, пока Талик пытался обвязать хоббиту ногу веревкой. Хоббит хихикал и дрыгал конечностью.

- А пусть наш магуй энергуйский приклеит его к кобыле, чтобы не сползал. - Поддерживал вампира Витольд. - Он что-там заявлял про ледяные стрелы. Вот и приморозил бы. Давай, Бормотун! Есть мокрое седло и мокрая хоббитячья задница. Плюсуй по-быстрому!

- Да замолкните, вы, наконец! - Мысленно стонал Талик, завязывая веревку под брюхом кобылы.

Кобыла рвалась и дёргалась, несмотря на то, что с двух сторон её держали под уздцы Силь и Баська. И Талик кобылку очень даже понимал: вампиро-демон, царапающий брюхо крыльями, это - страшно. Даже оборотень, который прекрасно чувствовал настроение животного, подтвердил, что на привязке второго хоббита кобылка упадет в обморок. Прямо на их многострадальное тело и упадет. Но непривязанные хоббиты из седла или вываливались или самовольно сползали на горячо любимую землю.

- Силь! - Взмолился Талик вслух. - Привяжи второго, будь другом, а? Лошадь сейчас сбесится!

Кавайный всё-таки сжалился. Поморщился, но под кобылу полез. Вылез весь в глине и стал выглядеть несчастнее хоббитов.

- Сказка о попе и работнике его Балде. - Мысленно буркнул Витольд и процитировал: - "Что ж ты бес под кобылу полез?"

Длинноухий Силь и впрямь мог сойти за бесенка. Талик взял произведение на заметку. Пушкина, конечно, не очень пересочинишь, но из "Балды" и "Царя Салтана" он еще с младших классов помнил предостаточно:

- Ест за четверых,

Работает за семерых;

До светла все у него пляшет,

Лошадь запряжет, полосу вспашет... Дельное сочинение. А любовь и приключения возьмём из "Салтана". - Сообщил Талик план следующего выступления. - Но сочинять придётся заранее. А то реализуем непонятно что, и мучайся потом как с этими хоббитами!

- Три эльфийки под окном пряли поздно вечерком! - тут же начал Витольд.

Демон поддержал его, оставив право разбираться с диалогом остроухих девиц писателю Золотову:

- Только вымолвить успела,

Дверь тихонько заскрипела,

И в светлицу входит к ним

Грозный Тёмный Властелин.

Во все время разговора

Он стоял позадь забора... М-да... Несолидно как-то. Властелин, а шастает по задворкам.

- Замечательно! - Встрял маг. - Очень подходящее произведение! Вот, послушайте, как дальше удачно складывается:

В те поры война была.

Властелин с женой простяся,

На добра коня садяся,

Ей наказывал себя

Поберечь его любя.

Между тем как он далеко

Бьётся мощно и жестоко,

Подступает срок родин.

Сына Бог им дал в аршин!

- Какой Бог может дать сына Тёмному Властелину? - Логично возразил писатель Золотов.

- Ха! - Раздухарился маг. - Понятно какой! Вы чем слушаете? В аршин! Это ж треть сажени! Больше метра!

- Точно больше метра?! - Удивился Талик.

- Конечно! - Гордился своими познаниями маг.* - Вы представляете себе эти "родины"? Бог Тьмы и дал! Другой бы пожалел несчастную.