Валерий Воскобойников - Война Владигора

На страже сидели трое разбойников. Один, перебирая струну пальцами, негромко пел что-то заунывное, двое других играли в кости. Купцы спали, к счастью, с краю. Когда Владигор подобрался к ним и тронул каждого за плечо, они мгновенно встрепенулись, словно давно его поджидали. Едва князь разрезал на них путы, они ловко поползли за ним следом.

Лиходей ждал за барханом. И теперь им надо было решать, как быть дальше.

— Спрятаться в мертвом городе, — предложили купцы. — Это место любой разбойник обходит. А мы уже там отсиживались. Иначе утром по следам нас найдут быстро.

— Не для того я вас выручал, чтобы прятаться. Думайте, как других спасать, — ответил князь. — Пусть каждый выберет себе по сторожу, а со спящими мы управимся быстро.

— Назад?! — с ужасом переспросили они.

И Владигор понял, что назад они не пойдут. А когда спросил про планы главного из разбойников, так похожего лицом на молодого правителя, то узнал, что главный решил стоять у колодцев и ждать выкупа. Он приходился правителю двоюродным братом и уже давно занимался разбойничьим промыслом.

— Он так и пообещал, — рассказывали купцы, — «Пришлют выкуп — получишь престол власти, не пришлют — догонишь отца».

«Хороша семейка!» — подумал князь.

Все же купцы согласились помочь и предложили свой план: Владигор снова проберется в гущу спящих людей и приготовится прыгнуть на дозорных. А купцы, не показываясь из темноты, станут подбрасывать камушки, изображать негромкие шорохи. Кто-нибудь из дозорных обязательно пойдет посмотреть на шелест. Тут-то они его и придушат тихонько. А уж с двумя другими Владигору справиться легче.

План князю не очень понравился, но другого все равно не было, и пришлось согласиться.

Сначала все шло так, как они и договорились. Князь незаметно прополз в гущу людей. А когда один из дозорных, видимо почуяв что-то, неожиданно оторвался от игры в кости и поднял голову, притворился спящим. Издали его было не разглядеть, и дозорный успокоился.

Купцы в темноте стали то постукивать камнем о камень, то подбрасывать их так, что камни шлепались о песок.

Первым начал оглядываться дозорный, который играл на струне.

— Духи пустыни! — сказал он испуганно. — Это они по ночам выходят из мертвого города и бродят по караванным путям. Говорил, надо было дальше устроить засаду!

— Наслушался бабьих сказок! — рассмеялся один из игроков. — Это суслики спариваются.

— А кто же тогда стучит челюстями? Слышите? — не унимался «музыкант».

Владигор напряженно следил: кто же из них поднимется и пойдет на шум. Пошли оба игрока в кости. Это для купцов было неожиданностью. Там, в темноте, раздался шум возни, а потом один из игроков громко крикнул:

— Тревога! Я тебе побегу! Стой, говорят, на месте!

Владигор вскочил, чтобы броситься на «музыканта». У него еще было несколько мгновений, которые могли решить многое. Но, уже делая первый шаг, он споткнулся. Тут же кто-то схватил его за ногу.

От истошного крика дозорных разбойники вскакивали один за другим. Владигору удалось выскочить из освещенного круга и добежать до Лиходея.

Купцов уже волокли обратно к тлеющему костру, а когда Владигор, вскочив в седло, с места послал коня вперед, раздались крики:

— Верхового лови! Верхового!

Однако за ним никто не погнался. Все же он решил воспользоваться советом одного из купцов и спрятаться в мертвом городе.

Младенцу понятно, что теперь разбойники усилят стражу и подобраться к ним в темноте станет труднее.

И тогда, нащупав шкатулку с чужими сокровищами, он решил молодого правителя выкупить.

Солнце беспощадно палило в лицо. Оно не было таким уж и ярким, но оставалось жгучим. Князь стоял рядом с колодцем, прикрученный к тому самому столбу, к которому обыкновенно привязывают верблюдов.

Главарь разбойников с лицом молодого правителя страны пил рядом из кувшина прохладную воду. Он пил ее небольшими глотками, наслаждаясь, а потом поднес кувшин почти к самым губам Владигора. Но так, чтобы тот не мог выпить ни капли.

— Скажи, где другие сокровища, а? Слышишь, скажи?! — повторял он раз за разом.

А князь Владигор всякий раз отвечал одно и то же:

— Других не было. Есть только эти.

— Покажешь другие — дам пить, есть, красивых женщин приведу, лучшую добычу стану давать.

Совсем недавно князь уже стоял у столба в ошейнике. Только там вместо жарких песков кругом лежали снега. И был человек квадратных размеров по имени Кеулькут. А потом Великий Эльга. Здесь, пожалуй, не было никого из тех, кто мог бы помочь ему. Лишь молодой правитель подавал иногда голос из клетки.

— Где твоя совесть?! — выкрикивал он, просунув лицо между деревянных прутьев. — Отпусти немедленно этого человека и меня вместе с ним. Или он не отдал тебе сокровища? Я спрашиваю, он отдал тебе сокровища? Тогда где же твоя совесть? Или наши отцы — не братья? Или не ты мне — двоюродный брат? Подумай, державе грозит погибель!

— Еще крикнешь, не дам воды! — отвечал двоюродный брат. — Ну, вспомнил? — поворачивался он снова к Владигору. — Скажи, где прячешь сокровища?

Однажды, еще в то время, когда Владигор мальчишкой скитался по Заморочному лесу, он наткнулся на разбойников. Он прожил у них тогда больше полугода. И как же это он забыл о том, что нельзя им доверять, что они уважают лишь силу. Он, чужак на этой земле, заявился со шкатулкой сокровищ, на которые можно было купить целый город.

Князь въехал в их становище не таясь, сошел с Лиходея и прямо направился к главарю.

— Хочу выкупить у тебя этого человека, — показал он на правителя в клетке.

— Твоих денег не хватит, путник, — засмеялся главарь.

А другие разбойники стали незаметно окружать пришельца. Так, чтобы, если будет команда, захватить его, как захватывали уже многих.

— Назови цену, — предложил Владигор, — и может быть, мы сторгуемся. Кое-что у меня есть.

— Так дела не ведут, — засмеялся главарь. — Мой товар выставлен напоказ, а про твой лишь говорит хвастливый язык.

— Хорошо, я покажу то, что хочу предложить тебе в обмен за этого человека. Но ты поклянись тем, что для тебя свято, что, взяв выкуп, отпустишь нас обоих. А если тебе не подойдет моя плата, то ты ничем не повредишь мне.

Как же князь не подумал, что с этого мгновения он уже был во власти главаря!

— Клянусь, — сказал главарь со смехом. — Клянусь этой землей и собственным именем!

Владигор сходил за бархан, где среди небогатой поклажи хранил драгоценную шкатулку. Он принес ее, завернутую в тряпицу, и видел, как главарь нахмурился, решив, что над ним глупо шутят.