Иар Эльтеррус - Пробуждение

По последним данным, столицы провинций центра восточной части страны, за исключением Нарита, еще держались, бунтовщики так и не смогли взять их, хотя прилагали для этого неимоверные усилия. На юг они тоже не прорвались, там было достаточно войск, оставшихся верными короне. Однако север был полностью в их руках. Что ж, ничего удивительного — аристократы бывшего Дора с момента захвата их страны Игмалионом грезили о восстановлении независимости. Но ладно они, а почему восстал центр? С какой стати даже армейские подразделения Наритской провинции присоединились к бунтовщикам? Им-то чего не хватало?

Герцог не мог найти ответов на эти вопросы и пребывал в растерянности. Бунт начался совершенно неожиданно для него, пришлось бежать из собственного дворца, прорываясь через ряды тех, кто еще вчера низко кланялся и льстил владыке провинции. Казалось, люди внезапно сошли с ума и погрузились в кровавое безумие. Начавшаяся вакханалия насилия потрясла старика до глубины души. То, что творили отряды бунтовщиков, не укладывалось в голове! Зачем поголовно вырезать целые селения? Кому понадобилось проливать столько крови?!

Никогда герцог не думал, что увидит подобное — да, он воевал в прошлом, но никогда ни одна война не достигала такого ожесточения. И главное, что большинство бунтовщиков ничего не хотело. Они просто разрушали все и вся, убивали всех, до кого могли дотянуться, превратившись в зверье похуже диких зорхайнов. Причем многих Вирет знал раньше — вполне вменяемые люди, многие даже откровенно добрые. Взять хотя Торка Лирнера, бывшего купца — он на свои средства создал сиротский приют, в котором детям жилось очень даже неплохо. По крайней мере, никто не голодал. А потом? Купец сошел с ума и лично перерезал своих питомцев, причем очень жестоко, подвергая несчастных перед смертью страшным пыткам… И подобных ему было множество. Герцог вспомнил свой ужас после увиденного в приюте и вздрогнул. А это было только начало…

С восьмьюдесятью выжившими бойцами из личной гвардии он покинул залитую кровью столицу провинции и начал пробираться к перешейку, где, по слухам, стояли войска принца, отбивающие штурм за штурмом. Но прорваться туда не удалось — на герцога открыли настоящую охоту, целенаправленную охоту. И он знал почему — главным бунтовщикам, дорцам, необходимо было магическое оружие из арсенала, расположение которого знал только он. Хорошо, что не доверял даже магам-исследователям, разработавшим это оружие, и спрятал его так, что никто не сумеет найти. В столице провинции уже лет двадцать как располагалась исследовательская оружейная лаборатория Антрайна. Король полностью доверял своему тестю, вот и приказал в свое время ректору перенести эту лабораторию из столицы в предместья Нарита. Результаты исследований оказались весьма хороши — подобного оружия еще ни у кого не бывало. Герцог оказался настолько впечатлен испытаниями, что распорядился создать тайный арсенал, о котором не знал никто, кроме него самого и двух уже погибших доверенных людей, а затем со всеми мерами предосторожности переправлял туда все новые образцы. Сейчас Вирет сильно сожалел, что не вооружил магожезлами своих гвардейцев — тогда бы им мало кто мог противостоять. Об орудиях вообще говорить не стоило — их бы принцу, насколько легче ему было бы обороняться…

Обидно, что в случае его гибели, это чудесное оружие никому не достанется, ведь ни король, ни принц не знают, где находится арсенал. Старик снова незаметно вздохнул — переосторожничал, сам виноват. А теперь осталось только погибнуть с честью. Он сложил руки перед лицом и помолился Троим, прося принять его душу и не судить ее слишком строго. Всегда ведь руководствовался долгом, никогда и никого не предавал.

Отряд герцога преследовали очень плотно, не давая ни минуты покоя. Иногда удавалось ненадолго оторваться и передохнуть, но вскоре их снова находили, явно при помощи магов, и атаковали, не жалея собственных жизней. Причем часто среди врагов были люди, в чьей верности Вирет раньше был полностью уверен. Почему же они предали? И почему гвардейцы остались верными? Он не имел понятия, что всему виной амулеты ментальной защиты, которые были у гвардейцев, и которых не было у остальных. Но постепенно отряд уменьшался — воины гибли, а заменить их оказалось некем. Несколько дней назад их грамотно зажали недалеко от западного побережья. Вырвались из ловушки всего двенадцать человек, в том числе и несколько раз легко раненый старый герцог. Тогда-то он и вспомнил про эту крохотную, но очень хорошо укрепленную крепость, почти полностью скрывавшуюся в огромной прибрежной скале — атаковать ее могли только с одной стороны, да и то пригодный для атаки участок был очень мал, не более тридцати локтей в ширину. Скала с одной стороны обрывалась прямо в море, а с других была отвесной, не взберешься. Может и есть горные егеря способные на такое, но Вирет надеялся, что среди атакующих их нет — все же это элитные войска, а они, по слухам, не предали, остались верными королю, да и квартировали на крайнем западе и юго-западе страны. Как ни странно, ворота крепости оказались распахнуты настежь, а арсеналы почти полны. Видимо гарнизон поголовно сошел с ума и присоединился к бунтовщикам. Гвардейцы быстро заняли оборону, обрадовавшись огромному запасу стрел и арбалетных болтов.

Вскоре подошел очередной вражеский отряд и начал осаду по всем правилам. При этом, в отличие от многих других, этот отряд вел себя разумно, командовали им явно не безумцы. И, судя по акценту, командиры были родом с Дорского полуострова. А раз так, то ни в коем случае нельзя допустить, чтобы они узнали, где арсенал, иначе легко сомнут войска принца и прорвутся через перешеек в старую часть королевства. Вот тогда-то и начнется «веселье»…

Странно, что враги не идут на новый приступ. Неужто их охладили потери? Как-то не верится, скорее всего что-то замышляют. Их, впрочем, тоже осталось совсем мало, немногим больше полутора десятков, но к ним-то подмога вскоре придет, а вот ему этой подмоги ждать неоткуда. Что ж, видимо пришло время умирать.

— Мой господин! — дотронулся до его плеча Тарен. — Смотрите! Что-то происходит…

Герцог тут же всмотрелся вдаль и насторожился. Новая атака? Непохоже… Однако бунтовщики зашевелились, забегали, командующий ими офицер что-то выкрикнул, несколько человек взяли на изготовку арбалеты, однако выстрелить так и не успели. Из зарослей у берега внезапно выскользнул не слишком большой пятнистый карайн с всадником на спине, несколькими движениями лап расшвырял арбалетчиков, разорвал нескольких и со всех ног припустил к крепости. За каких-то несколько мгновений он добежал до стены и, цепляясь когтями за щели между камнями, быстро взобрался наверх. Всадник плотно прижимался к своему зверю, явно будучи крепко привязан.