Сара Бреннан - Договор с демоном

— Иди ко мне, сынок, — сказал я, высвободил руку и обнял его, притянул к себе. Он охотно лег мне на плечо и угнездился там, чего не делал с самого раннего детства. — Это только начало. Теперь нам нужно как следует подумать, как поступить дальше.

Если демона можно научить человечности, мне придется совершить кое-что очень важное в своей жизни.

Думаю, я начал писать этот дневник из стремления сохранить сына, который возвел стену между мной и собой и никогда не встает на мою сторону. Сына, который не принадлежит мне с четырех лет. Я хотел, чтобы он прочел это после моей смерти, потому что в жизни ужасно его подвел.

Теперь у меня есть план, как ему помочь.

Итак, вчера я прижал Алана к плечу и шепотом поведал свои мысли, в то время как с другого бока посапывал демон».

Мэй закрыла тетрадь.

Ник заглянул к ним в музыкальный зал после занятий, швырнул дневник ей под ноги и подошел к окну, выжидательно сверля ее глазами. Пришлось выполнять обещание. Мэй подобрала тетрадь и открыла, надеясь, что Дэниел Райвз не попытается убить Ника хотя бы на этот раз.

Она не предполагала, что чтение поможет.

Ник больше не маячил в оконном проеме, как страж перед штурмом. Он уселся на подоконник и внимательно следил за рассказом. Прядь волос упала ему на глаза — косой черный штрих, который так и подмывало поправить. Мэй невольно потянулась к нему пальцами, хотя и сидела в другом конце комнаты.

— Он всегда носил меня на руках во время ночных переездов, — произнес Ник. — Отец. Чтобы случайно не… не разбудить.

В его тоне было ноль эмоций — простая констатация факта. Потом он отвернулся, отчего-то стиснув зубы, и Мэй отважилась сменить тему.

— Скажи, что ты знаешь о метках? — спросила она.

Ник резко уставился на нее широко раскрытыми глазами.

— В каком смысле?

Мэй подняла брови.

— Я тут думала о той метке, которая дает Джеральду сверхсилу, о печати колдовского круга и трех метках демонов.

— Их не три, метка одна, — перебил Ник.

Он снова смотрел на нее в упор, прислонившись спиной к стеклу и сложив руки на груди. Казалось бы, в музыкальном зале, который они с Джеми годами использовали как игровую, танцевальную и тусовочную, он должен смотреться не таким чужим, но не тут-то было. Слишком холодно блестели его глаза в свете большой люстры, слишком старой и темной выглядела одежда на фоне светлых стен, и сколько Мэй ни глядела, он казался либо неуместным в ее доме парнем, либо неуместным в целом мире демоном.

И все равно ей хотелось убрать с его лба злополучную прядь.

— Ну, ты знаешь: сначала метка первого яруса — двери, потом второго — треугольник, и третьего — глаз. Я говорила об этом.

— Это все части одной метки, — возразил Ник. — Всего одной. Колдуны ограничивают нас в силе, чтобы мы не могли наложить три яруса сразу, вот и приходится выкручиваться. Зато меня ограничения не касаются. Вот почему Лианнан и Анзу так взбесились. Я мог бы накладывать всю метку на кого захочу и подселять демона в тело.

— Значит, у вас всего одна метка, — повторила Мэй. — А у колдунов, выходит, две. По-моему, Джеральду слабо изобрести совсем новый тип. Скорее всего, он усовершенствовал уже имеющийся. А на что способна колдовская печать?

— Она позволяет им черпать силу из каменного кольца.

— А метка демона позволяет вселяться в человека?

— Не только. Анзу, если помнишь, пометил Алана и Джеми, так? Но вселиться не смог ни в одного.

До Мэй раньше не доходило, что именно Анзу, ручной демон Круга Обсидиана, поставил метку на Джеми. При мысли об этом она изменилась в лице.

— Так каков был его план?

— Завладеть кем-то из них, а второго приберечь на потом. Полная метка демона формирует канал между нашими мирами, и мы получаем возможность вселяться в людей или просто ими управлять. Таким образом, можно получить рабов, а потом использовать их одного за другим в качестве оболочек по мере износа. Мы с Анзу давным-давно применили этот прием в одном пустынном царстве. У нас было соглашение с местным властелином: мы создаем ему армию рабов, а он в обмен семь лет снабжает нас новыми телами.

— Да ну, — хмыкнула Мэй. — Рабы, говоришь? И что было потом?

— Царь не сдержал уговор, — ответил Ник. — Так что мы вызвали пыльную бурю и похоронили его государство под толщей песка. Наверное, оно до сих пор там — мы его хорошо закопали.

— Я хотела узнать, что стало с рабами, — пояснила Мэй невозмутимым, как ей казалось, тоном. Она очень старалась не показать ужаса.

— А, они тоже погибли, — добавил Ник.

«Все тот же равнодушный голос, только глаза смотрят пытливо, будто ждут моей реакции, — пронеслось у Мэй в голове. — Наверное, следует насторожиться».

— Ты мог бы их отпустить.

— Нет, — ответил Ник. — Что пометил — то мое. У колдунов так же: они принимают печать в знак принадлежности к кругу. Когда мы действуем через них, колдовская кровь может смывать наши метки. А еще их можно переносить на других. Чего нельзя — так это получить метку или печать даром, не пожертвовав чем-то взамен. Она покупается очень дорогой ценой.

— Значит, если Джеральд изобрел метку, которая позволяет управлять людьми…

— Это не сделает его сильнее, — подытожил Ник. — У большинства людей нет способностей к магии.

Мэй кивнула. Вот если Джеральд усовершенствовал колдовскую печать, дело другое. Хотя как он мог ее изменить? Пока они это не выяснят, драться с ним будет бессмысленно. Джеральд ухитрился сбить Ника с ног, а теперь его целью был Джеми. Мэй не знала, что делать.

— Как думаешь, ты сумеешь побить Джеральда? — тихо спросила она.

Ник не изменился в лице, но люстра над ним затряслась и зазвенела подвесками, как ветряной колокольчик.

— Наверняка, — ответил он.

Мэй заглянула ему в глаза и попыталась отыскать в них знак подтверждения, чтобы было на что опереться, но нашла только смутные тени.

— Не надо, — вдруг добавил Ник. — Не надо бояться за Джеми. Его они не получат. Он мой друг.

Мэй глубоко вздохнула, и от сердца у нее отлегло. Этому она поверила, хотя и неясно было, когда Ник успел предложить Джеми дружбу. Странно, что она не поверила ему сразу — ведь он всегда говорил, что думает.

Значит, Джеми теперь защищен, если только сам не откажется от защиты.

— Я знаю, — сказала Мэй с улыбкой.

— Этот разговор о метках… Ты ведь неспроста его завела, — произнес Ник и отвернулся.

Мэй не заметила, как встала и пошла к окну, и даже когда спохватилась, продолжила путь, пока не оказалась у самого подоконника. Нику пришлось приложиться затылком к стеклу, чтобы посмотреть на нее.