Майкл Салливан - Заговор против короны

— Куда это вы направляетесь? Въехали сюда как в свой собственный дом! — Алрик откинул капюшон, и привратник выронил и пирожное, и молоко. — П-простите меня, ваше высочество. — Спотыкаясь, он встал по стойке «смирно». — Я и понятия не имел, что вы намеревались посетить нас сегодня. Меня никто не предупреждал. — Он вытер руки и стряхнул крошки с формы. — Остальные члены королевской семьи тоже прибудут?

Не обращая на него внимания, Алрик спокойно миновал ворота и ступил на мост, ведущий в замок. Остальные молча последовали за ним. Оцепеневший привратник растерянно смотрел им вслед.

Внутри, как и снаружи, мало что осталось от славного военного прошлого. Во дворе был разбит прекрасный сад с аккуратно подстриженными кустами и редкими невысокими деревьями. Трава имела ухоженный вид, хотя в преддверии зимы почти вся уже пожелтела. По обеим сторонам открытой галереи полоскались на утреннем ветру яркие, зеленые с золотым, флаги. Под зеленым навесом примостились тележки и повозки, наполненные пустыми корзинами для сбора фруктов. На дне одной из корзин завалялась пара яблок. Возле коровника, где по утрам доили коров, расположилась конюшня. Около каменного колодца глодала кость лохматая черная с белыми пятнами собака. Весело крякая, шли друг за другом, идеально выстроившись вереницей, представители семейства белых уток. Прислуга суетливо сновала туда-сюда, выполняя утренние обязанности: одни таскали воду, другие кололи дрова, ухаживали за скотом, то и дело рискуя наступить на прогуливающихся уток.

В кузнечном сарае мускулистый кузнец стучал молотом по куску раскаленного металла, а рядом, во дворе, двое молодых людей упражнялись в фехтовании на мечах. На голове каждого был шлем. Оба прикрывались маленькими клиновидными щитами. Третий сидел, прислонившись к ступенькам крепости, и записывал мелом счет состязания на маленькой грифельной доске.

— Подними щит, Фанен! — крикнул юноша повыше.

— А как же ноги?

— Сдались мне твои ноги. Я не хочу опускать меч и давать тебе преимущество, но тебе надо держать щит выше, чтобы отразить удар, направленный вниз. Это твое уязвимое место. Если я сильно ударю, когда ты не готов, ты упадешь на колени. И чем тогда тебе помогут ноги?

— Я бы прислушался к нему, Фанен, — крикнул Алрик. — Мовин, конечно, осел, но в защите он знает толк.

— Алрик! — крикнул, сверкая белозубой улыбкой, тот юноша, который был повыше.

Он скинул шлем и бросился обнимать принца, когда тот спешился. Услышав имя Алрика, некоторые из слуг, присутствовавших во дворе, удивленно подняли на него глаза.

Мовин был примерно одного возраста с Алриком, но выше и гораздо шире в плечах. Его темные волосы торчали во все стороны. Он продолжал широко улыбаться своему лучшему другу:

— Что ты здесь делаешь и, во имя Мара, во что ты вырядился? Выглядишь как пугало. Ты что, скакал всю ночь? А лицо почему поцарапано, неужто упал с лошади?

— У меня дурные известия. Мне нужно немедленно переговорить с твоим отцом.

— Я не уверен, что он уже проснулся. А если его рано разбудить, у него всегда дурное настроение.

— Мое дело не терпит отлагательств.

Мовин внимательно посмотрел на принца. Улыбка на его лице погасла.

— Значит, ты не просто в гости приехал?

— Боюсь, что нет.

Мовин повернулся к самому младшему брату и сказал:

— Денек, иди разбуди отца.

Мальчик с грифельной доской возмущенно затряс головой:

— Вот еще, почему сразу я?

— Сейчас же разбуди его! — воскликнул Мовин и в притворном гневе шагнул к мальчишке, который испуганно бросился бежать в сторону цитадели.

— В чем дело? Что случилось? — спросил Фанен.

Отбросив щит и шлем на траву, он тоже подошел, чтобы обнять Алрика.

— За последние несколько дней до вас доходили какие-нибудь известия из Медфорда? — спросил Алрик.

— Я ничего особенного не слышал, — ответил Мовин, все больше проникаясь чувством тревоги.

— Не было никаких гонцов? Никаких депеш для графа? — уточнил Алрик.

— Нет, Алрик! Да что случилось?

— Мой отец мертв. Его убил предатель в замке.

— Что? — выдохнул Мовин, отступая на шаг назад.

Это было скорее восклицание, нежели вопрос.

— Не может быть! — воскликнул Фанен. — Король Амрат мертв? Когда это произошло?

— Честно говоря, затрудняюсь сказать, сколько прошло времени. Дни, последовавшие за его убийством, были такие сумбурные, я не следил за ходом времени. Если вас еще не оповестили, значит, это случилось не более нескольких дней назад.

Слуги бросили работу и внимательно прислушивались к разговору. Смолкли звонкие удары кузнечного молота. Тишину, повисшую над замком, нарушало лишь приглушенное расстоянием мычание коров и кряканье уток.

— В чем дело? — спросил, выходя из жилых покоев, граф Пикеринг.

Прищурившись от яркого утреннего солнца, он прикрыл глаза ладонью.

— Мальчик ворвался ко мне, едва дыша, говорит, дело срочное.

Граф был стройным мужчиной средних лет с длинным крючковатым носом и аккуратно подстриженной, преждевременно поседевшей бородкой. Поверх ночной сорочки он в спешке накинул пурпурную с золотым мантию. За ним следовала его жена Белинда, на ходу поправляя пеньюар и обеспокоенно оглядывая двор.

Воспользовавшись тем, что солнце временно ослепило Пикеринга, Адриан решился полюбоваться ею подольше. Графиня, с ее стройной фигурой и длинными золотистыми волосами, которые сейчас свободно рассыпались по плечам, действительно была прекрасна. Она была на несколько лет моложе супруга. В другое время Белинда ни за что не показалась бы на людях с такой прической. Только теперь Адриан понял, почему ревнивый граф столь тщательно оберегал ее от посторонних взглядов.

— О Боже, — прошептал Майрон, выворачивая шею, чтобы получше разглядеть графиню. — Когда я смотрю на нее, то уже вовсе не думаю о лошадях.

Адриан спешился и помог Майрону слезть с крупа лошади.

— Разделяю твои чувства, друг мой, но поверь мне, на эту женщину тебе не стоит таращиться.

— Алрик, в чем дело? — удивленно вскрикнул граф. — Во имя всего святого, что ты здесь делаешь в такую раннюю пору?

Прежде чем Алрик успел открыть рот, его опередил Мовин.

— Отец, король Амрат убит, — дрожащим от волнения голосом сказал он.

Лицо Пикеринга застыло от ужаса. Медленно опустив руку, он посмотрел прямо на принца:

— Это правда?

Алрик мрачно кивнул:

— Это случилось несколько дней назад. Предатель ударил его ножом в спину во время молитвы.

— Предатель? Кто он?

— Мой дядя, лорд-канцлер эрцгерцог Перси Брага.