Ричард Кнаак - Легенда о Хуме

— Сдавайтесь, Ренард. С вами обойдутся милосердно. Я обещаю вам это.

— Нет! Человек, убивший Великого Магистра и покушавшимся на жизнь Верховного воина, не может рассчитывать на снисхождение рыцарей. Нет, племянник. Бой будет идти до конца. Сражаться будем не на жизнь, а на смерть.

Ренард с поразительной силой снова бросился в атаку. Хума отразил ее и сам перешел в наступление.

Бывший учитель Хумы, помрачнев лицом, видел: уроки, данные им, позволяют молодому рыцарю безошибочно отражать все его удары.

Уловив момент, Хума с силой ударил по руке противника, в которой тот держал меч. Ренард отдернул раненую руку и чуть было не выронил оружие. Он почти полностью открылся, и меч Хумы со свистом мелькнул у него перед самым лицом. Хума еще раз взмахнул мечом и попал Ренарду в другую ногу. Покачнувшись, Ренард рухнул на колени.

Молодой рыцарь не мог без сострадания смотреть на окровавленного, облепленного грязью противника.

— Бой окончен, Ренард. Я не стану убивать вас. Это бессердечно.

Ренард попытался встать. Стоя на одном колене, вновь готовый сражаться, он угрожающе держал меч перед собой.

— Я не вернусь в столицу. Я не желаю мучений и издевательств на суде.

Хума опустил свой меч:

— Позвольте мне помочь вам. Вы были хорошим рыцарем. Одним из лучших.

Ренард рассмеялся — смех его был похож на кашель.

— Выходит, вы еще ничего не поняли? Я никогда не был рыцарем! С того рокового дня, как я остался жни, моя жизнь стала принадлежать другому богу, , и вот теперь, служа ему, я потерпел поражение, . Взгляните-ка на меня!

Ренард беспомощно улыбнулся, и Хума вздрогнул от ужаса, увидев, что на обычно бледном лице появился слабый алый оттенок.

— Да, это награда за мое поражение. Я никогда не был вылечен от чумы полностью и преотлично знал, что, потерпев поражение, я вновь заболею.

— Ренард, скоро здесь появится отряд рыцарей. Среди них, вероятно, есть целитель.

— Он не поможет мне ничем.

Толпа деревенских жителей с криками ужаса разбегалась от пораженного чумой Ренарда.

— Не подходите ко мне, Хума, — предупредил Ренард. — Этой чумой заражаются при прикосновении. Скоро все кончится и от меня останется только скелет.

Где же отряд? Хума в отчаянии всматривался в окрестности.

Ренарду уже было трудно говорить, он только хрипло шептал:

— Надеюсь, что вы с успехом исполните возложенную на вас миссию, племянник.

Хума заметил вдали фигуры всадников. Они приближались, но — медленно, слишком медленно.

— Хума… — лицо Ренарда искривилось от боли.

— Помолитесь Паладайну, Ренард. Отряд приближается к деревне. Я скажу им…

— Ничего не надо говорить, кроме того, что они должны сжечь мое тело.

Ренард схватил меч двумя руками и с силой, удивительной при его состоянии, поднес его к подбородку и резко провел мечом поперек горла.

— Нет! — Только опасение, что он заразится чумой, остановило Хуму, и он не подбежал к Ренарду.

Ослабевшие руки Ренарда выпустили меч тот упал в грязь. Вслед за ним рухнуло безжизненное тело.

Хума выронил свой меч и опустился на колени.

— Нет… — Его голос был слабее шепота. Он закрыл лицо руками и, потрясенный, замер.

Хума слышал стук приближающихся лошадиных копыт, а потом вдруг все стихло… Кажется, он потерял сознание.

Глава 20

Тишина.

Крики деревенских жителей, убегающих в панике от Ренарда, приближающийся стук конских копыт, даже ветер — все поглотила тишина.

Потом тишину нарушил грохот металла, падающего на металл.

Хума отнял ладони от лица и, не веря глазам своим, увидел, что он находится уже вовсе не в окрестностях Вингаардской Башни. Он стоял перед зеркалом, которое несколько дней назад перенесло его в Соламнию. В зеркале отражался изможденный, еле живой рыцарь. Хума снова был в пещере Огнедува.

Да и побывал ли он на самом деле в Соламнии?! Все происшедшее с ним недавно казалось невероятным — более похожим на сон, чем на реальность.

Хума чувствовал страшную усталость. Наклонившись, он снял рукавицы и стал пристально смотреть в зеркало. Он ощущал злость и радость одновременно. Злость вызывало то, что это проклятое зеркало обращается с ним как с марионеткой, а радость — то, что он снова может продолжить поиск вершины и встретиться с Кэзом и Магиусом. Где были они все это время?

Потрясение от предательства Ренарда и его смерти еще те прошло. Ренард мертв, и Хума будет молиться за него.

Рыцарство и весь Ансалон еще не погибли, они еще могут победить в этой жестокой войне, если все, что говорилось б ключе к разгадке тайны, является правдой.

Из глубины зеркала какой-то рыцарь пристально все смотрел и смотрел на него, и Хума не сразу понял, что он видит свое изображение. Он случайно качнулся вперед и тотчас вспомнил все, что происходило с ним в этой пещере. Хума вспомнил об Огнедуве. Если здесь прошло столько же времени, что и в Вингаардской Башне, то громадное тело Огнедува должно было бы уже полностью разложиться.

Но ничего подобного не произошло. Огромное тело Огнедува превратилось в глыбу металла. Оно казалось отлитым из чистого серебра. Хума потрогал его рукой, почувствовал твердость металла и поразился: сколько же здесь драконьего серебра! Так он сказал про себя, не подобрав другого определения.

Осматривая серебряную глыбу, рыцарь вспомнил: в пасти чудовища должен быть меч, которым он убил Огнедува. Хума почувствовал, что меч, как и прежде, неудержимо влечет его к себе. Голова погибшего титана была перевернута, и нижняя челюсть чудовища находилась над верхней. Казалось, меч, находящийся внутри серебряной глыбы, совершенно невозможно достать.

В отчаянии Хума ударил кулаком по пасти

чудовища и удивился самому себе. Он понял, что не успокоится, пока не: добудет меч. Рыцарь ударил, по глыбе сапогом.

Раздался нежный металлический звон, и, посмотрев под ноги, Хума увидел меч, который искал.

С криком удивления от упал на колени и как зачарованный: начал ласкать меч руками. Как только рыцарь дотронулся до меча, тот вновь стал светиться. Хума ощущал неземное блаженство от этого свечения, оно успокаивало рыцаря, заставляло забыть о страшных бедах прошедших дней.

С большой неохотой Хума убрал меч в ножны, затем вскарабкался на шею мертвого дракона. Ему верилось, что по ней он сможет добраться до одного из верхних тоннелей в пещере и отыскать таинственного кузнеца.

Груды золота и сверкающие холмы изумрудов не привлекали внимания рыцаря. Самое главное из сокровищ Огнедува — меч — уже было у него. Зеркало, конечно, притягивало взгляд Хумы, но взять его с собой сейчас рыцарь не мог. Он утешал себя мыслью, что вернется за ним, когда отыщет кузнеца.