Терри Брукс - Первый король Шаннары

В голове у Тэя царила сумятица. Впервые после возвращения из Паранора он позволил себе задуматься о том, что значило для него потерять Прею Старл. Мысль казалась тем более странной, что в действительности девушка никогда не принадлежала ему. Уж если считать, что она вообще кому-нибудь принадлежала, так это Ярлу Шаннаре. Так было всегда, и Той знал об этом. И все же он давно и крепко любил Прею, не испытывая неприязни к Ярлу и принимая привязанность девушки к своему лучшему другу как данность, довольный уже тем, что, храня ее образ в памяти, может вызывать его и восхищаться им, пусть и не обладая ею в действительности. Он был друидом, а друидам не полагалось жениться, они посвящали свою жизнь поискам и распространению знаний. Они жили уединенно и умирали в одиночестве. Однако их чувства ничем не отличались от чувств других мужчин и женщин, и Тэй понимал, что любовь к Прее всегда действовала на него вдохновляюще.

Так что же с ним будет, если она погибла?

Ему едва хватало сил мысленно произнести этот вопрос, не говоря уж о том, чтобы дать на него ответ. Тэй всегда был готов к тому, что может потерять ее, но совсем иначе. В один прекрасный день она выйдет замуж за Ярла. Они заживут своей жизнью, пойдут дети… Тэй давным-давно смирился с этим и не представлял себе другой возможности. Он расстался с ней, когда ушел, чтобы жить среди друидов, стать членом их ордена, и понимал, что его чувствам к Прее не суждено осуществиться в реальной жизни, они навсегда останутся мечтой, заточенной в его воображении, а Прея всегда будет для него не более чем близким другом.

Но мысль о том, что она мертва, что ее больше нет, заставила его осознать скрываемую от самого себя истину — в нем всегда жила надежда, пусть и очень слабая, что когда-нибудь произойдет невозможное, она разлюбит Ярла и будет принадлежать ему.

Осознание этого поразило его с такой силой, что он на минуту забыл, где находится, выпустил из рук магические нити, перестал мысленно обшаривать темные уголки, которые ждали их впереди, и стал глух ко всему, кроме этой единственной истины. «Прея моя». Он бережно хранил эту мечту в самом потаенном уголке своего существа. И никогда не переставал желать ее.

В следующее мгновение Тэй пришел в себя, вновь собрал нити магической паутины и двинулся дальше. Нельзя позволять себе таких мыслей. Он больше не должен думать о Прее Старл. Ему вспомнились наставления Бремана. Слова старика, словно тяжелые железные доспехи, сковали Тэя по рукам и ногам. «Убедить эльфов прийти на помощь дворфам. Найти Черный эльфинит». Вот цель его жизни. Остальное не важно. От его усердия, настойчивости, решимости зависело гораздо большее, чем его жизнь и жизнь тех, кого он любил. Тэй вгляделся в туманную долину, лежащую впереди, и усилием воли заставил себя отвлечься от настоящего и думать о будущем.

К полудню они ступили на землю Саранданона. Еще дважды им попадалась многочисленные следы гномов, однако самих гномов они не видели. Эльфы с беспокойством и раздражением ждали, когда же наконец они доберутся до обещанных лошадей, чтобы поскорее покинуть эти места. Случись им напороться здесь, на открытой равнине, на превосходящего числом врага, и они оказались бы в серьезной переделке. В поисках гномов Тэй обследовал землю и воздух и повсюду обнаружил их следы, однако их самих поблизости не было. По-видимому, в поисках эльфийского отряда гномы обшарили всю восточную часть долины вдоль и поперек. Если они обнаружили Прею, то, конечно, догадались, что она пришла не одна. За следопытом всегда следует отряд. Неужели Прея попалась? И он должен смириться с этим? Вывод казался неизбежным после того, как они нашли ее сломанный лук в окружении вражеских следов.

И вновь перед ним вставал неумолимый вопрос, которого он так отчаянно старался избежать.

Ярл знал все сторожевые посты, где держали лошадей для Эльфийских Охотников, и вел их к самому ближнему. Там, где кончались возделанные поля, лежала холмистая местность, поросшая густыми травами, у подножия холмов и пролегал их путь. Когда до цели оставалось не больше мили, Тэй вдруг резко ощутил присутствие гномов и остановил отряд. Где-то впереди, совсем близко, — ловушка. Оставив остальных дожидаться их возвращения, Тэй с Ярлом пошли вперед, двигаясь сначала к югу, а потом снова повернув на север, чтобы подобраться к посту с той стороны, откуда их не ждали. Магический дар Тэя скрыл их от чужих глаз. Когда они приблизились к нескольким домикам сторожевого поста, Тэй понял, что засада находилась именно здесь. Ветерок, обдувавший им лица, донес до них отчетливый запах врага — грубую смесь пота и земли, тяжелую и едкую. Различить ее можно было безо всякого труда. Тэй инстинктивно забеспокоился. Обычно гномы-охотники проявляли большую осторожность. Эльфы отползли в сторону, чтобы видеть часть амбара и загон для лошадей. Никого.

Загон был пуст. Во дворе — ни единого движения. В доме — ни звука.

И все-таки там кто-то прятался. Тэй точно знал это.

Уходить, так ничего и не выяснив, не хотелось, к тому же оба, не сговариваясь, подумали, что все это могло быть как-то связано с Преей Старл. Они прошли по сточной канаве, отделявшей выгон, на котором росла пшеница, чтобы увидеть переднюю часть дома и амбара. Теперь Тэй почувствовал скрытое движение в обоих строениях. Гномы-охотники. Ждут! Он попытался уловить, нет ли там еще кого-нибудь более опасного. Никого. Вздохнув с облегчением, он пошел следом за Ярлом, бесшумно скользившим впереди. Тэй вслушивался в слабый шелест пшеницы на ветру, и в сердце его закрадывалось тягостное ощущение, подобное тому, что он испытал, когда они с Ярлом входили в дом Беллиндарошей в ночь резни, — дурное предчувствие, словно он слышал гибельный шепот судьбы.

Наконец, все еще скрытые пшеницей, они оказались достаточно близко, чтобы видеть переднюю часть дома. Ярл слегка приподнял голову и тут же быстро опустил ее. Его лицо стало смертельно бледным. Несколько секунд Тэй смотрел на него, потом осторожно выглянул сам.

На двери амбара висел распятый Рэттен Кипп, руки и ноги которого были прибиты к доскам гвоздями. Капавшая из ран кровь застывала на растрескавшемся дереве. Его волосы и одежда болтались, словно лохмотья пугала. Вдруг голова Киппа слегка приподнялась. Старый следопыт был еще жив, хотя и при последнем издыхании.

Тэй опустился вниз и на мгновение закрыл глаза. Ужас и ярость охватили его, грозя вырваться из-под контроля сознания. Неудивительно, что гномы не особенно пытались скрыть свое присутствие. На такую приманку, как Рэттен Кипп, эльфы непременно должны были попасться. Взяв себя в руки, Тэй мрачно посмотрел на Ярла Шаннару.