Всеволод Мартыненко - Пойнтер в гору не пойдет

Чтобы отвлечь постепенно разгоняющуюся зверюгу от младшей жены, я завернул чуть в сторону– попетлять, потянуть время, а потом поточнее навести землекройку в створ между трибунами. Только бы эльфь древнейшей крови оказалась порасторопнее – долго нарезать зигзаги по долине я не готов.

По счастью, уже на третьем рискованном повороте знакомая фигурка двинулась в обратный путь от Ограда к каменной громаде стадиона. Лапы землекройки, пытающейся изогнуться быстрее, чем я отбегу на сторону, взрывали землю, разбрасывая камни и клочья дерна. Занос у твари был почти как у летающего линкора, пытающегося маневрировать у самой земли над небольшой деревенькой.

Поминутно оглядываясь назад, чтобы проверить направление, я по длинной дуге доворачи-вал к открытому концу стадиона. Тектонический паразит не отставал, мерно топоча ходовыми лапами и мерзко лязгая проходочными. Хорошо хоть не орал больше…

Келла уже поджидала меня у перекладины Правила, держа столь необходимые мешки. Снова соваться на поле без них не особо хотелось – лишней одежды у меня здесь нет, и так уже пришлось пожертвовать одним комплектом, – а в бахилах выше колен, если не навернусь, остается шанс обойтись без повторной стирки.

Увидев, что до цели мне осталось полсотни ярдов, младшая жена сбросила мешки на землю и бегом кинулась налево, куда-то за трибуны. Оно и к лучшему, нечего в решительный момент зря маячить. У землекройки должна быть одна цель – я, и чтобы никаких шансов свернуть…

Было нелегко прыгать на одной ноге, поочередно надевая мешки и стягивая их горловины выше колена, перед неудержимо приближающейся зверюгой. Едва хватило выдержки вступить на поле Сакральной Игры не сумасшедшим галопом, а более-менее поспешным шагом.

Покуда я пересекал штрафную зону и одолевал первые десятки ярдов смоляного болота, зем-лекройка с налету вломилась на стадион. Слегка не вписавшись в створ, она снесла боком Правило, как бита крикетные воротца, и выметнулась на западную трибуну. Камни, слагавшие громадное строение, неохотно поддавались дикому напору, но не могли устоять перед чудовищной мощью тектонического паразита.

Пока землекройка крушила западную трибуну, я рваной рысцой пересек остаток поля. Самые лучшие места сносит, зараза! Впрочем, мне на этом поле уже не играть, к вящему удовольствию жен и подопечной.

В три прыжка отдалившись от края поля, я стянул бахилы и зашвырнул их обратно в смолу. Подземное чудовище наконец-то вползло в штрафную зону противоположных ворот. Ну сейчас мы ему вкатим мячик– мало не покажется. Пусть только заберется поглубже…

Выдохнув до звона в ушах, я поднял руку, облеченную Дланью Справедливости, выставил ее к полю в отвращающем жесте, слегка хлопнул пальцами другой руки по основанию ладони и, вдохнув снова, крикнул:

– Фульгоре!

Полотнище огня сорвалось со стальной перчатки и с гулом ударило в тупой бронированный лоб твари. Перебирая всеми имеющимися в наличии лапами, многотонная зверюга изо всех сил попробовала затормозить. Это удалось ей плохо, зато фонтаны смолы получились просто замечательные. Пролетая сквозь огненную струю, мелкие брызги испарялись с взрывными хлопками, а более крупные шлепались обратно, окружая исполинскую тушу цепью огней. Наконец основная масса смолы достаточно прогрелась.

Тяжким выдохом прогудела вздымающаяся стена огня. Землекройка скрежещуще завизжала, как рвущаяся стальная балка с трех слонов в обхвате. Огненное кольцо рванулось к краям поля – я едва успел откатиться к трибуне, когда клочья пламени пролетели над низким валом, окружающим игровую площадку.

Непрерывно визжащее чудовище крутилось в самом центре поля, пытаясь найти выход из огня. Вал звука катился по окрестностям, пригибая пламя и вызывая осыпи на склонах. Голова прямо-таки раскалывалась от этого визга. Вот ведь живуча гадина, сверх всякой возможности… Ее движения навели меня на еще одну мысль.

– Фульгоре турбем! – повелительно заявил я, для верности хлопнув в ладоши еще разок и махнув рукой круговым жестом. – Константо!

Столбы огня вокруг землекройки задрожали, заметно наклоняясь. От края поля, где я стоял, к центру побежала огненная спираль, которая, словно перевясло сноп, собрала струи пламени в тугой клубок вокруг исполинской твари. Спустя секунду над ней поднялся тысячефутовый огненный смерч.

Больше землекройка не кричала. А спустя долгих пять минут прекратила двигаться.

За этим, впрочем, я наблюдал с самой верхней трибуны – находиться вблизи поля давно уже было невозможно. Даже здесь жар бил в лицо, а в спину заметно давил поток воздуха, порожденный тягой. Отступая, я забирался все выше и выше по зрительским скамьям. 

Кто-то перемахнул через внешний край трибун в соседнем секторе. Со страховочной галереи, что ли? Я повернул голову в ту сторону, щурясь от огненных бликов. Келла. А следом за ней – Хирра и, что совсем удивительно, Алир. Видать, неподалеку от стадиона сегодня гуляли.

Женушки уселись по бокам от меня, подопечная пристроилась в ногах. Уютно…

– Сейчас бы попкорна с маслом. Хорошо бы пошел, – шутка вылетела сама, не спрашивая моего мнения о своем качестве и уместности. Но эльфочки подхватили игру без сомнений. Или всерьез проголодались, кто от ожидания, кто из-за всей этой беготни от тектонического паразита…

– Лучше сосиски пожарить, – усмехнулась Хирра, которая всегда была практична в отношении еды.

– Или зефир разогреть, – ухмыльнулась более романтичная Келла.

– Тянучки, тянучки!!! – восторженно захлопала в ладоши непроходимая сластена Алир. Немного помолчала и совсем неожиданно добавила: – А может, просто посидеть, посмотреть на огонь. На него можно долго смотреть. Почти бесконечно…

Что такое «бесконечно» для эльфийской дивы, я побоялся даже представить. Просто замолчал и повернулся к самому большому в моей жизни костру.

Так мы и сидели. Только копоть хлопьями кружилась в воздухе, оседая на нас, трибуны, окрестные луга… Землекройка постепенно прогорала, рассыпаясь холмом пламенеющих углей и раскаленного шлака. Солнце зашло, и над вершинами показались первые созвездия: Водонос, Заклинатель, Дева Радости…

Все-таки, похоже, подопечная – неплохая девчонка. Для светлой эльфи, конечно.

Зря я каждую секунду ждал от Алир пакостей. 

Доброе слово и огру приятно

…А когда последний наш умрет,

Закопайте прямо у ворот,

На поминках разогрейте суп,

Ведь мы болели за один и тот же клуб…

Сакральный Стадион дымился третьи сутки. С «константо» я, конечно, малость пережал. Хватило бы и «пролонго» – эффект тот же, а гасить всем поселком не пришлось бы. А то огры весь песок с пересохшей Среброречки перетаскали, чтобы засыпать медленно выгорающие многолетние напластования каменной смолы.