Михаил Бабкин - Слимпериада. Трилогия

– Само собой, – Семён, постанывая от мерзостного ощущения в голове, поднял меч с пола, убрал клинок, спрятал рукоять в карман куртки и сел за стол. Напротив Ивана.

– Похмелье? – понимающе заметил Иван. – Не беда. Сейчас подлечу.

– Только не медовой, – запротестовал Семён. – Вывернет меня от неё. Бульона бы. Горячего.

– Бульон тоже будет, – кивнул бородач. – На кухне суп готовят… Я у тебя взял пять золотых в счёт долга, остальные деньги в сумке, в целости и сохранности. Что ж ты так, братко, с такими деньжищами и так пьёшь, нехорошо это. Повезло тебе, что я честный человек, а то всяко могло бы случиться. Народ у нас разный.

Семён вспомнил рассказ Ивана о временах его бурной молодости и уныло кивнул:

– Повезло.

– Я на кухню, а ты с нашим мэром поговори, – бородач повёл рукой в сторону незнакомца в болотной камуфляжке. – Хороший человек. Свой. Бывший наёмный убийца. Отличный товарищ, примерный семьянин. Не то что я, – и ушёл на кухню. За бульоном.

– Клавдис, – представился мэр, широко улыбнувшись Семёну. И пересел к нему за стол.

– Симеон, – ответил Семён и вяло пожал протянутую руку.

– Слышал о вас, – улыбаясь, сказал мэр. – Наш Мир хоть и провинция, но слухи о том, что творится на Перекрёстке, до нас быстро доходят. Это вы чужого в камень обратили?

– Я, – уныло признался Семён.

– А нападение на дворцовую гвардию… говорят, пятерых убили. И слимперский дом откупорили… тоже вы?

– Я, – вздохнул Семён. Пускаться в подробные объяснения не хотелось.

– Судя по всему, вы ещё где-то гастролировали, – с пониманием заметил Клавдис, покосившись на сумку с золотом. – Плюс колдовской меч и золотая пластинка с тайным друидским именем Дубли Двадцать Пятого. Да ещё и поединок. Бурная у вас жизнь! Интересная… Мне Иван всё рассказал. Эх, меняются времена, меняются. Раньше все как-то специализировались, каждый занимался своим делом: вор только воровал, грабитель только грабил. Убийца только убивал. Нынче всё смешалось… Смутные времена. Непонятные.

Впрочем, я не об этом хотел поговорить с вами, Симеон. А о деле.

Иван говорил, что вы занимаетесь уничтожением колдунов – уж не знаю, по зову сердца или в коммерческих целях. Скорее всего, в коммерческих. Судя по золоту в сумке. Так вот, у меня есть деловое предложение – надо тут одного колдуна прищучить. Замочить, если говорить понятно. Достали уже эти колдуны, дальше некуда! Мы их не трогали до поры, до времени. Но после случая с местным друидом и его Дублей-прихвостнем терпение у нас лопнуло. Как тот Дубля. Решили мы нашу округу от них полностью очистить, да разбежались они кто куда. Успели. Чуют опасность, что ли?

Но один остался. Там, в лесу. В самой глухомани, куда мы раньше не заходили. Мало того, что остался, наглец, так ещё закрылся от всего мира непроницаемой изгородью, ни подойти к его дому, не подступиться! Значит, есть чего от народа скрывать.

Имеется решение ликвидировать того колдуна. На всякий случай.

– Чьё решение? – поинтересовался Семён. В голове гудело уже поменьше и он мог теперь вполне связно поддерживать беседу.

– Моё, чьё же ещё, – пожал плечами мэр. – Мы бы и сами управились, но эта изгородь… Иван говорил, что вы волшебные преграды голыми руками пробиваете. Ломаете. Полезное качество! Особенно в вашей работе.

Семён замычал от отвращения к самому себе. Надо же, как он не вовремя надрался! До потери самоконтроля. Тьфу.

– Есть такое немного, – сквозь зубы процеди он.

– Отлично, – Клавдис потёр ладони. – Оплата, я понимаю, по договоренности и по окончанию работы. Разумеется, первые трофеи – ваши. Ну а я всё остальное, что останется, приберу. В хозяйстве пригодится. Ваша цена?

– Бесплатно, – сказал Семён. Никого он убивать не собирался, но марку держать надо было. Вспомнив реплику мэра, Семён добавил:

– Я принципиально денег за такую работу не беру. Я их иначе зарабатываю.

– Понятно, – согласно кивнул мэр. – Приятно видеть, что дух романтики ещё не умер! Я, по правде говоря, уверен был, что новое поколение такое же циничное и продажное, как и мы сами. Ошибся я, ошибся. Ну-с, позавтракаем и в путь. Вон и супчик несут, – лавируя между столов, с полным подносом в руках к ним шёл Иванносорокосил.

– Питьё, – Иван снял с подноса и поставил перед Семёном высокую глиняную кружку, полную горячего бульона, положил рядом с кружкой ломоть чёрного пахучего хлеба. – Лекарство, – бородач поставил на стол объёмистую рюмку, до половины заполненную печально знакомой медовой.

– Надо, – убедительно сказал Иван, заметив вытянувшееся лицо Семёна. – Вот я подлечился, и здоров. Чего и тебе желаю. А это нам, господин мэр, – он принялся разгружать поднос. – Телятина, горчица, пиво. Хлеб, свежие огурчики. Перекусим и пойдём. Чего время тянуть-то… Я кистенёк свой в кладовке разыскал – справное орудие, проверенное. Надо же, опять понадобился. Кто бы мог подумать!

Семён собрался с духом, зажмурился и одним глотком выпил медовую. И сразу припал к глиняной кружке. Отдышавшись и несколько повеселев, он поглядел на сотрапезников. Те ели, изредка поглядывая на Семёна.

– Ну как, молодой человек? – мэр Клавдис отхлебнул пива из такой же глиняной кружки. – Вижу, полегчало. Оно, конечно, нежелательно после кутежа серьёзными делами заниматься, но время поджимает. Наши уважаемые жители требуют немедленных действий в отношении неприступного колдуна. Иначе может начаться смута. То есть перевыборы мэра.

– У нас нравы простые. И перевыборы простые. Демократия у нас! Прежнего мэра, – кивнул Иван в сторону Клавдиса, – на кол посадят, ежели не успеет сбежать, а нового на его место назначат. До следующих перевыборов. – И аппетитно захрустел огурцом.

– Ф-фу, – Семён вытер выступивший на лбу от горячего бульона пот. – Интересная у вас тут демократия. Крайне жёсткая.

– И потому очень действенная, – покивал Клавдис. – Жить захочешь – поневоле так как надо работать станешь. Так, как твои избиратели от тебя требуют.

– Слушайте, а вам колдуна надо именно убить? Или, может, лучше предъявить ему ультиматум с отступными – золото там или что другое с него потребовать – и пусть он чешет отсюда куда подальше, а? Когда отступные выплатит. С мёртвого-то много не возьмёшь, – предложил Семён компромиссный вариант. Не хотелось ему ни с каким колдуном связываться, но и радикальные перевыборы Семёна не устраивали. Тем более что братко Иван наверняка будет в них участвовать. На стороне прежнего мэра. Прибьют тогда братко…

– Обязательно убить, – убеждённо сказал Клавдис. – И только так, не иначе. Их, колдунов, завсегда или ублажают, или убивают. Без вариантов. Ублажать мы никого никогда не ублажали, и не будем, так что – убить.