Принцип 8 - Григорий Андреевич Неделько

и они, ныне населяющие Землю звери... Что могут принести парадоксы-катаклизмы подобного масштаба? Только ли изменение Мира? А может, его разрушение? Либо не только его, но и...

Об этом не хотелось думать – ни капли, ни секунды. Только вот реальность штука безжалостная, и она не исчезает, когда тебе просто не хочется в неё верить. А значит...

Значит, решение было принято!

4/5

Начать, конечно же, было решено с самого главного: с поиска источника катаклизмов. Поскольку ничто не появляется ниоткуда и ничто не исчезает бесследно, даже у наиболее странных, не свойственных Миру вещей есть свои истоки. Надо отыскать такой исток и перекрыть его, исключив подпитку катаклизмов и их возможное возобновление. Но кто способен помочь в столь нелегком деле? Ну разумеется, метеорологи, раз уж речь идёт о природных катаклизмах.

Наутро, закончив с насущными проблемами вроде завтрака и переодевания, Ёжик и Дубнер вышли из отеля, поймали попутку и попросили отвезти их в ближайший метеорологический центр. Бурундук-водитель, согласившийся подвезти двух друзей, попался разговорчивый и доброжелательный.

- Я водитель в четвёртом поколении, - сразу же сообщил он, едва Ёж устроился рядом с ним, а бобёр развалился на заднем сидении. – Хотите – покажу удостоверение?

- Нет-нет, мы вам верим, - достаточно убедительно сказал гитарист.

- В этом нет необходимости, - весомее произнёс его бывший продюсер. – Поехали лучше, а то ведь время – деньги.

- Это да. – Бурундук согласно кивнул. – Раз вы оплачиваете диджея, вы и выбираете репертуар.

- Вот и отлично. – Дубнер довольно хмыкнул.

- А вы правда тот самый Ёжик? – хотя машина была уже заведена, она не трогалась с места, а бурундук не прекращал «допрос».

- Правда-правда, - ответил за него бобёр. – А я тот самый Дубнер.

- Правда?

- Правда-правда. Поехали уже.

- Хорошо, хорошо. Последний вопрос...

- Может, стоило поймать другую машину? – Дубнер обращался словно бы к Ёжику.

Тот не успел и плечами пожать, как автомобиль – старый, погромыхивающий – тронулся в путь; в случае этого передвигающегося раритета – практически рванул с места.

Дальнейшая дорога была «скрашена» непрекращающимся трёпом бурундука. Дубнер по большей части отмалчивался, а Ёж отвечал периодически и рассеянно.

Вот впереди замаячили метеорологические шпили на каменном двухэтажном строении – метеоцентр вырос перед ними.

Поблагодарив водителя и расплатившись с ним, друзья выбрались наружу.

Здание – обитель синоптиков, не поражало ни красотой, ни величественностью, зато выглядело по-современному: много камня и стекла, автоматические двери. Да и светящиеся, двигающиеся шпили, регистрирующие погодные данные, добавляли определённых черт общему антуражу.

- Стой. – Завидев приближающуюся двоицу, охранник – медведь-гризли – выставил перед собой руку. – Внутрь можно только сотрудникам центра. Вы тут работаете? Тогда что-то я вас не припомню.

- Нет, - честно ответил Ёжик. – Но мы принесли важную информацию.

- Увы, вам придётся пройти мимо, - безапелляционно заявил гризли.

- То есть как мимо?! – удивлённо воскликнул Ёж. – Вы не понимаете...

- А я и понимать ничего не хочу, - отрезал охранник. – Поворачивайте, вам говорят.

- Сынок, - вступил в диалог Дубнер, - а сознаёшь ли ты происходящее?

- В смысле? – растерялся медведь.

- То-то и оно. – Бобёр широко развёл руками. – И мы не понимаем. И никто не понимает. Я сейчас говорю о катаклизмах. – Последнее слово Дубнер произнёс особенным, курсивным тоном.

- Катаклизмах? – переспросил охранявший вход.

- Именно о них, - подтвердил толстохвостый.

- Так о катаклизмах никто ничего не знает. – Охранник было рассмеялся, но Дубнер прервал его, внезапно рявкнув:

- А раз так, почему ты не даёшь исправлять ситуацию тем, кто может её исправить!

Медведь-гризли опешил: с ним давно никто так не разговаривал.

- Я...

- Бесхвостая змея! – в рифму сказал Дубнер. – Пропусти, тебе сказано, или вся ответственность ляжет на твои плечи!

- Ответственность? – тупо повторил охранник.

- Она самая! Форму ты надел, вооружился, кепку нацепил, а про остальное забыл – в частности, про мозги! Ты разве о нас не слышал? Куда твои глаза подевались?!

- Я...

- Жизнь нелёгкая моя! Или ты нас пускаешь внутрь, или катаклизмы сотрут с лица Мира весь твой город и, возможно, не только его! Почему? Да потому что слишком ретивый сотрудник секьюрити внезапно решил показать собственную важность, не дав встретиться с метеорологическим начальством двум обладающим важнейшими сведениями субъектам!

Пока охранник переваривал последнюю фразу, Дубнер оттёр его массивным боком и зарулил внутрь; Ёжик шмыгнул за ним.

- Наглость – лучшее оружие продюсера, - поделился с другом бобёр.

Ёж кивнул и улыбнулся.

На поиски кабинета начальника метеорологической службы они потратили некоторое время. Никто не обращал на парочку внимания, здраво рассудив, что, во-первых, раз они здесь находятся, они имеют на это право, а даже если не так, то, во-вторых, надёжная охрана у входа не пропустила бы в синоптическое святая святых кого попало. Но и спросить дороги, не нарушив инкогнито, было нельзя.

- «Руководитель отделения», - прочёл Дубнер на двадцатой или тридцатой по счёту двери. – Напоминает мне мою буйную молодость.

- Только отделения, наверное, ты посещал другие? – пошутил Ёжик.

- Точно, - согласился бобёр, не став отрицать очевидное. Да и сосредоточен он был вовсе на другом.

Мощный кулак несколько раз опустился на дверь, да с такой силой, что едва не вышиб её. Ёж даже испугался, не повредят ли они ненароком государственную собственность.

- Иду-иду, - раздался из-за двери ворчливый голос. – Кому там невтерпёж со мной встретиться?

Дверь открылась, и на пороге появился убелённый сединами мышь в белом халате и очках.

- Ого! – изумлённо выдохнул он, поправив очки и прищурившись. – Сам Ёжик С Гитарой! И его продюсер! Я был на вашем последнем выступлении.

- На «Небе»? – поинтересовался Ёж.

- Да.

- Извините, что так вышло.

- Ничего, это не ваша вина.

Дубнер помахал рукой, привлекая к себе внимание.

- Аллё! Вы в курсе, кто мы такие? Да? Тем лучше. Вот по поводу последнего концерта мы и пришли.

- Если вы