Король солнечного огня - Сильвия Мерседес

нуждался в моей помощи. Он мог этого не понимать. Мог не хотеть этого. Но все равно нуждался в моей помощи.

— Биргабогабог!

Гоблин прыгал, махал руками, чтобы привлечь мое внимание. Я повернулась, и он указал на маленькую лестницу справа от меня. Я ее не заметила, отвлеченная балом. Я мрачно кивнула.

— Спасибо, — мой голос дрожал, но я стиснула зубы и твердо продолжила. — Тебе лучше идти, друг мой. Больше ты ничем не можешь помочь. Беги как можно дальше. Я… не знаю… может, не…

Биргабог покачал головой, яростно глядя. А потом прыгнул, оказался на уровне с моим лицом и пылко поцеловал меня в кончик носа. Я моргнула, удивившись, а когда посмотрела снова, он пропал.

Я осталась одна.

Я глубоко вдохнула, закрыла глаза на миг и помолилась богу, который послушал бы. Наверное, тут был только Урим… но если он дал мне удачу, то я была рада помолиться ему в ответ. Открыв глаза, я повернулась к лестнице.

Мне не нужно было поднимать юбку, чтобы спуститься — разрез позволял легко двигаться. Я медленно спускалась, шагая осторожно, прижимая ладонь к изгибающимся перилам. Мне не хватало еще споткнуться и испортить эффект сияющего платья. Лестница была изогнута, и я прошла еще два изгиба и попала в поле зрение танцующих внизу.

Я услышала первый вскрик, кто-то заметил меня.

Звук понесся рябью по собравшимся. Даже музыка резко оборвалась со скрипом и щелчками. Танцующие замерли, вытянули шеи, встали на носочки, меньше забрались на больших, чтобы лучше видеть, что вызвало паузу в веселье.

Последние три ступеньки. Я застыла. Сердце с болью билось в груди. Я не могла заставить себя оторвать взгляд от своих ступней. Вес всех тех взглядов мог раздавить меня, превратить в пыль.

Но я должна была сделать это. Я должна была стать самой красивой женщиной тут. Или хотя бы привлечь больше всех взглядов.

Я подняла голову, посмотрела на море необычных лиц… и улыбнулась.

Несколько леди и джентльменов вдруг вздрогнули, хмурились и шептались, пока их расталкивала с дороги высокая фигура. Это был рыжеволосый эльф, который танцевал с женщиной-ланью. Он поспешил ко мне, разглядывая мое платье, мою фигуру, упиваясь видом. Горло сдавило от страха из-за его пристального взгляда. Но было поздно. Я не могла повернуться и убежать по лестнице.

Он добрался до меня и изящно поклонился, но такой поклон я еще не видела. Он выпрямился, посмотрел серебряными глазами в мои и улыбнулся.

— Позволите?

Я не знала его язык, но идеально его понимала. Может, в его голосе была магия.

Я чуть склонила голову. Он просил о танце или… чем-то еще? Я не могла медлить, показывать страх в глазах. Я должна была принять решение и проявить силу.

— Я станцую с вами один танец, добрый сэр, — я надеялась, что мой голос не дрожал. — И только это.

Его улыбка стала шире.

— Леди очень добра.

Я не ощущала магии в воздухе между нами. Я должна была верить, что было безопасно. Хотя бы отчасти.

Я опустила ладонь на его руку.

И поняла ошибку. Трепет, словно инстинкт, пронзил все вены в моем теле. Я пыталась убрать руку, но он не отпустил, потянул меня, заставив спуститься с последних ступенек на площадку для танцев. Музыка заиграла снова, но я едва слышала ее за грохотом своего сердца.

Эльф обвил рукой мою талию и притянул меня. Он стал двигаться, покачиваться, вести меня в своем ритме. Я не знала танец, не знала эту музыку, никогда не слышала ничего подобного в своей жизни. Но было что-то первобытное в этом, и это заставляло мое тело слушаться без мыслей. Серебряные глаза эльфа смотрели мне в глаза, гипнотизируя, как змея. Он все еще сжимал мои пальцы одной рукой, но другая ладонь стала исследовать мое тело.

Я охнула и отпрянула. Я с трудом отвела взгляд и высвободила руку. Его улыбка расширилась, он потянулся ко мне. Я быстро отошла на пару шагов и повернулась.

Я оказалась у широкой голой груди. Серо-лиловой, окруженной черно-золотой тканью.

Глаза расширились, я отклонила голову, чуть попятилась. Я боялась, что потеряю сознание, что тьма сомкнется перед глазами. Колени подгибались.

Сильная ладонь прижалась к моей талии, другая оказалась под локтем, придерживая. Мое платье вспыхнуло, и король солнечного огня закружил меня в танце в диком опасном ритме. Я смотрела на его лицо с замысловатой маской, но не видела его глаза в дырах. Я видела только опасную кривую улыбку. Она ему не подходила.

Пульс музыки проник в мою голову, в мою кровь. Моя ладонь сжала его руку у плеча для поддержки, и я прильнула ближе к нему. Близко, нас ничто не разделяло, мы стали едиными. Жар вспыхнул в моем теле, желание усиливали барабаны, флейты, его близость…

— Это опасно.

Я вздрогнула, оступилась и чуть не споткнулась об подол своего платья. Качая головой, я подняла взгляд, посмотрела на лицо в маске над собой.

— Ч-что вы сказали?

— Это опасно, — король солнечного огня посмотрел на меня, улыбаясь, но сдержанно. — Люди не должны танцевать на праздниках фейри. Не без слоев защиты, как у мифаты. И даже она рискует собой.

Я повернулась, посмотрев, куда король солнечного огня указал кивком. Ларуна кружилась в танце с тем же эльфом, который привел меня на площадку. Ее нога была задрана, юбка съехала, показывая красивую голень и бедро, обившие пояс эльфа. Он сжимал ее в объятиях. Они кружились, наклонились, и его язык точно скользнул по открытому горлу мифаты.

Я быстро отвела взгляд. Король солнечного огня смотрел на мою макушку. Я нашла смелость посмотреть на него, приоткрыла рот, но слов не было. Музыка уже проникла в мою голову, снова подстрекала сделать то, что я бы и не подумала в другой ситуации. Звала сжать ладонь на моей талии, опустить ее по телу. Я хотела ощутить жар его ладони на своей коже, ощутить жжение этого улыбающегося рта на моих губах, на моей шее. Я даже хотела, чтобы сияющие длинные черные ногти скользнули по моему плечу, по моей руке, сдвинули ткань из солнечного света, оставив меня голой и…

— Боги! — я охнула и отпрянула на шаг, жар вспыхнул на лице. Я посмотрела на короля солнечного огня, неподвижную маску и загадочную улыбку.

Улыбка на миг сменилась твердой линией губ.

— Тебе стоит уходить, человечек. Пока ты еще можешь.

Он отпустил меня. Боль была почти настоящей от холода на талии, где была до этого его ладонь. Он отвернулся и пошел